Варварогений децивилизатор - Любомир Мицич

мировых держав и неэффективной политике Лиги Наций, принимавшей частичные и запоздалые меры. Вторая итало-эфиопская война началась 3 октября 1935 г. и завершилась 5 мая 1936 г. взятием итал. армией Аддис-Абебы. В июне Эфиопия, Эритрея и Итальянское Сомали были объединены в колонию Итальянская Восточная Африка.

Итал. армия в этой войне использовала новые вооружения, а также запрещённое химическое оружие, тогда как Эфиопия к моменту нападения находилась под международным эмбарго на поставки вооружений и военного снаряжения. При рассмотрении в Лиге Наций 20 апреля 1936 г. вопроса о применении итал. армией отравляющих веществ представитель Франции П. Бонкур выступил с примирительными словами: «Мы нуждаемся в урегулировании отношений этой большой страны с Лигой Наций для того, чтобы Италия могла участвовать в деле созидания Европы…» Император (негус) Эфиопии Хайле Селассие I был вынужден защищать страну плохо оснащённой и дезорганизованной армией, лично возглавив сопротивление. 29 апреля 1936 г. он обратился к мировому сообществу с воззванием о помощи и пророчеством о скорой гибели коллективной безопасности. После ряда сокрушительных поражений своей армии император в нач. мая тайно покинул страну, создав временное правительство для руководства партизанским движением. 5 мая 1941 г. во главе отряда эфиоп. патриотов при поддержке брит., фр. и белы, военных вернулся в Аддис-Абебу.

6 Мицич имеет в виду сербохорват, язык, который наряду со словен. был государственным языком КЮ.

7 Лиз Готи (наст, имя Алис Готье, 1900–1994) – фр. певица и киноактриса. Песня «Шаланда плывёт», которую Готи впервые исполнила в 1933 г., стала настолько популярной, что дистрибьюторы фильма Ж. Виго «Аталанта», снятого в 1934 г., решили переименовать картину и в надежде на успех выпустили киноафиши с назв. «Шаланда плывёт».

8 Люсьен Буайе (1901–1983) – одна из самых популярных фр. певиц межвоенного периода.

9 Имеется в виду басня Ж. де Лафонтена «Дунайский крестьянин». В пер. В. Левина эти строчки звучат так: «Точь-в-точь медведь, когда храпел он много дней // И плохо вылизан», см.: Библиотека всемирной литературы. Т. 41: Европейская поэзия XVII в. ⁄ Сост. И. Бочкарева, Е. Витковский, Л. Гинзбург, И. Иванова и др. М.: Худож. лит-ра, 1977. С. 699.

10 Фея Моргана – персонаж кельт, артуровского цикла, волшебница и целительница, которая, по некоторым версиям легенды, была сестрой короля Артура. В др. источниках Фея Моргана предстаёт властительницей о. Авалон. По одному из вариантов сказания, на этом острове был выкован меч короля Артура и на этот же остров короля привезли для исцеления от ран, полученных в последней битве. От имени Феи Морганы происходит назв. редкого оптического явления в атмосфере – Фата-моргана. Это сложный вид миража, при котором за горизонтом видны чередующиеся или накладывающиеся друг на друга искажённые изображения отдалённых объектов. В переносном смысле – мираж, иллюзия, заблуждение, обман, нечто в реальности недоступное.

11 Отец Варварогения стал героем вышедшего восемью годами ранее романа Мицича «Зенитон, возлюбленный Фаты Морганы». В рецензии на эту кн., появившейся в парижской газ. “Comoedia”, говорится следующее:

«Зенитон – это своеобразный балканский Заратустра, а его создатель, Любомир Мицич – сербский Ницше. Лихорадочный визионер, обладатель порывистого воображения, неистовый бунтарь, но прежде всего поэт – таков автор “Зенитона”, и под внешней оболочкой циничного философа и анархиста-мстителя ему с трудом удаётся скрывать пылкую любовь к гармонии и справедливости. Волей-неволей он оказывается поэтом-патриотом, чёрным трубадуром истерзанной родины. Мы говорили о Ницше. Он же сравнивает себя с Гамлетом: “Я, Зенитон, варварский принц и брат Гамлета…”

