Любовь со вкусом лета - Сильвия Лайм

до конца лета, мыть его машину, подстригать газон, пропалывать грядки, убивать комаров в радиусе трех метров вокруг него и отсчитывать ровно по сто овсяных хлопьев для его утренней каши. Все, что угодно, лишь бы он простил меня.

– Что значит – простить тебя? – повторил Дан. – За что? – Он смотрел мне прямо в глаза, и под этим взглядом я уже теряла сознание. – Мы тоже с мальчишками тогда творили черт знает что. Мы, конечно, были детьми… и по-моему, отлично повеселились… Творили глупости, но это нормально, разве нет?

Я не могла поверить в услышанное.

– Если честно, мне все это нравилось. Я увидел маленькую повелительницу огня. И понял, что моя жизнь больше мне не принадлежит. Ты была волшебницей из моей детской книжки, той самой дерзкой девчонкой, благодаря которой и происходит все самое интересное.

Я открыла рот и… закрыла.

Слов у меня не было, да и что тут можно сказать?

Дан встал и, сделав шаг, оказался рядом со мной. Он протянул руку, в которую я не задумываясь вложила свои пальцы.

Глубоко внутри я догадывалась. Девушка не может не знать. Бывает, что она ловит вибрации, частоты, импульсы еще до того, как парень сам разберется в своих чувствах. Другой вопрос, готова ли сама девушка к такому откровению или лучше прикрыться простодушным неведением. Дан потянул меня, не сильно, но достаточно, чтобы я встала со своего складного кресла. Наши глаза оказались близко, в его темных глазах озорно играли отблески огня. В тишине ночи, которая укрывала нас словно одеялом, слышалось только потрескивание дров в костре и наше частое глубокое дыхание. И его, и мое.

– Аврора, – прочитала я по губам Дана, – ты мне очень нравишься, ты знаешь?

Меня будто оглушило.

– Д-да… Н-нет… Не знаю… – Я не могла выбрать, какое слово было бы к месту.

Он слегка улыбнулся, только уголками губ.

– Когда тетя позвонила и попросила встретить тебя в аэропорту, я думал, что умру. Серьезно. Я так хотел тебя увидеть и так боялся, что не мог спать несколько дней. И вот ты здесь. Спасибо тебе за это.

Во мне что-то произошло от его слов, может быть, я отупела и онемела одновременно, потому что не могла мыслить, чувствовать, говорить, я могла только стискивать ладонь Дана и смотреть на его красивое лицо.

– Это… твое признание, – прошептала я наконец, – очень неожиданное.

– Я думаю, все же нет. – Теперь он улыбнулся по-настоящему, искренне и заразительно. Так, что я тоже не могла удержаться.

– Возможно, ты прав, – согласилась я. – Но… – Комок в горле мешал говорить. – Не знаю, ждешь ли ты тоже от меня признаний. Я могу пока сказать, что ты мне тоже… нравишься. Мне приятно проводить с тобой время…

– Мне этого достаточно, – прервал он меня. – Я и на такие слова никогда не рассчитывал. Я просто хочу прожить это лето рядом с тобой, видеть тебя каждый день, любоваться тобой на рассвете и закате, пусть даже издалека – оттуда, откуда тебе будет комфортно, снимать тебя много раз, тысячу или две, смешить тебя и напомнить тебе, что есть настоящая жизнь, отличная от твоих соцсетей.

Мое сердце раскололось, пустив по венам вязкую жидкость, я понимала и не понимала смысл его слов. Он стоял близко, я чувствовала его дыхание на своих губах, тепло его тела, его пальцы касались моих пальцев, его глаза не отпускали мои, а ресницы отбрасывали длинные тени на щеки, я разглядела трещинку на его губе, оставленную от того, как сильно он кусал губу. Черная прохладная ночь, жаркий костер, Дан, смотрящий на меня как на Афродиту, вышедшую из морской пены, – это все делало происходящее нереальным или, наоборот, слишком настоящим, и я застыла всего лишь на секунду, а потом сделала то, что мне подсказало сердце. Поцеловала Дана.

Я коснулась его губ своими нежно, заявляя о своих намерениях и разрешая ему целовать меня. Его теплое дыхание соединилось с моим, и я запрокинула голову, позволяя больше, чем это трепетное касание. Наши языки переплелись, я застонала. Его рука легла мне на затылок, прижимая ближе и ближе, вторая вцепилась мне в спину так крепко, словно он боялся, что я сорвусь с места и убегу. Мне нравился его вкус, запах его кожи, его сила под бугристыми мышцами, его жажда и его мягкость. Нравилось, как шумно и глубоко он вбирает воздух, как его пальцы перебирают мои волосы, как пульсируют и вырываются из его горла какие-то первобытные звуки и как нежны и деликатны его пальцы, касающиеся моей щеки. Я почувствовала, каким неистовым во мне стало биение жизни, словно этот поцелуй стирал с меня последний слой мрака, что мешал мне жить.

Мы оторвались друг от друга всего лишь на несколько секунд, чтобы отдышаться, я заметила, как лунный свет скользнул по его волосам и сверкнул отблеском в глазах. А потом снова горячие порывистые поцелуи – мои, его, мы не разбирались, кто целовал, а кто позволял. Они оставляли на коже пылающие следы и постепенно становились все медленней и глубже. Они погружали в транс, и мы все больше утрачивали связь с действительностью.

Я потянулась к его рубашке, стянула ее и бросила на землю, скользнула руками под футболку по тугому подтянутому торсу, мое тело заныло, мне хотелось большего.

– Погоди, – оторвался от меня Дан, тяжело дыша. – Не думаю, что это хорошая идея. Я знаю, почему это нужно мне, и будь моя воля, мы бы через секунду были близки…

– Но? – выдавила я, не веря тому, что он говорит.

– Но я не хочу так, понимаешь? Я хочу дать тебе время, чтобы ты захотела этого не под влиянием эмоций, света луны и интимности момента, а потому что ты желаешь. Желаешь быть со мной настолько близко, что ближе просто невозможно, потому что, когда это случится, я тебя уже не отпущу.

Мое тело протестовало, но он был прав.

Я медленно отступила. Да, мне нужно подумать. Я не хочу второй раз наступать на те же грабли.

Глава 14

Аврора

Две недели – ровно четырнадцать дней прошло с нашего похода в горы, и ровно одиннадцать дней мы вместе.

Как только мы вернулись и я оказалась наедине с собой в своем домике и смогла спокойно все обдумать, я поняла, что больше не хочу быть одна, когда меня так тянет к Дану. Он совсем другой. С ним мне не придется прикидывать и взвешивать, станет ли мой блог популярнее, если он