Возвращение Синей Бороды - Виктор Олегович Пелевин

– Высшую человеческую потребность, – ответил Авраам.

– В чем она?

– Когда наши животные и социальные потребности удовлетворены, – произнес Авраам торжественно, – мы начинаем бороться за возможность самоактуализации.

– А что такое са-мо-ак-ту-али-за-ция? – спросил Нефер. – Я не до конца постигаю это слово, хотя по-отдельности все иероглифы мне понятны.

– Ну… Как объяснить… Мы хотим стать самой полной и аутентичной версией самих себя. Чтобы действовать по собственному выбору, в соответствии с нашими ценностями и высшим назначением. В соответствии с нашей самостью.

– Стой, – сказал Нефер. – Так еще непонятней. Давай разбираться подробно.

– Разбираться в чем?

– Какую из самостей ты имеешь в виду?

– А какие бывают?

Нефер поглядел на Авраама недоверчиво.

– Разве рабам это не объясняют? Или у тебя был злой хозяин?

Авраам терпеливо улыбнулся.

– Хорошо, – кивнул Нефер, – хорошо. Я не все знаю про твой мир, так что проще объяснить. У человека есть следующие самости, или души…

Он выставил перед собой ладонь и принялся загибать пальцы.

– Ка, то есть жизненная сила, связанная с физической мощью и подношениями. Ба, подвижная сущность, способная перемещаться между мирами. Затем Ах, божественный аспект, появляющийся у тех, кто вкусил вечности. Еще есть Шуит – тень, сопровождающая тело. Есть также Рен – то есть имя, или магическая часть, делающая тебя тем, кто ты есть…

Пальцы на правой ладони кончились, и Нефер поднял перед собой левую. Однако на ней он загнул лишь один палец:

– Также к самостям или душам можно отнести Иб – то есть сердце, определяющее твою судьбу на Суде… Есть среди перечисленного та самость, о которой говорил ты? Тщательно отмеряй свои слова, прошу тебя.

Авраам вздохнул.

– Ни одна из перечисленных тобой самостей, Нефер, не является тем, что актуализируется на высшем этаже моей пирамиды.

– Может, ты называешь самоактуализацией достижение гармонии между различными душами? Например, одновременную заботу о Ка через подношения, сохранение Ба через ритуалы и достижение Ах через праведную жизнь?

– Нет, – ответил Авраам. – Тоже нет. Я даже не уверен, что сумею объяснить, что имеется в виду. Ты остался слишком далеко в прошлом…

– Ты говоришь не подумав, – сказал Нефер. – Я в прошлом, но я и в твоем будущем. Вспомни, что происходит. Я вернул тебя к жизни, чтобы ограбить твою могилу. Где здесь прошлое? Где будущее? Где настоящее?

– Да, – согласился Авраам, – ситуация не самая типичная. Попробую ответить на твой вопрос ясно. Самоактуализация, Нефер – это стремление человека реализовать свои способности и потенциал, чтобы стать тем, кем он может. И это не столько конечная цель, сколько непрерывный процесс роста. Понимаешь?

– Нет. Кем это ты собираешься стать, если ты уже есть?

– Хорошо, Нефер, давай коротко повторим наш маршрут по пирамиде потребностей. Вот, допустим, ты скитаешься голодный в пустыне…

– Я? Это ты скитаешься голодный в пустыне, муж ослицы.

– Не ты именно, Нефер. Извини. Некий человек скитается в пустыне без еды и питья, не зная, где он будет спать. Чего ему хочется? Поесть и попить, а потом найти приют. Когда про все эти вещи можно не думать, чего ему желанно больше всего? Правильно, чтобы не пришлось думать про них опять. Это второй этаж. Когда не надо больше заботиться о теле, что тогда? Нам хочется быть частью семьи или племени, где нас не отвергнут – и мы всячески подлаживаемся под ближних, забыв о себе. Это третий этаж. На четвертом перед нами встают вопросы статуса и самооценки – мы не просто желаем быть частью группы, мы хотим, чтобы нас уважали. И только потом, на последнем этаже пирамиды, появляется возможность этой вот самоактуализации. Человек хочет стать наиболее полной и аутентичной версией себя самого. Поступать так, как велит высшее назначение, в соответствии с его принципами и велениями сердца.

– Подожди, – сказал Нефер. – Но если на третьем этаже ты хотел стать членом племени и обрести семью, значит, в это время ты скрывал от других, чего хочет твое сердце на самом деле? Обманывал всех вокруг?

– Нет, Нефер. Так нельзя ставить вопрос. Когда ты пытаешься стать частью коллектива, ты стараешься сделаться полезным и нужным другим людям. Иначе зачем им ты? Приходится больше думать о них, чем о себе. А вот когда ты поднялся на вершину… Тогда можно вспомнить о собственных желаниях. О самых сокровенных потребностях, удовлетворение которых и есть твоя самоактуализация.

– Понятно, – ответил Нефер. – Прямодушный муж выразился бы проще. Но откуда у тебя возьмутся новые желания? Ведь ты уже выполнил их все, чтобы прийти на последний этаж.

– Нет, – сказал Авраам. – Я говорю о желаниях, не входящих в нижние четыре группы. Есть нечто, постепенно формирующееся в глубинах твоего сердца, пока ты занят борьбой за выживание. Теперь, на пятом этаже пирамиды, ты открываешь наконец в своем сердце эту тайную дверь.

– Можно объяснить на понятном примере?

– Я попробую на твоем. Вот скажи, когда ты ограбил пирамиды этих Хуфу и Хефрена, ты ведь, наверное, стал самым уважаемым в Египте… э-э-э… профессионалом?

– Несомненно, – ответил Нефер. – Гильдия некромантов присвоила мне титул великого мастера и старшего грабителя царских усыпальниц, чего не делали никогда раньше и никогда позже.

– В это время у тебя уже были еда и кров, деньги и безопасность, и, конечно, уважение соратников?

– Да, – подумав, сказал Нефер. – Вот только с безопасностью было не очень… Но в то время так обстояли дела во всем Египте – и в Нижнем, и в Верхнем.

– И чем же ты озаботился в это время, Нефер?

Нефер недоверчиво улыбнулся.

– Как чем. Какие странные вопросы ты задаешь. Конечно, своим посмертием.

– То есть собственной усыпальницей?

– Вопрос сложнее, – ответил Нефер. – Нас, грабителей, редко хоронят по священному обряду. Обычно нас казнят жесточайшим образом, а потом выкидывают наши останки в пустыню. Иногда даже ставят вокруг стражу, чтобы кости не мог подобрать никто, кроме зверей. Поэтому мы с самого начала молимся Сету, богу пустынь и распада. И приносим ему особые жертвы, которые подобают лишь этому божеству.

– Какие?

Нефер почесал голову.

– Цвет Сета – красный. Поэтому хорошо проливать кровь в пустыне, а также развешивать красные флаги в проклятых богами местах, чтобы их видели издали и трепетали. Но это грубые жертвы. А Сет любит жертвы тонкие.

– Какие?

– Он бог хаоса, поэтому ему приятен распад. Как ты думаешь, почему мы, грабители, разбиваем в усыпальницах статуи и каменные саркофаги? Это наши приношения Сету. Порядок превращается в хаос…

– Так ты для этого разбил саркофаг Великой Пирамиды? И разрубил на части мумию царя?

– Именно, – ответил Нефер. – Чтобы порадовать Сета распадом и хаосом.

– Ага, – сказал Авраам, – теперь дошло. Вот почему ты говоришь, что сделал это