Девочки - Анжелика Николаевна Королёва

– Сань, а чё Мишка «Школу самбо» на них не напустит? – спросила Оксанка голосом знатока.

– Ксюш, вот я тебе сейчас объясню, а потом тебя придётся убить? – чуть шутливо, с неохотой, ответил Саня.

– Да не боись, я в теме, – не унималась Оксанка.

– В теме она! Между прочим, я тоже «Школа самбо», раз ты в теме. Мало тебе меня?.. А Мише, на хер не надо дёргаться лишний раз. Это его расклады мутные, может, не хочет раньше времени ки́пиш поднимать… не знаю, блин, – попытался объяснить Саня.

– Расклады Мишины, а жопы наши! – зло ответила Оксанка.

– Да эт ясно, Ксюш, он же… ты ж знаешь, вечно понты колотит. Но я прикидываю… он просто бздит Уралмаш лишний раз тревожить, – тихо проговорил Саня. – Посмотрим. Если там вообще беспредел и шо́бла отмороженная, другой базар будет. – Он дал понять, что не будет больше ничего говорить про это.

– Подожди, я не догоняю, так эти с Походной, под Лебедевскими афганцами или прямо Лебедевские и есть? – не унималась Оксанка.

– Вот на фиг тебе это надо, Ксюш? Меньше знаешь – крепче спишь, – резко сказал Саня, но чувствовалось, что ему хотелось поговорить.

– Не, ну, понять охота, Сань. Ты объясни! Это же Вити Ка́синцева люди, да? – любопытствовала Оксанка.

– Вити?! Ну, ты даёшь! Ксюш… это всё одна холера: что те, что другие, – ответил Саня.

– Говорят, Ка́синцев вообще беспределит, Лебедев всё-таки хоть по-человечьи, – ответила Оксанка, в меру своего понимания, но Саня не дал ей договорить.

– По-человечьи? Уралмаш ещё всем даст прикурить. Полюбэ́! Так что давай, Ксюха, замнём, для ясности, – ответил Саня и показал большим пальцем за свою спину, в сторону кабинета начальства, давая понять, что здесь лучше не болтать лишнего.

– Да его же нет сегодня, – ответила Оксана, имея в виду Котофеича. – Я только стала что-то понимать. Сань, а этим получается всё равно, Ка́синцеву? Они же на Таганской захватили дома и живут спокойно. – Оксанке было интересно, она не унималась.

– Ну и чё? На одних отмороженных всегда найдутся другие! – ответил Саня.

– Так оно, но пистолетик не помешает при таких раскладах, да? – спокойно и с пониманием заключила Оксана.

– Я вообще-то без волы́ны не дышу, – ответил Саня и похлопал по внутреннему карману куртки. – Давайте собирайтесь, сейчас допью кофе и поедем.

Оксана ещё немного поуговаривала его, но Саня молчал, как рыба, улыбался и велел сменить пластинку. Они уехали, сначала остановились у длинного девятиэтажного дома.

– Ну, давай поке́дова, увидимся скоро, – сказала Оксанка, вышла из машины, вслед за Саней и помахала Ане рукой.

Через минут пять вернулся Саня, увидел тревожный взгляд Ани, улыбнулся и решил её ободрить:

– Ладно тебе, чего раскисла? Сколько раз туда ездили, всё обходилось, – сказал он, имея в виду предыдущий разговор про Походную улицу.

– Но ты говоришь, там отморозки, – продолжала она тревожиться.

– Да не волнуйся, они понты́ колотят. Не принимай всё близко к сердцу, Анечка, жизни не хватит.

– Сначала рассказали, теперь не волнуйся, – ответила она, тяжело вздохнула и спросила: – Ты поэтому такой заведенный?

– Да ну их, – ответил он и переключился на водителя: – Нам вот тот дом, пятый подъезд.

– Близко так? – удивилась она.

– Да мы уезжать не будем. Потом возвращаться долго. Так же заберу вас: сначала Ксюху, потом тебя, – объяснил он, и они вышли.

Клиент оказался спокойным мужчиной невысокого роста, худенький, лет тридцати. Вёл себя галантно, обращался с Аней, как со своей девушкой на свидании: они даже перекусили, он рассказал, как живёт, что интересного происходит в мире, выбирал новости хорошие, всё делал вежливо, с особенной заботой. Помог ей в ванной, включил воду, смотрел на неё так, будто это была их обычная встреча.

Всё прошло быстро и незаметно, и хотя особых эмоций мужчина у неё не вызвал, Аня поняла, что такой, наверное, и должен быть идеальный муж. Она даже немного загрустила, когда нужно было уходить. Странно было, что такой приятный парень зовёт к себе девочек со стороны, было ясно, что он нормальный мужик. Они об этом немного поговорили после секса, когда пили чай с печеньем, которое он сам накануне испек. Звали парня Алексей, работал он в частной технической фирме, пытался создать свою. Рассказал, что жена не дождалась его, когда он остался на сверхсрочную службу в Афганистане, особо не хвалился заслугами, жену не ругал, объяснил, что денег на ребёнка даёт, квартира у неё есть, отношений он никаких пока не хочет, решил пожить один. Аня поняла что, скорее всего, он не может забыть жену и боится новой боли.

Алексей также осторожно заметил, что не понимает, почему такая классная девчонка занимается этим делом, сказал, что не осуждает её, но переживает и готов помочь, если что-то будет нужно, записал ей на листке номер домашнего телефона и попросил звонить, если будет туго. Никогда никто из клиентов не вел себя так. Ане в какой-то момент поняла, что, может, как Оксанка бросить всё, начать жизнь заново, с этим Алексеем. Ей не захотелось уезжать, она вообще заметила, что часто становилась сентиментальной.

Звонок в дверь показался резким и чужим. Это был Саня, уезжать пришлось. Они с Алексеем пристально посмотрели друг на друга, он поцеловал её в щёку, улыбнулся, шепнул на ухо: «Звони!», Саня заметил необычное нежное расставание и на выходе из квартиры, в подъезде, ревниво подколол Аню, она не ответила, даже замечталась, опять вспомнился встреченный накануне Игорёха, захотелось сохранить то редкое тёплое и домашнее, что появлялось в её жизни.

– Ань, ты чего?! Я тебе говорю! – повторил громко Саня, она остановилась на выходе из подъезда, повернулась к нему, чтобы ответить, он увидел, что она плачет.

– Э-э, подруга, так не пойдет! Ты раскисла совсем. Хороший мужик? – Он приобнял её и прижал к себе. – Не реви, дурёха. Ну, чё ты, Анька? – добавил он, немного отстраненно. – Я бы на тебе женился, ей-бох, женился бы. Честно слово!

Они постояли у входных дверей, Аня вытерла слёзы, захотелось спросить Саню, почему он на ней не женится, но она не решилась, он потрепал её по щеке, поправил воротник куртки, сказал, что всё образуется, и они поспешили к машине, где сидела Оксанка.

* * *

В офисе их ждали только для того, чтобы отправить на Походную. Поехали восемь девчонок, среди них была Аня. Котофеич лично сопровождал их, но от этого было не легче. Сказали, что он сам будет разговаривать с главным. Оля Огинская собиралась выходить, приходила в себя