О чем живут женщины. 10 ироничных новелл о смелости и любви - Лариса Парфентьева

Она вспомнила ту самую курву, которая попросила у нее безлактозное молоко. «Ну, я хотя бы не скрываю, когда мне что-то не нравится», — подумала Маша, пожав плечами. Они двинулись дальше. Через пару минут девушки и оператор оказались у гримерки, на которой висела табличка «Король рэпа Бэд Краш», и зашли внутрь. На кожаном диване сидел Он: в белой футболке, кожаной куртке, массивных украшениях и со стаканом виски в правой руке. В левой он держал телефон и разглядывал через камеру свои обновленные разноцветные виниры.

Бэд Краш поднял голову и увидел гостей. Рокси недовольно сказала: «Бэд, стакан убери. Мы снимаем». Он суетливо засунул стакан под диван со словами: «О, моя девочка пришла».

«Маша, сейчас последняя съемка: ты встречаешь Бэда, вам весело и все такое. Поняла?» — слегка раздраженно обратилась блогерша к Маше. Та покорно кивнула.

Сцену отсняли быстро, механически, за пару дублей. Все имитировали ликование от бурной встречи. Правда, Маша выглядела растерянной. Ей казалось, что происходит что-то не то. Оператор удалился из гримерки, и ребята остались втроем. Бэд достал из-под дивана стакан и опрокинул его залпом. Рокси гневно обратилась к своему бойфренду:

— Бэд, сколько можно пить? Я не понимаю!

— Зай, не ругайся.

— Ты все время пьешь. Я не помню, когда ты в последний раз был трезвый.

— Я же творческий человек. Алкоголь помогает мне в творчестве. Я написал новый трек, послушай.

С этими словами Бэд сложил руку в кулак, имитируя микрофон, закрыл глаза и начал петь:

— «Эй, детка, садись в мою „Феррари“,

Мы умчим в далекие дали.

Мы с тобой на всех людей клали,

Потому что птицу-любовь мы поймали.

Пуф-птыщ-пуф-птыщ».

Ну и дальше там идет небольшой битбокс. Как тебе? Думаю, это хитяра!

Рокси закрыла рукой лицо.

— Господи, Бэд! Мне иногда становится стыдно от твоих текстов. Какой еще «Феррари»? Какие дали? Куда клали?

Бэд Краш резко отставил стакан с виски, наклонился к ней и посмотрел стальным взглядом:

— Ты кто такая, чтобы критиковать мои крутые текста? Ты хоть один нормальный пост сама написала? Целыми днями снимаешь сторис — вот и вся твоя жизнь.

Блогерша отодвинулась от него.

— Ну и скотина же ты… — Она сделала глубокий успокоительный вдох и произнесла: — Да, кстати, ты прав. Давай запилим сторис.

Он фыркнул, как маленький ребенок:

— Не хочу ничего пилить!

Рокси подвинулась к нему и сказала:

— Ты что, идиот? Давай хотя бы фотку сделаем. Я целый день анонсирую, что еду к тебе на презентацию. Люди ждут мяса, любви и эмоций. Дадим им это. Тем более, ты знаешь, как это выгодно нам обоим.

Бэд сделал еще один глоток и сказал:

— Ну хорошо, хорошо.

Она положила голову ему на грудь, выдавила из себя сахарную улыбку и сделала фотку. Быстро выложила ее в сторис с подписью: «Приехала поздравить любимого с презентацией. Спасибо, что ты у меня есть! Ты — гений!»

«Все. Мы пойдем в зал», — Рокси схватила Машу под руку и буквально вытолкала ее из гримерки.

Сторис 4: «Закат»

Когда они вышли, Маша совсем растерялась и не понимала, как реагировать на этот неприятный разговор, случайным свидетелем которого она стала. Рокси сказала: «Уф, мне надо успокоиться. Тяжелый день. Пойдем туда, где нет людей. Поднимемся на крышу». Они попросили охранника отвести их на крышу, которая была закрыта от посетителей. Молча поднялись по ступенькам наверх, отворили железную дверь.

Когда они оказались на крыше, Маша открыла рот, чтобы промямлить что-то извиняющееся, но Рокси ее опередила:

— Ничего не говори. Я и сама все знаю.

— Э-э-э… Я даже и не знаю, если честно, что сказать.

— Если хочешь меня поддержать, то скажи, что его музыка — это настоящее говно.

— Да уж, тут не могу не согласиться. «Феррари-дали»… Это, конечно, какое-то фуфло. Даже я это понимаю.

Рокси смотрела на вечерний город, мигающий беспечными фонарями. Город просто жил. Блогерша, даже не взглянув на Машу, продолжила:

— Когда мы познакомились, я в него сразу влюбилась. Он был такой уверенный в себе. Я подумала: «Ну наконец нормальный мужик!» Первые три месяца все было по-настоящему.

— А потом?

— А потом я поняла, что за эти три месяца ни разу не видела его трезвым. Потом узнала, что он мне изменяет. И вот уже целый год мы имитируем отношения на камеру. Даже не созваниваемся, а просто встречаемся, когда нужно что-то снять.

— Да… А в «Инстаграме» все выглядит так, как будто у вас любовь.

— Ну, Маша, ты же взрослая. Уже должна знать разницу между «выглядеть в „Инстаграме“» и «быть в реальности». А еще он пишет дерьмовую музыку. Не могу ее слушать. У меня же классическое музыкальное образование.

— Ого, я и не знала!

— Да, по мне и не скажешь… Я бы сама хотела заниматься музыкой. Но куда мне идти? В оркестр? За гроши? Это же просто смешно.

— А почему ты с ним не расстанешься и не найдешь себе нормального парня?

— Потому что мне нужны охваты. Знаешь, как взрывается моя лента от нашего романа? А нормальные парни — где они? Боятся подкатить, когда узнают, сколько я зарабатываю и какая у меня жизнь. Никто не хочет быть в тени известной девушки… И при этом еще знать, что рядом со мной им придется работать штативом.

— Я думала, у тебя куча поклонников…

— Да ладно тебе… Мне за последний год ни один мужик не подарил даже долбаного цветка!

Рокси устало оперлась о перила и свесилась вниз.

— Маша, вот такой у тебя