Тогда почему не Данте? Среди множества диковинных сокровищ, под слоем фантазии – фантазии и впрямь мучительной – в этой книге местами проступает смутная дантовская мощь, а Фата Моргана, в которой поэт нашёл свою Беатриче, пробуждает и в то же время разрушает не ницшеанское сверхчеловеческое, а бесчеловечность, присущую новому времени. Из этого динамичного сочинения вырываются языки всепоглощающего пламени. Каждая страница обрушивает на вас аэролит, и восхитительный космогонический хаос знаменует конец света. Такому писателю не пожелаешь упорядоченности, по крайней мере, не сейчас. Когда-нибудь в его душе всё встанет на свои места, жар угаснет, позволив ему создать что-то другое – может, более совершенное, а может, и нет. Но когда придёт тот день, ему не стоит отрекаться от первых своих трудов, ибо “Смелее! К варварству” и “Зенитон, возлюбленный Фаты Морганы” раскрывают новый потенциал поэтической выразительности: со всей своей свирепостью и непримиримостью Любомир Мицич – самый настоящий европейский бард, пророк, вопиющий с балканских рубежей, его-то в июле 1914 года и обещал нам явить Белград» (М.В. Zéniton, par Lioubomir Mitsitch // Comoedia. 1930. 30 Juin. P. 3).

12 Памятник Неизвестному Герою был сооружён в 1922 г. на вершине расположенной в 16,5 км от нынешнего Белграда горы Авала (511 м). Его воздвигли на месте могилы неизвестного солдата, погибшего в Первую мировую войну, рядом с останками средневековой крепости Жрнов (Жрнован). Средства на постройку памятника собирали жители окрестных деревень. В 1934 г. король Александр I положил нач. строительству на этом месте нового монумента Неизвестному Герою, стены крепости были взорваны динамитом. Мавзолей по проекту хорв. скульптора И. Мештровича был открыт в 1938 г.

13 Цит. по: Тассо Т. Освобождённый Иерусалим ⁄ Пер. с итал. В.С. Лихачёва; подг. текста, предисл., коммент. А.О. Дёмина. СПб.: Наука, 2007. С. 121.

14 Мицич цит. рецензию на произведение Ж. Маню «Хаким в синем бурнусе» (1934), повествующее о службе фр. лейтенанта в Марокко. Вкратце описав сюжет кн., автор заметки Андре Терив пишет: «Он [лейтенант] полагает, что огромное благо колонизации оправдывает незначительный её вред […]. Но он не хочет задаваться вопросом о том, действительно ли цивилизация – пусть даже материальная – может осчастливить тех людей, которые прекрасно обходятся без неё. Он – человек по природе своей как будто децивилизованный и проповедует весьма современные идеалы риска, физической жизни. На самом деле он отрёкся от той Европы, за которую сам же и вышел сражаться. Его собственные слова о подчинённых, выказывающих по отношению к нему пассивную, сдержанную враждебность, должны были навести его на мысль, которую наши предки называли озарением: варвар не верит во всеобщую культуру. В сущности, варвар всегда партикулярист. Хотя в таком ракурсе практически любой народ сегодня скатывается к варварству. Лишь одно философское учение было способно породить цивилизацию – интеллектуализм. Мы же только и делаем, что её уничтожаем. И за это нас ждёт расплата» (см.: Thérive A. Les Livres //Le Temps. 1934. 16 Août. P. 3).

15 Джурджевдан (день Св. Георгия, серб., у русских Юрьев день, Егорий вешний и т. д.) – важнейший серб, и балканский народный праздник на границе зимы и лета, день здоровья и плодородия, отмечаемый 6 мая