Знак ветра - Эдуардо Фернандо Варела

Майтен несколько сникла, хотя одна только мысль о том, что она получит от кого-то книгу с автографом, вернула девушке хорошее настроение.

– Кстати… – сказал журналист, доставая из сумки пачку документов и протягивая их Паркеру.

– Вы опоздали, – ответил тот, – мне это уже не поможет.

– А вы думайте не о сегодняшнем дне, а о завтрашнем, когда они вам наверняка очень даже пригодятся.

Паркер взял документы и раскрыл их веером. Между тем Майтен поинтересовалась, куда теперь направляется журналист.

– А я никогда толком не знаю, куда на сей раз еду, но вполне возможно, что мне захочется стряхнуть с себя дорожную пыль и побывать в столице. Я имею в виду ту пыль, что покрывает нас изнутри, а не ту, что вьется вокруг. Если захотите присоединиться ко мне, буду только рад.

– Я же сказал вам: притормозите, – снова одернул его Паркер.

Майтен откинулась на спинку кресла и печально прошептала:

– Без Паркера я никуда не поеду.

– Вот это и называется любовью. Лучшая из болезней, которыми можно заразиться.

– Любовь – это никакая не болезнь, – возразила она, окинув его ледяным взглядом.

Но журналист продолжал гнуть свое:

– Если это не болезнь, то, значит, это и не любовь. А знаете, что будет лучшим лекарством от нее? Продолжать любить.

– Просто теперь он решил заделаться поэтом, не обращай на него внимания, – сказал Паркер, рукой отгоняя от лица какую-то мошку.

– Поэзия – худшее из всех зол.

– Интересно, платят вам за то, что вы пишете такие банальности, или вы делаете это даром?

– Перестаньте ссориться! – шикнула на них Майтен, поднимаясь, чтобы приготовить кофе.

Паркер воспользовался ее отсутствием и тихо заговорил с приятелем:

– Мне нужно от вас одно одолжение, а взамен я готов отдать этого фашиста. Знаете, он способен толкать машину, если она у вас вдруг встанет посреди дороги.

– Это чучело? Нет уж, спасибо, что-то он не внушает мне особого доверия.

– Он тихий и не кусается, а еще умеет ловить рыбу, так что пригодится, если вы затеете охоту на то чудовище из озера, о котором недавно упомянули.

– Я готов помочь вам чем угодно, но при условии, что вы оставите немца себе, вам же нужен телохранитель. Я, кстати сказать, недавно слышал, что муж девушки кружит где-то поблизости.

Паркер собирался объяснить ему, о каком одолжении идет речь, но к ним уже возвращалась Майтен.

– О чем вы тут секретничаете? – спросила она.

Гость быстро нашелся с ответом:

– Мы? Восхищаемся вашей красотой.

Она с подозрением перевела взгляд с одного на другого, давая понять, что ее не так-то просто провести. Но решила повременить с расспросами, поскольку заметила, что к их лавке подъезжает несколько машин. В тот день движение на трассе, к счастью, вроде бы опять оживилось, и нельзя было упускать столь благоприятную возможность. Так что они занялись продажей того немногого, что еще оставалось в грузовике. Журналист с их одобрения отправился на переговоры к командиру жандармов, чтобы узнать, в каком положении находятся дела Паркера. Вскоре он вернулся и увел друга в степь, где они могли поговорить без помех. Вдалеке громыхали раскаты грома, напоминая шум боя. Паркер и журналист долго смотрели на черные тучи, которые мчались по небу и обещали неминуемый потоп. Наконец журналист заговорил:

– Командир жандармов сказал, что сделать ничего не может. И проблема не столько в грузовике, сколько в водителе. Уже есть ордер на ваш арест.

– История становится весьма занятной, – отозвался Паркер задумчиво, хотя он и ждал чего-то подобного.

На некотором расстоянии от них силуэт неподвижного грузовика то пропадал в озверевших пыльных вихрях, то снова выплывал. Пока они беседовали, листы бумаги из папки журналиста пролетали мимо подобно огромным белым бабочкам, нервно взмахивающим крыльями. Но сам автор с полным равнодушием отнесся к гибели своих трудов, мало того, ему такое зрелище вроде бы даже доставляло удовольствие. Паркер продолжал рассуждать вслух:

– Ну что ж, значит, я не смогу спастись даже на одной из ваших подлодок.

– У этих жандармов есть передо мной кое-какие долги, и я с ними договорился. Они прикинутся слепыми, то есть сделают вид, что ничего не видят, а вы должны отсюда исчезнуть. В самом скором времени им предстоит сняться с места и ликвидировать этот контрольный пункт, так как через несколько недель все здесь занесет снегом.

– Выходит, я в очередной раз должен пуститься в бега.

– Зато таким образом вы поддерживаете себя в форме, – воскликнул журналист, измученный ветром, который теперь не только нес пыль, но и холодными спиралями проникал под одежду. – А вы позволите мне описать вашу историю?

– Мою историю могу описать только я сам.

– Вряд ли у вас будет на это время, насколько я понимаю. Вам надо скрываться еще и от ее мужа, а это враг весьма опасный.

– И еще один из тех, кто нуждается в любви.

– Ваш грузовик и фруктовая лавка привлекли к себе слишком много внимания.

– Да, но ведь степь, она большая.

– Степь-то большая, а вот людей тут маловато, и рано или поздно ветер заносит человека в самое неожиданное место.

– Так вы готовы помочь мне или нет?

– Мое единственное оружие – слова, а у мужа вашей подруги от такого оружия, думаю, имеется надежная броня.

– Ну, на такой случай у меня есть телохранитель. Сейчас речь идет не о муже, а о ней самой: я не хочу, чтобы она продолжала жить так, как живет сейчас.

– Вы мне ее дарите? И я, разумеется, выбрал бы девушку, а не немца.

Паркер с журналистом еще долго разговаривали, стоя друг перед другом на фоне непоседливых туч. Они спорили, размахивали руками и наконец, когда план был утвержден во всех деталях, вернулись в лагерь, где их с нетерпением ждала Майтен.

– Опять что-то затеваете? – с подозрением спросила она и, не получив ответа, достала из кармана плаща пачку денег, которую протянула Паркеру. Он взял их и прибавил к заработанным раньше. Денег набралось довольно много, и мятые купюры беспорядочной кучей лежали в картонной коробке. Паркер жестом велел журналисту оставить их с Майтен наедине, и тот под каким-то предлогом удалился.

– Вряд ли я теперь смогу вернуться в столицу… Мало того, я лишился и того немногого, что еще недавно мог предложить тебе. Ты должна пойти своим путем. Ты не обязана и дальше оставаться со мной, – принялся объяснять Паркер, пытаясь приладить крышку на коробку с деньгами.

Майтен словно не понимала того, что он говорит, и просто не восприняла его слова всерьез.

– Тогда давай бросим все и куда-нибудь уедем. Ведь можно жить