Девочки - Анжелика Николаевна Королёва

на что способен этот товарищ. Аня оделась на скорую руку и с сапогами в руках вылетела из номера. Она тут же столкнулась с Саней, которому показалось, что в номере кричат, и он решил проверить.

– Что с тобой?! Что там? Где Оля? – быстро спросил Саня и нащупал пистолет во внутреннем кармане куртки.

– Он ударил меня, Саня! Он хотел без презерватива и анал, он прямо, он… изнасиловал меня. – Она начала всхлипывать.

– Вот, сука! С презиком был? – переспросил Саня.

– Да! Оля меня спасла, она сейчас с ним… аналом занимается, Сань… – Аня говорила путано, надевала сапоги.

– Иди в машину, я сейчас. – Он говорил это, на ходу переложил пистолет в ближний карман и зашёл в номер.

Она побежала вниз. На вопрос Юры-водителя, что с ней, ответила, что там беспредел и машину лучше не глушить. Через некоторое время в дверях показались Саня и Оля.

– Прокурор он из Грузии, ёпть! – Саня ругался редко, но метко.

– Чё там, Сань? – спросил Юра тревожно.

– Да твари! Сейчас на разборки поедем, я Мише позвонил, чтобы поднимал бригаду. Этих зверей уболтал, чтобы ждали, мол, сейчас им других девочек привезём. Олю еле забрал. Анал им нужен!

– Не хренас-се?! Совсем озверели, – только и мог сказать Юра.

– Тока ты, это, держи язык за зубами, поял? – грубо, но не зло сказал Саня, – сам знаешь, и девочки, вы там, в конторе тоже, особо не распространяйтесь.

– Конечно! – в голос ответили девочки, которые сидели, как прилипшие друг к другу, и стучали зубами то ли от холода, то ли от страха.

– Оль, спасибо тебе, – тихо сказала Аня Безумной, – мне так страшно стало.

– Да ладно тебе, любой бы так сделал. – Безумная действительно так думала, она не хвасталась.

– Не-ет, я бы так не смогла.

– Смогла-смогла. – Оля поцеловала Аню в макушку, приобняла её, так они и доехали до офиса.

На следующий день Саня рассказал, что через полчаса в номер к тем грузинам нагрянули Уралмашевские парни из «Школы самбо», забрали с собой этих кавказских «прокуроров», отметелили их по полной программе где-то за городом. Что было дальше, Саня умолчал, добавил только, что их милицейские корочки оказались фальшивые.

* * *

Когда женщины живут рядом, то чаще всего менструальный цикл у них проходит в одно и то же время. В их конторе на эти дни им давали выходные, в этот раз Аня с Ирэн остались дома, они ждали в гости подругу Ирэн, Наташку, которая недавно приехала из Югославии. Ирэн рассказала, что та ездила туда исключительно по работе: танцевала в ночном клубе. Родом Наташка была из городка, который находился рядом с Аниным Ко́шкино, но Ирэн сказала, что Наташка выглядит сейчас почти как столичная фифа, и это действительно было так.

В глаза сразу бросались светлые крашеные волосы, собранные в длинный хвост-шиньон, пухлые губы и крупные черты лица. Одета она была в белую искусственную, но красивую шубку, мех которой свисал небрежной бахромой, на ногах были чёрные замшевые ботфорты с высокими каблуками, лакированные чёрные шорты, с завышенной талией, черные ажурные колготки с люрексом, водолазка из нежного чёрного кашемира и золотистый большой кулон на груди смотрелись очень эффектно. Видно было, что вещи куплены не в России. Высокая зеленоглазая Наташка зашла и очаровала их открытой, чуть глуповатой улыбкой, из-за выпуклых скул она походила немного на воина-индейца. Фигура у неё была точёная, походка уверенная.

Как и сказала Ирэн, характер у подруги был боевой, обладала она особым обаянием: притягивала к себе людей и могла уговорить кого угодно на что угодно. Она изящно открыла замшевую чёрную сумку-ридикюль, с красивыми висюльками по бокам и золотистой застёжкой посередине, достала коричневые длинные сигареты из красивой пачки, присела на подоконнике в кухне и начала покачивать ногой, выпуская колечки сигаретного дыма. Они тут же продолжили болтать и пить «Амаретто» как ни в чём не бывало, Наташка очень легко влилась в их компанию.

– Девки, там, конечно, чётко, но страшно. Война везде. Всё время в напряге. – Наташка взахлеб говорила о Югославии.

– А чё напряжного, ты же говорила, всё путём? – недоверчиво поглядела на неё Ирэн и закурила любимый «Salem» с ментолом.

– Ир, ты чё, не могла я такое сказать?! Там в мирных жителей стреляют! Побегали мы, конечно… Прятались, нас даже чуть не убили. – Наташка вытаращила свои зелёные глазища, отхлебнула приличный глоток «Амаретто» и положила руку на грудь, будто ей трудно говорить.

– А что они делят, они ж Европа, там всё цивильно? – спросила удивленно Аня, плохо понимая международную обстановку.

– Не, ну вы тут чё, ваще от жизни отстали?! Там ещё хуже нашего. Тока-тока две войны было, Босния с Герцеговиной там…

– Господи, это ещё что? – продолжала удивляться Аня и посмотрела на Наташку, как на человека, который знает то, что не знает никто.

– Страны. Ну, это Балканы же всё, они вообще там все такие… хрен проссышь. Короче, там не одна Югославия. Все думают, там мир, дружба, жвачка, а они, оказывается, всю жизнь чё-то делят между собой. Сербы, хорваты, Косово-херосово… там все друг другу поперек горла, короче. Мусульмане, православные. Забодали они! Я, думаешь, чё свалила?

– Не платили, может… Или что… били? – предположила Аня.

– Ой, девки… всякое было, – спокойно ответила Наташка.

– Чё, били, правда? – с сочувствием в голосе отреагировала Ирэн, Аня качала головой.

– Не меня… Тронул бы меня кто! Сразу бы убила! Да, и… меня было кому защитить… Я свалила, когда они резать друг друга начали. Это, девки, вообще страшно, мать моя женщина… Да и… пару раз не платили, было дело.

– Резать?! Натурально?! – переспросила Аня и посмотрела на Наташку в упор, Ирэн тоже сидела, слушала и удивлялась.

– Пс-с, – присвистнула Наташа, немного хвастаясь, – ну, вы ваще новости не смотрите, что ли? Там такие заму́ты идут! Они исполняют не дай боже́. – Она чувствовала себя героем положения и поняла, что нашла благодарных слушательниц. – Ну, представляете, жили-жили люди, хера́кс их зарезали всех! Всю семью!

– Бляха-муха! – только и могла сказать Аня.

– Так там стреляют каждый день, ни по разу. Непонятно, откуда масли́на прилетит. Без разбору палили!

– Маслина? – спросила Аня.

– Пули это, блин! Девки, вы реально тут расслабились. К нам в клуб, на бэ́тэрах мужики приезжали, а вы говорите…

– На чём? – опять спросила Аня, она начинала понимать, что это что-то связанное с военными действиями, вспомнила, как амози́тский десантник Гоша говорил что-то подобное.

– БТР, машина такая, как танк, здоровая. Короче, едут на них солдаты, в оружии, автоматы там, тоси-боси, прикинь. И так каждый день, ну почти. – Наташка