Тайна поместья Уиверн - Джозеф Шеридан Ле Фаню

могилы, как ребенок темноты. Не знаю, насколько этот доктор полезен сейчас и насколько он был полезен мастеру Чарльзу. Хотя он не хуже других и лучше многих, берет он дорого. Вчера приезжала леди Уиндейл, она была так плоха, что не могла выйти из кареты. Но она позвала миссис Крейн и одолжила пятьдесят фунтов, чтобы все было в порядке, пока молодая леди, помоги ей Боже, не поправится и не сможет взяться за дела. Если б не леди Уиндейл, до конца недели мы бы оказались в затруднительном положении. Жалость — хорошо, но помощь лучше. Хорошо, что в этом скупом мире остались те, кто не позволят своим родичам нуждаться. А вот сквайр Генри из Уиверна… Его маленький внук в колыбели, а он ни пенса не дал. Да и вы, мастер Гарри. Странно, что вы не подумали об этом.

Гарри рассмеялся, возможно, в высшей степени нервно.

— Ну, цыпочка…

— Я вам не цыпочка, я много лет служу в Карвелле, и я говорю, что думаю. Мне бы не хотелось, чтобы вашу семью считали скупой. Если во время болезни не хватает денег, то это позор!

— Ну, ты знаешь, нужды нет, но папаша в гневе… Но он придет в себя. Что до меня, то я беден как церковная мышь. Возьми меня, покрути так и сяк — и увидишь, что я живу с лошадей, и не всегда у меня в кармане есть деньги даже на пиво… В кармане портного всегда наперсток да два медяка… Ты слишком остра на язык, Милдред, хотя говоришь правильные вещи. На дне кружки доброта, хотя бражка горька, — вспомнил он очередную пословицу.

— Кажется, это доктор, — сказала Милдред, заложив ладонь за ухо и прислушиваясь.

— Да, — сказал Гарри, — я слышу его голос.

Он вышел, чтобы встретить доктора.

Но прежде чем доктор Уиллетт поднялся наверх, Гарри поговорил с ним наедине в гостиной.

— Мы еще увидимся?

— Прежде чем я уйду? Да. Я загляну сюда.

— Хорошо, — сказал Гарри, и доктор поднялся по лестнице к больной.

Глава LIV

ПОЕЗДКА В ТВАЙФОРД

Менее чем через десять минут доктор спустился.

— И? — сказал Гарри через плечо, быстро отворачиваясь от окна.

— Без изменений. Это не тот случай, в котором медицина может помочь. У нее сохранилось немного сил, и это ободряет, но, вы знаете, случай тревожный, очень тревожный.

— Надеюсь, они заботятся о ребенке. Миссис Крейн подошла бы для этого намного лучше сухой и бесчувственной Милдред Таили. Но сердце Элли разобьется, если забрать у нее Дульчибеллу, — она к ней привыкла, понимаете? И как лучше поступить? Было бы горько потерять бедную Элли, но еще горше потерять мальчика, потому что, хоть я и возьму на себя заботу о них, одно я не сделаю точно — я никогда не женюсь. Мое время ушло, и будь я проклят, если я не перебрал по молодости пол-Англии. Я бы хотел управлять состоянием Фэрфилдов, сохранить его для наследника, получив, конечно же, свою долю. Если они угробят этого мальчика, некому будет блюсти имя Уиверна, а его угробят, оставив на попечении жесткой Милдред Таили. У нее характер дьявола, и, кроме того, у нее куча других забот… Я знаю, что ребенок умрет при таких обстоятельствах, и я не знаю, что посоветовать, черт меня дери.

— В этом доме все в смятении, и ребенку, определенно, уделяется очень мало внимания, — сказал доктор Уиллетт.

— Да еще эта чертова скарлатина в лощине…

Доктор пожал плечами и покачал головой.

— Я переговорил с папашей, — продолжил Гарри, — подумав, что он мог бы забрать ребенка в Уиверн, где ему были бы обеспечены комфорт и уход, но он приходит в ярость от этой темы, так что пытаться бесполезно. Я немного пройдусь с вами, доктор? Может, вы что-то придумаете? У меня нет денег, чтобы ими разбрасываться, но чтобы ребенок не страдал, я сделаю все возможное.

— Очень любезно с вашей стороны, — сказал доктор Уиллетт, глядя на него восхищенно. — Да-да, они здесь все заняты, а небольшое пренебрежение иногда имеет большое значение для ребенка.

Разговаривая, они вышли во двор, доктор сел на своего коня, и Гарри прошел с ним часть пути до выгона Крессли.

По возвращении в усадьбу Гарри позвал Дулъчи-беллу и тихо сказал ей:

— Доктор говорит, что в своем нынешнем состоянии бедняжка Элис ничего не понимает.

— Ну, знаете, сейчас она в бреду, но в скором времени ее разум прояснится.

— Доктор настаивает, что ей нельзя говорить ничего такого, что могло бы ее расстроить, и особенно о ребенке. По его словам, это место мальчику совершенно не подходит, и он отказывается нести ответственность за его жизнь, если ребенок и дальше останется здесь. Повсюду скарлатина и тиф, а вы и так сбились с ног. Доктор говорит, что за мальчиком может присмотреть женщина, живущая близ Уайкфорда.

Сегодня вечером я увезу туда Милдред с младенцем, и мы спасем его от опасности подхватить болезнь.

— Господи помоги! — сказала Дульчибелла, помолчав.

— Аминь, — добавил Гарри и пошел вниз, насвистывая и засунув руки в карманы, чтобы рассказать ту же историю Милдред Таили.

— Жаль, — сказала она мрачно, — что ребенка необходимо отослать из дома.

— Особенно когда вокруг скарлатина и тиф, — сказал Гарри.

— Ребенку необходима мать.

— Но сейчас она ни на что не способна, и к тому же она может передать ему лихорадку, чем бы та ни была вызвана.

— Ну я могу только одно сказать: очень жаль, что ребенка придется отрывать от родного дома и от родной матери, — повторила миссис Таили.

— А кто в основном заботится о нем сейчас? — прищурился Гарри.

— Лилли Доггер, — вздохнула Милдред.

— Лилли Доггер! Глупая девчонка! Вы же сами говорили, что не доверили бы ей и котенка!

Миссис Таили не могла это отрицать. Она хмыкнула и вздернула подбородок.

— В Уиверне никогда не нянчили детей дома, — наседал Гарри. — Ни меня, ни беднягу Чарли, ни Уилли — никого из нас. Старики говорят, и ты это наверняка слышала, что с кормилицей один год за семь, так и есть — мы все были высокими, крепкими парнями. Доктор настоятельно советует увезти мальчика. Ни у кого в доме нет времени присматривать за ним, и случится беда, если не последовать указаниям мистера Уиллетта. Поэтому завяжи чепчик, укутай мальца в одеяльца, и я отвезу вас в то место. Мне это немного не по пути, но я его дядя, и я сказал доктору, что если у него будут какие-то расходы, то я возьму их на