Медицина в шпаргалках - Илья Александрович Квашенов

пройти без последствий! Поэтому лично для себя я уже давно решил: если и переезжать в другие города, то только в те, где есть профильные сосудистые центры. Кстати, такие центры существуют не только в крупных городах-миллионниках, но даже в небольших райцентрах.

Но чтобы вовремя оказать помощь при инсульте, нужно знать его проявления. Поэтому хочу познакомить вас с двумя замечательными аббревиатурами, которые должен знать каждый человек: УДАР и FAST. Они помогают легко запомнить первые симптомы инсульта. Уверен, вы бы хотели помочь своему близкому, если у него случится такая беда, поэтому запоминайте.

У – улыбка, Д – движение, А – артикуляция (речь), Р – решение.

F – face (лицо), A – arm (рука), S – speech (речь), T – time (время).

Суть одна: при инсульте у человека нарушается мимика, одна из рук двигается хуже, он внезапно начинает невнятно говорить. При обнаружении этих симптомов нужно зафиксировать время их появления и как можно быстрее вызвать скорую.

• Почему так много препаратов от давления?

Гипертоническая болезнь – это повышение артериального давления выше 140/80 миллиметров ртутного столба у людей старше 18 лет. Очень популярная штука, которая за каких-то 10–20–50 лет делает человека инвалидом, а потом убивает. Такой большой разброс по срокам – из-за двух простых вещей: индивидуальных особенностей организма и степени соблюдения назначений врача.

В большинстве случаев первопричина возникновения гипертонии остается неясной. В таком случае ставится диагноз «эссенциальная артериальная гипертензия». Примерно в 10–20 % случаев гипертония развивается на фоне другого заболевания, и тогда это уже «вторичная артериальная гипертензия».

Если у вас гипертоническая болезнь ассоциируется только с пожилым возрастом, вы глубоко заблуждаетесь! Гипертония часто встречается у молодых ребят 20–25 лет.

Гипертония развивается на фоне болезни почек, надпочечников, целой массы эндокринных расстройств и еще кучи других заболеваний. Что нам дает осознание этого факта? Во-первых, заболеть гипертонической болезнью очень легко. Фактически это может случиться почти с каждым. Во-вторых, гипертоническая болезнь хорошо изучена, а значит, врачи умеют ее лечить.

Лечение гипертонической болезни – очень сложная штука. У разных больных оно может сильно отличаться. Поэтому оставьте назначение лекарственных препаратов врачам и никогда никому не предлагайте свои препараты: другому человеку они могут просто не подойти!

Начнем с адреналина. Уверен, вы знаете, какой эффект он оказывает на нашу сердечно-сосудистую систему: учащение сердцебиения и усиление сокращений сердца. Есть еще норадреналин, который дает тот же эффект, и эти гормоны регулярно по чуть-чуть выделяются в кровь. Но когда адреналина много, сердце работает очень сильно, очень быстро, а давление при этом зашкаливает. И это очень полезно в случае, если вам нужно поймать мамонта или убежать от тигра, – то есть в конкретный и непродолжительный момент. А вот на протяжении длительного времени такой режим работы портит наше здоровье.

Следовательно, не дав адреналину и норадреналину влиять на работу нашего сердца, можно добиться снижения давления и урежения частоты сердечных сокращений. Так и работают препараты из группы альфа- и бета-адреноблокаторов. Хороший пример – бисопролол. Сразу скажу, что дальше я буду упрощать на грани позволительного, потому что даже бета-блокаторы делятся на несколько поколений и видов. Просто во все детали вам вникать не нужно.

Еще один способ снизить артериальное давление – это блокировать работу вещества под названием «ангиотензин‐2». Если вы владеете английским языком, из его названия вам понятно, что он сужает просвет сосудов. Ангиотензин‐2 создается из его предшественника – ангиотензина‐1 с помощью фермента с нехитрым названием «ангиотензин-превращающий фермент» (АПФ). Дальше всё просто: мы блокируем работу этого фермента, ангиотензин‐2 не появляется, и давление не повышается. Profit! Так и работают препараты из группы ингибиторов АПФ. Просто к слову: эти лекарства быстро начинают действовать, но так же быстро выводятся из организма. Возможно, у кого-то родственники держат под рукой каптоприл на случай повышения давления – он как раз из этой группы.

Блокировать работу ангиотензина‐2 можно другим путем: не дав ему соединяться с рецепторами клеток, как это делают антагонисты рецепторов ангиотензина‐2. В таком случае ранее упомянутый ангиотензин‐2 все-таки создается, но толку от этого нет, потому что он не может ни на что воздействовать. Метафорически выражаясь, как вы не можете оформить заказ в кафе быстрого питания, пока заняты все кассы, так и ангиотензин будет ждать, пока освободятся нужные ему рецепторы клеток.

Можно воздействовать не на уровне молекул, а на уровне ионов – частиц с электрическим зарядом. Для жизни клетки нужно много разных ионов, но нам сейчас нужны ионы кальция, а точнее – каналы, по которым они попадают из межклеточного вещества в клетку. Этих каналов существует множество, и если мы часть из них перекроем, то добьемся расширения мелких сосудов и ослабления сердечных сокращений.

Ну и еще давление в сосудах можно снизить, уменьшив количество жидкости. То есть дав больному мочегонное. НО! Не каждое мочегонное подходит для больных гипертонией! Ведь нам нужно уменьшить количество жидкости в крови, а большинство диуретиков удаляет жидкость из мягких тканей. Тут на сцену выходит замечательный индапамид, имеющий ровно одно назначение – гипертоническая болезнь.

На самом деле это далеко не все виды лекарств, помогающих снизить артериальное давление. К тому же я лишь упомянул в начале вторичные гипертензии, при которых нужно в первую очередь лечить основное заболевание. И всё это было ради одного: поймите, насколько тонко и грамотно нужно подбирать антигипертензивные препараты, и доверьтесь врачам.

Завод по переработке вкусняшек

Пищеварение у здорового человека должно быть четким, системным, и вообще со своим желудочно-кишечным трактом нужно дружить. Как говорится, какой стол – такой и стул!

• Как происходит пищеварение?

Процесс усваивания пищи не так прост, как может показаться. Вы когда-нибудь задумывались о том, что на входе у нас различные салатики, мясо, соусы, конфетки-шоколадки, а на выходе… хм… всегда примерно одно и то же? Наша пищеварительная система – огромный сложный механизм, который не только обеспечивает наше существование, но и может приносить удовольствие.

Всё начинается во рту. При помощи зубов мы откусываем и измельчаем пищу. В идеале – до однородной консистенции. Выделяемая слюна помогает не только увлажнить всю принимаемую еду и сформировать пищевой комок благодаря муцину, но также в некоторой степени обеззаразить ее при помощи лизоцима и даже начать переваривать при помощи фермента амилазы. На 2‐м курсе медвуза во время цикла по нормальной физиологии нам рассказывали, что если долгое время пережевывать кусок белого хлеба, то содержащиеся в нем углеводы при помощи нашей амилазы будут расщеплены до мальтозы и можно будет почувствовать сладкий вкус во рту. Проблема в том, что жевать придется очень долго, поэтому