Все, что останется - Сергей Леонидович Калинин

Хоменко с недовольным видом вчера выслушал, что нужно собрать дочку, а потому она опоздает на работу. Все это было унизительно и ужасно. Хотелось махнуть рукой и отправить Ленку одну, но ведь все придут праздничные, с красиво заплетенными волосами, в сопровождении мам. Тем более в этом году дочка переходила в старшую школу, и очень хотелось быть с ней, увидеть новый класс, познакомиться с классным руководителем. Она нервно посматривала на часы, понимая, что в обещанные полтора часа не укладывается.

Была надежда, что удастся проскочить незамеченной, а потом сделать вид, что пришла уже давно, но, как обычно бывает в таких ситуациях, с Хоменко Даша столкнулась на входе в отделение.

— Даша, мы же договаривались!.. — Он демонстративно поднес к ее глазам часы, показывая время.

— Иван Владимирович, простите, пожалуйста. — Даша чуть дышала, не став дожидаться лифта и пробежав три этажа. — Ну, никак не могла. Был открытый урок с родителями. Знакомились все. Не могла я убежать.

— Знаете, милая моя, — он фамильярно покачал головой, — я очень ценю ваше умение видеть прекрасное. Но мы работаем в медицине, где людям требуется помощь. И эта помощь не может ждать и уж тем более опаздывать. Задумайтесь на досуге.

Хоменко ушел, оставив полное оцепенение. «Как же так? Ведь он знал, что я задержусь. Неужели так сложно войти в положение?» Даша расстроилась окончательно от нахлынувших мыслей. Максим пытался помочь и сгладить рухнувшее настроение, но все это не приносило никакого облегчения.

Она пыталась уйти в работу с головой, но обрести спокойствие никак не получалось.

— Я сегодня задержусь. Я отработаю все то время, которое отсутствовала. — Встретив Хоменко на коридоре, Даша попыталась оправдаться. — Или в другой день. Как скажете. В конце концов, должен же быть выход в таких ситуациях.

— Выход — это соблюдать дисциплину и утвержденный график. Мы здесь не на время работаем. Наша задача своевременно оказать помощь, если вы этого еще не понимаете. — Дожидаться ответа Даши он не стал, резко развернувшись, демонстративно закрыл дверь кабинета прямо перед ней.

Второй раз за день Хоменко ткнул ее носом в непонимание сущности работы. Черт возьми, никто умирать здесь в это утро не собирался! И эти пару часов абсолютно никому не были нужны. Причина крылась в чем-то другом. Еще три дня назад они были лучшими друзьями. Слишком неожиданно статус благодарного читателя оказался утерян. Одно было совершенно ясно — ее сегодняшнее опоздание не имеет к происходящему никакого отношения. Из рук валилось все, она перебирала возможные причины такого поворота событий, но ничего подходящего на ум не приходило. Задумавшись, Даша не заметила, как день подошел к концу, и лишь тогда, когда Максим, попрощавшись, хлопнул дверью ординаторской, поняла, что и ей пора собираться. Отрабатывать теперь уже не имело никакого смысла. Ни оценивать, ни принимать в зачет ее стремления никто не собирался.

Даша присела на диванчик, понимая, что еще чуть-чуть, и она разрыдается. Дверь неожиданно, без стука, распахнулась, и на пороге возник Григорий, озарив кабинет раздражающей улыбкой в тридцать два зуба и уверенностью в своем великолепии.

— Вау, привет, а я думал, нет никого уже. — Он вошел уверенно, закрыл за собой дверь и уселся рядом, еще улыбаясь, но чуть прищурив глаза, словно оценивая состояние.

— Что ж заходил, если думал? Шел бы мимо. — Даша вложила в ответную улыбку все силы.

Показывать, что ей безумно плохо и доставлять удовольствие видеть себя подавленной не хотелось ни капельки. Она встала и пересела за стол, предпочтя не тесниться на маленьком диванчике, да и касаться этого слащавого баловня судьбы было просто противно. От Григория не ускользнул этот порыв девушки. Демонстрируя полное безразличие, он скрестил на груди руки, стараясь держаться гордо и красиво. Для убедительности он взглянул на себя в зеркало, оценивая важность и представительность. Видимо, осмотр его полностью удовлетворил, о чем свидетельствовал напыщенный вид.

— Слышал, проблемы у тебя? — Он попытался изобразить что-то похожее на участие. — Может, помощь нужна? Ты скажи.

— Откуда такая осведомленность? — Даша сделала вид, что удивлена. Мелькнула мысль, что в последнее время все чаще приходится играть, и это было неприятно, но удержаться не получалось. — А-а-а, поняла, мужская солидарность. Вы меня с Хоменко по очереди жалеть будете? А по-мужски, без этих подъездов слабо?

— Даша, Даша, остановись. — Григорий заметно растерялся. — Что ты там придумала?

— Придумала? А есть другие версии?

— Просто смотрю — сидишь грустная. Вот и спросил.

Он пытался вложить всю искренность, но что-то выдавало двойной смысл всего сказанного, и Даша интуитивно чувствовала подвох.

— Знаешь, что, давай прямо: что вы хотите? Вы же друзья. Не знать событий дня ты не можешь. Какой смысл всех этих дипломатий, если на выходе все равно чей-то интерес.

— Ты становишься слишком циничной. — Григорий стер улыбку. — Раньше другой была.

— Взрослею.

Она уже пожалела об этой попытке решить все и сразу. То, что назревал тихий заговор, сомнений не было. Но ведь был вариант тактично спрыгнуть, где-то прикинуться дурочкой и сделать непонимающее лицо. Да есть тысячи вариантов, вплоть до того, что «пообещать, не значит жениться». А обещать можно сколько угодно долго и находить тысячи причин, почему ничего не выходит. Как женщина она это знала и потому сейчас проклинала все на свете за свою несдержанность.

— Может, по коньячку? У меня есть просто отличный. — Григорий извлек из внутреннего кармана фляжку. — Давай стаканы.

— Держи. — Даша подала один.

— А ты?

— А я не буду.

— Как хочешь. — Он налил себе почти половину стакана и неторопливо выпил. — День непростой. Устал.

— Всегда восстанавливаешься коньяком?

Григорий хмыкнул, не ответив на очередную колкость в свой адрес.

— В этой жизни все бывает не так просто… — Он сделал задумчивое лицо, словно настраиваясь на философский лад, а на самом деле отчаянно прикидывал, с чего начать, чтобы логично подойти к самому важному. — А если абстрагироваться от лишнего, то все очень даже просто.

Даша молчала, ожидая продолжения, уже ошарашенная потоком глупости за такое короткое время. Коллега долил остатки коньяка в стакан. «Странно, а чем он делиться собирался? Совсем мало принес. Если бы на двоих пили, то вообще несерьезно. Какой-то подетски неподготовленный пришел. Впрочем, ума ему всегда не хватало». Она приготовилось к длинной лекции, хотя уже давно знала, о чем будет разговор. И от того, что сейчас придется смотреть эту жалкую комедию, стало нестерпимо скучно. Можно было бы самой высказаться за него, но тогда опять придется пожалеть о сказанном.

«Нет уж. В этот раз буду умнее». Даша сделала вид, что ей ужасно интересно, что же