Книжный магазинчик по пятницам. Лето - Савако Натори

Пока я медленно спускался по совершенно тёмной лестнице, Макино, которая уже добралась до хранилища, включила свет. Раздался оглушительный треск, и бесчисленные флуоресцентные лампы, свисающие с низкого потолка, разом зажглись. Передо мной протянулся длинный, узкий подвал. Хранилище «Кинъёдо» размещалось на платформе-призраке, строительство которой начали ещё до войны, но вскоре приостановили. Об этой мечте до сих пор напоминают знак с надписью «Нохара» и рельсы.

Макино взяла половину из принесённых мной книг и попросила разложить оставшиеся по именам авторов. Я повернулся к алюминиевым книжным полкам, выстроившимся на платформе, и принялся за работу. В магазине на станции было невероятное количество книг. Не знаю, откуда в интернете появился слух о том, что это «книжный магазин, где можно найти любую книгу, которую хочешь прочитать», но, глядя на ряды полок, я понимаю, что это действительно так.

Закончив с книгами, я попытался найти тему для разговора, не желая упускать возможность поговорить наедине. Я окликнул Макино, которая стояла через два стеллажа от меня.

– Мне недавно позвонила Тодзэн. Сказала, что учитель Отоха придёт на встречу книжного клуба.

– Неужели? Саё наверняка обрадовалась? Вот и славно!

Её ответ прозвучал настолько быстро, что показался мне формальным. Ничего удивительного. В конце концов, общие темы для разговоров у нас с Макино – только книги и работа. Я всего-навсего сотрудник на полставки, она управляющая. Подавляя разочарование, я продолжил разговор.

– А в книжном клубе все должны высказаться? Я бы предпочёл просто послушать, если можно.

– А? – раздался удивлённый голос Макино, которая выглянула из-за стеллажа. – Кураи, ты не читал «Шестую Саёко»?

– Сейчас читаю. С самого начала много пугающих фраз, так что страницу переворачивать не хочется, но остановиться не могу, потому что любопытно, кто такая Саёко.

– Вот именно, – согласилась Макино, закатив глаза.

– Э?

– Почему бы не высказаться, Кураи?

– Но это всего лишь скромное мнение…

– Не существует плохого или хорошего мнения. Не знаю, как у других, но в Пятничном книжном клубе самое важное и интересное – это то, что мы каждый день делимся опытом чтения одной книги. Понятно? – закончила Макино, ожидая моего согласия. Её очаровательное лицо быстро развеяло лёгкое уныние, которое я испытывал минуту назад. Поправив очки, я глубоко вдохнул прохладный подвальный воздух.

– Понятно. Я быстро дочитаю и с нетерпением буду ждать своего первого книжного клуба. – Я замолчал, а потом, переборов смущение, продолжил: – Кстати, Тодзэн удивилась. Сказала, что стикер подействовал, как по волшебству.

Стоило мне это произнести, как Макино скрылась за стеллажом. Между ней и учителем, должно быть, что-то произошло. Возможно, у неё есть воспоминания, о которых она не хочет говорить. Прошлое есть прошлое. Но прошлое – это часть Макино. Я позвал её, словно пытался догнать:

– Минами, раскроете секрет этой магии?

Повисла пауза. Слышно было только, как она расставляет книги: «шурх, шурх, шурх». Наконец, она закончила.

– Ловкость рук. И никакой магии, – нараспев ответила Макино, откинула назад волосы, рассыпавшиеся по плечам, и направилась к моей полке, придав лицу суровое выражение.

– Кураи, ты не работаешь.

– Ой, простите. Прошу прощения.

Я поспешно повернулся к полкам и вдруг услышал голос позади.

– Мы собирались исполнить «Шестую Саёко» на фестивале культуры в третьем классе старшей школы и готовились с летних каникул. Во время одной встречи один из участников открыл окно класса и под ясным голубым летним небом прочитал эту строчку: «Натыкались ли вы на дорогу, которая могла вести к морю даже в городе?», а затем добавил: «Мне это знакомо».

Я догадался, о ком она говорит. Поэтому не обернулся. Не мог. Я был уверен, что моё лицо пылает от ревности. Пока я продолжал усердно работать, взгляд Макино устремился в далёкое прошлое.

– До сих пор помню Отто, который сказал: «Отныне каждое лето я буду вспоминать ваши лица в этом классе, голубое небо за окном и ваши слова». Думаю, Ясу, Сугава и сам Отто…

– И ещё один участник? – пробормотал я, стоя спиной к Макино.

Она не подтвердила и не опровергла моих слов, а лишь тихо вздохнула.

– Он сказал, что и в Нохаре есть такая дорога, ведущая к морю.

Так и знал, что это он.

Я поглаживал корешки книг, стараясь успокоиться.

Я знал имя того, кто, словно свет юности, озарил не только сердце Макино, но и сердца Ясу и Сугавы.

«Он – это Джин, да?» – не решился спросить я, а Макино продолжала:

– Это широкая дорога, которая ведёт вниз по горной дороге от школы и продолжается до станции.

– Вот как?

Когда мне удалось кое-как поставить последнюю книгу, я собрался с духом и посмотрел на Макино. Я чувствовал аромат цветов, исходивший от её волос. Мне стало интересно, чувствовал ли Джин этот запах. Стало интересно, касался ли он её волос. Я почувствовал, как горит моё лицо, а голос дрожит.

– Может, нам увеличить количество участников Пятничного книжного клуба?

Макино удивлённо посмотрела на меня и медленно покачала головой.

– Не стоит.

Я отвёл взгляд, разочарованный собственной слабостью. Хотя прошлое Макино вызывало любопытство, мои мысли были сосредоточены только на той Макино, которая мне нравится, на той, какой я хочу её видеть, но в то же время я отрицал реальную Макино. Я пытался стереть её из головы. Но тогда это не любовь, а просто иллюзия.

Я почувствовал, как на спине выступил холодный пот, и выбежал из книгохранилища.

* * *

Первая пятница летних каникул выдалась солнечной. Старшеклассники, спешащие на летние занятия в школьных клубах, малыши, приехавшие навестить бабушек и дедушек, и взрослые, которым предоставили ранние летние отпуска, – все останавливались в «Кинъёдо».

Мы, сотрудники магазина, пытались обслуживать покупателей, как обычно, но все выглядели немного нервными. Думаю, потому, что не переставали думать о книжном клубе.

Специальный поезд отправился рано, и как только дневное движение поездов закончилось, мы поспешили завершить работу и повесить табличку на автоматические двери, сообщающую о закрытии.

Позже приехала Саё, и мы начали готовиться к книжному клубу: передвинули стол в кафе, чтобы освободить место посередине, затем принесли из подсобки шесть складных стульев и расставили их в ряд. Поставили стол по центру, выставили кофейник, кувшин лимонада и стаканы.

Макино вынесла из подсобки Саёко – жуткую картонную куклу с приклеенным к ней мехом – и сказала: «Я потратила на неё всю ночь», но, когда все заметили, что «это не Саёко, это Садако», она недовольно забрала её.

За барной стойкой Сугава готовил полуночный перекус: сэндвичи с яйцом и колбасой. Сэндвичи с картофельным салатом уже были готовы и лежали на серебряном подносе, накрытом салфеткой.

– Аппетитно!

Когда мы с Саё подошли к барной