Час тьмы - Барбара Эрскин

Эскадрилья Ральфа размещалась в Тангмире. Вероятно, он прилетал сюда время от времени.

– Здесь уйма винтажных самолетов, – задумчиво произнес Тед, – и летом «спитфайры» довольно часто участвуют в парадах, но я твердо уверен, что на нашем аэродроме ни одного из них нет. Кроме того, так поздно летать не разрешается. Ты видела буквы?

Люси очнулась, сообразив, что Тед обращается к ней.

– Какие буквы?

– На фюзеляже. На всех машинах есть буквы, означающие эскадрилью, к которой они приписаны, и номер самого самолета. – Он указал на свой.

Люси отрицательно покачала головой.

– Он промчался слишком быстро, я не разглядела, да и не подумала об этом.

– Может, эхо прошлого? – утешительно проговорил Тед. Он взял тряпку и начал вытирать с рук масло. – Знаешь, порой мне кажется, что оно все еще очень близко. – Он немного помолчал, погрузившись в раздумья, потом улыбнулся ей и продолжил: – Слушай, Люси, мы сейчас закругляемся, так что я лучше провожу тебя на выход. Приезжай еще, в любое время, ладно? – Он пристально посмотрел на нее. – Все хорошо?

Люси кивнула.

За штурвалом того самолета был Ральф, теперь она точно знала.

Воскресенье, 18 августа, поздно вечером

Шарлотта сидела в темноте в коттедже. Она заварила себе чаю, но он уже остыл, и на поверхности образовалась пленка из молока. Шарлотта снова и снова набирала номер Майка, сходя с ума от беспокойства, поскольку тот так и не появился в Роузбэнке. Позвонила по лондонскому номеру, потом Долли и в конце концов матери Майка. Джульетт разговаривала с ней неприветливо, но тоже встревожилась, когда Шарлотта объяснила, что они поехали на разных машинах и собирались встретиться за ланчем.

– Позвоните мне, пожалуйста, если он с вами свяжется. – Шарлотта понимала, что это звучит жалко, но она чуть не плакала.

– Хорошо, конечно. – И Джульетт повесила трубку.

Шарлотта еще посидела, глядя на свое отражение в окне, и наконец встала и задернула занавески: от мыслей о пустом саде и одинокой мастерской становилось жутковато. Она поежилась и сосредоточилась на подозрении, которое преследовало ее весь день: не позвонила ли Люси Майку пожаловаться на претензии Шарлотты?

Джульетт сразу позвонила сыну. Он ответил после первого же гудка.

– Ну и где ты, если не в Роузбэнке? – строго осведомилась мать.

Майк приехал к ней через двадцать минут.

– Я знаю, что Шарли волнуется. Названивает каждые пять минут. – Майк опустился на пол перед незажженным камином, оперся о диван и скрестил ноги на коврике.

Джульетт протянула ему бутылку лагера.

– И что же случилось? – Она присела на край кресла напротив сына.

Тот выглядел жалким и утомленным.

– Я подъехал к коттеджу и встретил уходящую Люси Стэндиш. Она была не в духе, что с ней редко случается. Оказалось, у нее состоялся разговор с Шарлоттой, и та сказала ей…

Он вдруг замолчал, и Джульетт заметила, как у него слегка порозовели щеки. Мать немного подождала и спросила:

– Что сказала-то?

– У Шарлотты возникло впечатление, что мне нравится Люси. Как я понял, Шарли заявила ей, будто я на ней помешан, и потребовала, чтобы та ушла.

– Ага, понятно. – Джульетт мудро кивнула. – А ты действительно увлечен ею?

– Нет! Конечно нет!

– Так почему же ты не вошел в дом и не сказал об этом Шарлотте?

Майк сделал долгий глоток из бутылки.

– Не знаю. – Он прижался лопатками к дивану и закрыл глаза.

– Ты любишь Шарлотту? – после долгой паузы спросила Джульетт.

– Этого я тоже не знаю.

– Видимо, не очень любишь, если не побежал сразу успокаивать ее.

– Всё сложно. Она собственница. – Майк остановился, словно обдумывал мысль, которую впервые сформулировал для себя. – Это она помешана на Люси.

– Мне Люси нравится. – Джульетт наклонилась вперед, поставив локти на колени. – Я виделась с ней после того, как ты ее ко мне привез.

– Не сомневаюсь, что она старается узнать от тебя как можно больше об Эви. – Реплика прозвучала с горечью. – Вот уж кто точно помешан. На биографии Эви.

Джульетт нахмурилась.

– Я с удовольствием рассказываю ей все, что знаю. Разве не для этого ты нас познакомил? – Она устремила на сына выразительный взгляд. – Так зачем же ты заявился к Люси в галерею и осыпал ее обвинениями? Ты правда думаешь, будто она пытается обмануть тебя, или заразился от Кристофера? Что вообще происходит с Кристофером, Майк?

Сын задумался и покачал головой.

– Не имею понятия. – Он вздохнул.

– Ты знаешь, что он бьет Фрэнсис?

Майк открыл глаза, наклонился вперед и уставился на нее.

– Нет, разумеется, не знаю. А тебе откуда это известно? – На лице у него вдруг выразилась подозрительность. – Ты и к ней ездила? Тут опять замешана Люси, так? Это она виновата, что Крис обозлился на Фрэнсис. Брат приезжал ко мне, чтобы рассказать о ее визите. Люси прет как танк и провоцирует конфликты в семье! Теперь я жалею, что привез ее к тебе.

– А я очень рада. Повторяю, она мне нравится.

– Люси говорила тебе, что у них с мужем была картина работы Эви?

– Да. – Джульетт решила не упоминать о том, что видела полотно – вернее, ящик, в который его упаковали. Пока лучше было умолчать и о том, что произошло между ней, Люси и Редвудами.

Майк нахмурился.

– Значит, она не доверяет только мне.

– Похоже, что так. – Джульетт откинулась на спинку кресла и молча рассматривала сына.

Он угрюмо смотрел на свою пустую бутылку.

– Я умудрился все испортить, – произнес он наконец.

– Вот именно.

Майк поднял на мать глаза и криво усмехнулся.

– Ну так научи меня, что делать.

– Ты же не всерьез?

– Разве?

– Уверена. Ты всегда поступаешь по-своему. Просто думай, прежде чем что-то предпринять. – Джульетт встала и пошла за второй бутылкой для него. – Как тебе кажется, твой дядя Джордж знает, что происходит? – бросила она через плечо.

Майк немного подумал и покачал головой.

– Понятия не имею. Сто лет его не видел. Они ведь с отцом не очень-то общались, да? – Он поднялся с пола и направился к матери. – По-твоему, дело в наследстве?

Джульетт задумчиво кивнула.

– Вероятно. На кону уйма денег, и если Эви вдруг станет по-настоящему знаменитой, любой, кто имеет хотя бы одну из ее картин, разбогатеет.

– Ты намекаешь на Люси?

– Я намекаю на Кристофера. Он, похоже, завладел всем достоянием Эвелин.

– А разве его тогда не должна радовать реклама? – Майк присел на подлокотник кресла. – Ты не можешь съездить к Джорджу?

– Нет.

Он взглянул на мать с удивлением.

– Почему?

– Потому, Майк. Я же говорю, они с Джонни плохо ладили и виделись довольно редко для братьев. Я считала Джорджа