Последний выключает свет - Сергей Калинин

Сказался опыт прошлых лет, когда общения с высокими чинами было так много, что он уже не замечал ни званий, ни должностей. Он видел тех же людей, с теми же проблемами, завышенной самооценкой и страхом перед теми, кто сильнее. Сейчас участковый явно не знал, как действовать, и скрыть это от Руслана не смог.

— Шутник, ерш твою медь. Вот скажи, ты как докатился до этой жизни? Пил себе тихонько, сидел в деревне, никто не видел, не слышал и всем хорошо было. Ты зачем на мою голову свалился? Ты как в такую заваруху вообще попал?

— Анекдот расскажу, — Руслан понимал, что инициатива на его стороне и сдавать позиции не собирался. — Времена Советского Союза, в стране все строго и мораль на высоте. В коллективе обсуждают Марью Ивановну, уборщицу. Профорг и говорит: «Вот и скажите, Марья Ивановна, и как же вы вот стали-таки проституткой». Марья Ивановна встает, переминается, пожимает плечами и отвечает: «Да, знаете, повезло, наверное».

— Ты это к чему, — по лицу участкового пробежала улыбка, а Лена смеялась не стесняясь.

— Я к тому, что у нас лет через пять, кто не сидел на прибавку к пенсии может не рассчитывать. Так что, гражданин начальник, я как человек дальновидный к будущему готовлюсь заранее. Придут потом, спросят, где мол был в такой-то период. А я им справочку раз. Сидел товарищи, свой я.

— А если не придут к власти, — участковый перебил.

— Ну, не придут, так в деревне моя отсидка нахрен никому не нужна. Вы завтра забудете, ехать сюда начальству далеко, статистики здесь не наберешь. Тунеядство на наш регион не распространяется, — заметив недоуменный взгляд Аркадия Павловича Руслан уточнил. — В городе тунеядцам отопление и воду по другому тарифу считают. А у меня колодец и дрова. Вы меня как пересчитывать собираетесь. Если что дрова на подставное лицо куплю, если уж совсем жестить начнете. В общем, дохлый номер. Поехали. Мне в город надо.

— Зачем? — участковый обреченно кивнул в сторону двери.

— На работу устраиваюсь, — Руслан открыл заднюю дверь и они с Леной уселись рядом. — Гони шеф. Но нет счетчика — нет оплаты. Все по закону.

— Тьфу на тебя. Но молодец. Работать нужно. Кем планируешь?

— Председателем колхоза, — Руслан оценил внезапно наступившее молчание.

— Кем? — участковый переспросил. — Шутишь?

— Никогда не был так серьезен. У меня есть предложение, от которого никто не сможет отказаться. У них выбора не будет, — Руслан рассмеялся. — В этом колхозе никогда не было, и, поверь, — он обращался сейчас только к Лене, — никогда не будет такого председателя. Я продам больше, чем мы здесь соберем и вырастим.

— Вот это меня и пугает, — Лена теперь уже не скрываясь хохотала.

— И меня это пугает. Ты без этих…, — Аркадий Павлович не договорил. — В общем, смотри, я предупредил.

Ехали молча. Руслан уже пожалел, что выдумал эту затею подъехать с «лицом всегда при исполнении», как окрестил он участкового. Пусть не так комфортно в автобусе, но ведь рядом Лена, можно было бы поболтать. А здесь, при участковом, и говорить не о чем.

— Завтра увидимся, — он негромко сказал Лене, когда они вышли у остановки.

Через пять минут автобус вез его к станции. Прикинул оставшиеся деньги и вздохнул. Каждая поездка пробивала новую брешь в его благосостоянии и до полного краха оставалось совсем немного. «Ладно, там решу. Если что, сигареты Виктор купит. Отработаю», — попытался найти вариант решения приближающихся трудностей.

Выбрать посольство, которое могла бы заинтересовать информация оказалось непросто. Вдруг даже показалось, что слишком мелко он плавал, и на уровне страны вряд ли Калачев фигура значимая. Так бывало не раз, когда в последний момент уверенность улетучивалась, но вместе с тем выработалось новое качество: доводить начатое до конца. Руслан еще не сформулировал это в себе, но интуитивно отметил, что сделает это, чего бы не стоило.

В нерешительности остановился у выхода из железнодорожного вокзала. Закурил, пролистывая в телефоне адреса посольств. Не хотелось ехать куда-то далеко, но и выбирать что-то типа Германии, желания тоже не было. «В слишком крупные не прорвемся, в толерантные бесполезно, в самые популярные не стоит. Там всегда будет кто-то, кто всех снимет, а потом зададут вопросы. Снимут и так, и так, но здесь нам ковид в помощь. Маска есть, и она обязательна. Бог даст, фамилия не понадобится. Впрочем, по месту решу», — на экране телефона высветилась Эстония и в этот же момент раздался голос, который заставил вздрогнуть.

— Гражданин, нарушаем, — двое в форме сотрудников постовой службы остановились рядом с ним.

— Что нарушаю? — Руслан смотрел с недоумением. Мелькнула мысль, что его лицо уже известно всем патрулям, и теперь даже выход в город для него закрыт. А может гребут всех, как прошлый раз. Опыт был, но была и разница. В этот раз с ним были документы, которые вряд ли вызовут радость известных лиц. «А что такого? Ну, ехал сдать нечистых на руку», — мысленно Руслан успел набросать план действий.

— Место для курения не здесь, — парень едко-вежливо, но, показалось, словно с брезгливостью к провинциальным гостям города, указал в сторону специально оборудованного пятачка, где толпились курильщики.

Получалось, что всем обладателям не самой хорошей привычки приходилось тесниться на этом квадрате под снисходительными взглядами счастливчиков, ведущих здоровый образ жизни. Казалось, что прохожие рассматривали их, словно в зоопарке, и на их клетке была табличка: «Пагубно-зависимые, род человекообразных». Впрочем, факт того, что ты не куришь, еще не означал, что и спортом ты занимаешься с таким же самоуверенным видом, но давал повод посягнуть на право называть себя человеком правильным и современным. Руслану все эти размышления были абсолютно безразличны.

— Сорри, — хотелось добавить «гражданин начальник», но удержался.

Шутить, как уже знал он из опыта, не стоило, тем более сейчас, когда с чувством юмора у стражей порядка прослеживались проблемы. Собственно, это не могло бы его остановить, но сегодня в планы не входило переночевать в отделении. Курить на выделенном клочке тротуара выглядело немного унизительно. Сделал пару быстрых затяжек и рванул в сторону метро. Куда ехать, он для себя уже определил.

По мере приближения к посольству решимость отступала. «Маячить и думать под дверью возможности не будет. Привлекать внимание тупыми вопросами нельзя. Нужно сразу, с напором, войти, отдать и тут же свалить. Кому? Кто первый будет. Как у них там устроено? Вход по спискам? Наверняка. Значит, стать в