Наперегонки с луной - Стейси Ли

«Летающий остров»! А около него — два человека. Они складывают шелковый купол, словно простыню.

Том поднимает глаза. Он весь в пыли и грязи, как и все мы сейчас. Рукава закатаны, и видны сильные, мускулистые руки. Он на мгновение застывает, потом что-то говорит второму человеку. Тот поворачивается в мою сторону, и шелк выскальзывает у него из рук.

Мой отец! Потрясенный, он медленно идет ко мне навстречу. Он совсем лысый, и на лице появилось много новых морщин.

Я бегу к нему и бросаюсь в его объятия. Боже, этот родной запах прачечной и старых сигар!

— Но… я же видела тебя… Как ты уцелел?

Он часто моргает, стараясь скрыть слезы. Его искривленные пальцы беспрестанно ощупывают меня, словно он боится, что я сейчас исчезну.

— В то утро залаяли сразу все собаки. И птицы испуганно носились в воздухе. Я понял, что происходит что-то неладное. Поэтому бросил тележку и поспешил домой. Но все же я опоздал… — Он осекается и сжимает рот, не в силах говорить. Потом продолжает: — Прости, что не искал тебя в парке. Надо было помогать пожарным. Столько людей в Чайна-тауне пострадало! — Он осторожно гладит меня по щекам. — Сейчас я как раз шел в парк, но тут чуть ли не на голову мне упал вот этот воздушный шар.

Только теперь я перевожу взгляд на Тома, который молча стоит рядом. Его удивительно ясные глаза смотрят на меня одновременно с тревогой и нежностью. Я расцепляю руки, но только для того, чтобы обнять ими уже Тома. Вообще в Китае не принято открыто демонстрировать свои чувства, да еще при отце. Но на каждое правило рано или поздно находится свое исключение

Том сжимает меня так, что я задерживаю дыхание, — и пустота в моей душе вмиг заполняется.

— Как же ты… — только и успеваю проговорить я.

— Капитан Лу решил все-таки навестить твою маму. Она сказала ему, что понедельник — не самый удачный день для начала путешествия. Посоветовала дождаться среды. Так что мы переночевали на корабле.

Мама… Я снова плачу и смотрю в глаза Тома. Они тоже полны слез. Она специально так ему сказала? Это ее прощальный подарок мне? Как и отец, я всегда довольно скептически относилась к ее предсказаниям. Но они в итоге всегда сбывались.

Я представляю, как мама сейчас смотрит с небес на нас с отцом и на ее лице, похожем на полную луну, появляется знакомая ироничная улыбка.

— С А-Шуком все в порядке, — спешу я успокоить Тома. — И он очень скучает по тебе.

Том шумно вздыхает. Потом быстро складывает шелковый купол шара. Он очень старательно скрывает свои эмоции, которые на самом деле переполняют его. Затем он подставляет под корзину тележку — и вот мы уже катим «Остров» в сторону парка. Я следую за отцом и Томом. Мне кажется, что мои ног и даже не касаются земли.

Глава 45

Люди с удивлением смотрят на конструкцию, которую мы везем. Дойдя до лагеря, я чуть не падаю от удивления: там стоит Винтер, а около него целая толпа.

А-Шук обходит своего коня, проверяя, все ли с ним в порядке, а потом собирается оседлать его. Но тут к нему бросается Том:

— Отец!

А-Шук не может скрыть радости и удивления. Все смотрят на нас.

— Мерси! — окликает меня Франческа.

И вот мы уже крепко обнимаемся.

— Слава богу, что с тобой все в порядке! — Она вся раскраснелась и дрожит от радости.

— А где же Маркус?

Я не слышу ответа, потому что в следующий миг ко мне подбегают Элоди, Хэрри, Кэти, Минни Мэй и Джорджина.

— Твой отец… Мы так тебе сочувствуем…

— Нет-нет! Вон он — жив и здоров!

— Вот это да!

— А вы разве не в поезде должны быть?

— Она запыхалась! Принесите ей кто-нибудь воды!

— Если ты мне сказала бы, что придешь с ним, я бы надела свое шелковое голубое платье, — говорит Элоди, суетливо поправляя волосы и кокетливо поглядывая на Тома.

А-Шук и Том застыли в объятьях друг у друга. Глаза А-Шука плотно закрыты. Они не говорят ни слова, но это молчание красноречивее любых фраз.

Отец смотрит на меня и улыбается. Я так редко видела улыбку на его лице! И вот здесь, в парке, среди руин и осколков, жизнь, кажется, начинает налаживаться. Она становится лучше с каждым ударом сердца.

Хэрри теребит рукава своей слишком длинной рубашки.

— Мы так рады, что с тобой все хорошо!

Франческа протягивает мне чашку с водой. Я залпом выпиваю, а потом рассказываю, что произошло.

— А теперь ты выкладывай, — толкаю я локтем Франческу. — Где же твой благороднейший жених?

Франческа усмехается:

— Он попытался вести Винтера за собой, но этот умнейший конь фыркнул и поскакал прямо к доктору Ганну.

Молодец, Винтер! Ты знаешь, кто твой хозяин!

— Маркус погнался за нами, но тут меня осенило: если конь может идти своей дорогой, то почему я не могу? И я крикнула Маркусу, что передумала. А потом доктор Ганн пригрозил ему, что если он не оставит меня в покое, на него будет заявлено как на конокрада.

Со стороны озера к лагерю подходит директриса Крауч в сопровождении незнакомой мне женщины и мопса с перепачканной мордочкой. Женщина примерно одного со мной роста, с короткими седыми волосами. Атласная лента и перо придают женственности ее ковбойской шляпе, а с пояса брюк свисает пара кожаных перчаток.

Незнакомка направляется прямо к нам и протягивает мне руку. Она смотрит на меня своими большими зелеными глазами:

— Привет, Мерси! Я — миссис Лоури. Кэти сказала, что ты здесь за главную. Очень приятно познакомиться.

Глава 46

Три дня спустя

За нашей кухней, которую мы переместили на другое место, собралась целая толпа. Том потихоньку ослабляет стропы, которые удерживают корзину «Летающего острова». Он улучшил подачу горячего воздуха, и теперь купол шара надувается еще быстрее.

Элоди, Джорджина, Франческа, Кэти и Хэрри сбились в кучку. Нам привезли еще больше одежды, и теперь на них армейские рубашки и брюки. Все девочки решили пока не покидать наш лагерь в парке.

Том пообещал прокатить всех на воздушном шаре. Но меня он удостоил чести быть первой.

Минни Мэй уже, наверное, дома, у своих родителей. Миссис Лоури всего за пятнадцать минут нашла ей надежных попутчиков до Южной Каролины: семью с двумя девочками. Перед тем как попрощаться с ней, я отдала ей монетку Джека — пусть та поможет ей найти