Добро пожаловать в нигде - Адива Гефен

– Кто?

– Он не назвался, лишь задал несколько вопросов.

– Каких вопросов?

– Всяких. Откуда ты, сколько времени тут работаешь, где живешь и есть ли у тебя приятель.

Приятель? Все, попалась.

– И что ты ему ответила? – спросила я, стараясь говорить спокойно.

– Что ничего не знаю.

– Прекрасно.

– А когда он спросил, как же так, ответила, что не сую нос в чужие дела.

– Замечательно.

– А он… Нет, не он, а второй, который пришел потом, спросил, не твои ли это фотографии.

Второй? Он послал за мной двоих?

– А ты что?

– Ответила, что твои, а он сказал, что они сделаны очень профессионально, обрадовался тому, что скоро будет выставка, и всё сфотографировал.

Фотографии, мои фотографии! Так я и знала!

Силы покинули меня. Я не могла даже дойти до стула. Тело сотрясал озноб, голова пылала. Бросив на меня удивленный взгляд, Шули принялась протирать зеркала.

– Совсем забыла, – обернулась она ко мне. – Они спросили, в котором часу ты приходишь, и обещали вернуться.

– Обещали вернуться? – Сердце было готово выскочить из груди.

– Сказали, что ты будешь рада. Ты их знаешь?

– Нет. Совсем не знаю.

– Первый сказал, что знаком с твоим приятелем, который очень скучает по тебе, и спросил твой адрес, а когда я ответила, что не знаю, выписал его из журнала.

– Как они выглядели?

– Смешно, странно. Они выглядели как братья.

Плохо. Очень плохо.

– Он сказал, что ты знаешь, почему они здесь, и что все будет хорошо, – добавила Шули, и я, чтобы не расстраивать ее, ласково погладила ее по щеке.

Да, я знаю, зачем они здесь. Вне всякого сомнения, это сыщики, которых Шука послал, чтобы вернуть меня. А может, это были отец с Эйтаном? Или я зачем-то понадобилась адвокату. А все та статья в газете и выставка. Я знала, что это дорого мне обойдется.

– Первый сказал, что скоро приедет тот, кто тебе очень дорог, – добавила Юлия.

Шука. Они сообщили Шуке. Мне надо было уехать сразу после того, как в газете появилась статья. Чего я ждала? Почему не прислушалась к голосу разума? Опять любовь подвела меня.

– Ты сердишься?

– Вовсе нет, – успокоила я ее. – Сможешь сбегать в супермаркет?

– С удовольствием.

– Нам нужен кофе, – открыла я дверцу шкафчика, словно проверяя. – Молотый и растворимый. А еще печенье, хлорка, фольга и несколько тряпок. Да, и прихвати бутылку хорошего вина. Ведь у нас гости.

Я протянула ей банкноту, и она подмигнула мне с понимающим видом. Догадалась ли она о чем-нибудь? Вытерев руки о фартук, Шули исчезла.

Мне надо было поторапливаться.

Если я права и это действительно посланники Шуки, дело могло обернуться весьма плачевным образом. К счастью, мой конверт всегда при мне. Люди в Йерухаме неплохие, но кражи и взломы случаются тут постоянно.

Минуточку. Не могу же я исчезнуть как преступник, на которого началась облава. Мне надо вернуться, объяснить все Рухаме и рассказать Самеди о счете, открытом на ее имя.

Я оставила Вики записку, где сообщила, что сегодня меня на работе не будет, и пошла в туалет, окно в котором было достаточно большим, чтобы через него выбраться из парикмахерской незамеченной. Спрыгнув на землю, я огляделась. Никого, только несколько автомобилей припарковано по сторонам.

Куда теперь? Вернуться домой? Но как? Взятую напрокат машину я вернула, а новой так и не обзавелась. Автобусная остановка находится слишком далеко. Улицы пустынны. Мне некуда пойти, не подвергая опасности близких мне людей.

Было холодно, очень холодно. Лишь тот, кому доводилось жить в пустыне, знает, как низко может опуститься температура зимой. Стоял декабрь, солнце хоть и заливало город ярким светом, но было не в состоянии согреть остывшую за ночь землю. Куртка осталась в парикмахерской, но я побоялась вернуться за ней. Что, если те двое уже пришли и, прихлебывая кофе, болтают с Шули, стремясь выяснить как можно больше подробностей?

Я осторожно двинулась по улице, заходя время от времени в подъезды и выглядывая оттуда, чтобы определить, не идет ли кто-нибудь следом.

Улица была пустынной. Слишком пустынной. Время от времени по ней проезжали фуры, спешившие доставить привезенные с севера товары. Прошла женщина с ребенком, отчаянно вопящим на всю округу. Какой-то мальчишка подбросил ему мяч, и малыш успокоился. Две старушки, укутанные в шерстяные платки, прошли мимо, удивленно глядя на меня. Я вспомнила о забытой в парикмахерской куртке и тут же почувствовала, что продрогла до костей.

Мне срочно был нужен магазин одежды, чтобы купить что-нибудь теплое. Декабрьский холод леденил мое тело и замедлял мысли. Но все магазины находились на главной улице, а появляться там было слишком опасно.

Надо поскорее исчезнуть.

Рухама, дорогая моя Рухама! Простишь ли ты меня? А что подумает Вики? Что приютила беглую преступницу? А что, если Шука пригрозит развалить ее дело? Я почувствовала, что слезы вот-вот вырвутся наружу и зальют всю улицу, весь город.

Я старалась идти как можно медленнее, словно вышла на прогулку. Главное – не паниковать. Спокойно, Рут. Еще несколько сотен метров, и нужно снова зайти в подъезд, чтобы оглядеться.

Надо добраться до моего района, дойти до улицы Скорпионов и оттуда посмотреть на вход в мой дом. Проверить, там ли они.

Издалека я увидела два высоких столба, устремленных в небо, – символ Йерухама. Что-то в этой привычной умиротворяющей картине усилило чувство моего одиночества. Все то же небо, те же деревья, листья трепещут на ветру, и только я не могу найти себе места.

Вокруг, как всегда в это время дня, было тихо. Город погружен в послеобеденный отдых. Зайдя в соседний дом, я поднялась на площадку второго этажа и выглянула в окно. Напротив моего подъезда была припаркована серая машина, на переднем сиденье которой сидели два молодых парня. Один курил, а второй пристально смотрел в сторону входа.

Надо было прислушаться к голосу разума и сбежать, как только вышла эта чертова статья!

Парни вышли из машины. Один огляделся по сторонам, выбросил окурок в урну и вернулся на свое место, второй направился в сторону подъезда.

Надо предупредить Рухаму, чтобы ничего им не говорила и не строила из себя героиню. Эта парочка может быть опасной.

Отойдя на пару улиц, я набрала ее номер.

– Добрый день, – произнесла я, надеясь, что она не почувствует дрожь в моем голосе.

– Что? – прошептала она.

– Где ты?

– В Беэр-Шеве.

– Что ты там забыла?

– Я в поликлинике. Как раз сейчас у меня очередная проверка.

– В чем дело, Рухама? – испугалась я.

– Ничего особенного. Обычная маммография. А что с тобой?