Пренебрежитель - Маргарита Александровна Полуэктова

такое пренебрежительное или открыто агрессивное отношение к другим – нормально? Откуда берется импульс вести себя подобным образом? Вот над чем я то и дело задумываюсь, и, признаюсь, к ответу так и не пришел.

– Нет?

Герман обескураженно покачал головой. Тогда Рауль тоже наклонился поближе к костру, копируя позу друга, и задумчиво произнес:

– Вот ты говоришь в основном о конфликтах в комментариях… Но этим же не ограничивается поле деятельности хейтеров? Кто-то унижает кого попало, а кто-то наверняка может ни с того ни с сего ополчиться на вполне определенное лицо. Я читал о таком. Что-то из шоу-бизнеса… Люди по нескольку раз в день могут писать самые неприятные вещи кому-то конкретному, дело доходит чуть ли не до угроз. Причем наверняка не каждый удосуживается разобраться в том, действительно ли эта медийная персона сделала что-то не так – просто прошелестела какая-то волна неприязни, и они чувствуют себя обязанными в ней поучаствовать. Так ведь тоже бывает?

– Да, конечно. Я, кажется, упомянул о том, что ненависть может быть направлена как на анонимных собеседников, так и на кого-то определенного.

Рауль покачал головой.

– Мне этого не понять… ни мотивов, ни самого существования этого явления.

– Хуже всего то, – вкрадчиво произнес Герман, – что люди страдают от него ежедневно, будь то единичный случай или продолжительная целенаправленная травля. Кто-то старается игнорировать нападки или молча терпит их, а кто-то страдает настолько сильно, что это отражается на моральном здоровье и принимаемых решениях. Самому мне, к счастью, пока что удавалось избежать особо жестоких атак хейтеров – что ж, я не такой известный человек и помимо того эксперимента в онлайн-дискуссиях на открытых форумах почти не участвовал. Но я лично знаю немало людей, которые стали жертвами кибербуллинга. Ничего, кроме стресса и расстройства, такие столкновения им не принесли. Я много размышлял об этом… пытался придумать, как можно помочь людям избежать нападок в интернете, где ключевой фактор общения – свобода слова… Так я и пришел к той идее, которая стала основой моего нынешнего проекта.

Герман сделал паузу и взглянул на Рауля. Гид пристально смотрел на него с сосредоточенным вниманием. Что-то заставило Германа перевести глаза и на Антона. К своему слабому удивлению, он осознал, что тот больше не спит – если вообще спал до этого. Укутавшись пледом, Антон смотрел на костер, но явно слушал его с Раулем разговор. К этому моменту, впрочем, Герман уже не переживал из-за его присутствия. Даже наоборот – ему вдруг подумалось, что Антону было бы нелишним послушать о сути его проекта. Пусть убедится в том, что он действительно компетентен в своем роде деятельности.

– Что же ты придумал? – спросил Рауль, возвращая задумавшегося было друга в реальность.

– Я придумал фильтр, – ответил он. – Более года моя команда занималась разработкой программы, которая могла бы проверять посты и комментарии к ним на наличие нецензурной брани, уничижительной лексики и агрессивного тона, а также анализировать, является любая отдельно взятая запись конструктивной критикой или же бессмысленным выплеском негатива.

Рауль в ответ на это с сомнением промычал, после чего поинтересовался:

– И в чем суть такой программы? Чем могут быть полезны результаты этих анализов?

– Эта программа – фильтр, как я уже упомянул, – продолжил пояснять Герман, – который каждый сможет внедрить в свой браузер. Это позволит ей взаимодействовать с любым текстовым веб-сайтом. Пользователи будут включать и выключать фильтр по своему усмотрению. Поскольку задача алгоритма – распознавать записи и комментарии хейтерского характера, включенный фильтр сможет их автоматически скрывать. Эффект два в одном. Во-первых, тот, кому был адресован ненужный негатив, не получает его; во-вторых, хейтеру приходит сообщение об ошибке, из которого он понимает, что его писанина ушла в никуда. У первых таким образом не будет повода для расстройства, а у вторых – возможности заниматься своим непотребством, что впоследствии, может быть, полностью отобьет у них охоту вести себя так в принципе.

Рауль слегка приподнял бровь.

– Неужели, – задумчиво вымолвил он, – неужели сделать такую программу реально?

Герман в ответ пожал плечами так, будто это было нечто очевидное, но тут же вслух произнес:

– Выходит, что да.

Некоторое время гид молчал.

– Но что насчет того негатива, который может быть завешен… как это называется… завуалирован? «Ему лучше не показываться на улице», к примеру – что-то в этом роде явно ведь скрытая агрессия? Автор подобного комментария во всяком случае вряд ли желает этими словами кому-нибудь добра. Или… или, к примеру, ты говорил про начинающую певицу – что, если под фото с ее первого выступления кто-то напишет: «Я считаю, что ей надо заняться чем-то другим»? Здесь тоже нет открытой агрессии; а формулировка, возможно, даже сойдет за дипломатичную. Но разве такие комментарии – без брани, без агрессии, без явного негатива – не могут задеть получателя? Заставить его, по крайней мере, сомневаться в себе? Суть ведь наверняка не в том, как та или иная мысль бывает высказана, а в том, что она под собой подразумевает…

Губы Германа растянулись в легкой смущенной улыбке.

– Ты хорошо это подметил, Рауль. – Он немного понизил голос. – Признаюсь откровенно, это наше слабое место. Пока что. Однако ни один сайт, ни одна программа не бывали еще идеальными в первые дни запуска – все отлаживается постепенно. Мы будем развиваться и работать над тем, чтобы охватить все – в том числе и аспект скрытой, пассивной агрессии.

Гид задумчиво промычал.

– Я, конечно же, поддерживаю твою инициативу – хоть сам в интернете и не сижу, – промолвил он, – но что-то я не уверен в том, что охватить все возможно в принципе.

– Пусть так, – согласился Герман, – но даже если мы сумели охватить какую-то часть, это уже будет победа.

– Хмм… да. Это ты верно сказал. – Рауль некоторое время молчал, после чего произнес: – А не может ли твой фильтр случайно удалить то, что будет разумным комментарием, а не происками хейтеров? Что, если критика конструктивна?

Прежде чем ответить, Герман невольно бросил короткий взгляд на Антона и убедился, что тот уже пристально, не мигая, смотрел на него.

– Скрыть. Нет, алгоритм тщательно выверен, – вымолвил он наконец, – и взаимодействует только с необоснованно негативными или агрессивными высказываниями. В отличие от них конструктивная и аргументированная критика, разумеется, никуда не исчезает. Раскладывая все плюсы и минусы по полочкам, в конечном итоге она приносит пользу – дает понять, что именно и почему сделано не так, а это, в свою очередь, помогает ее получателю исправиться в дальнейшем. Ведь, разумеется, среди жертв хейтеров бывают люди, чьи действия вызывают справедливое возмущение,