Кодекс Магических Зверей 2 - Павел Шимуро

Торвальд прекрасно знал, что это за зверь. Встреча с ним никогда не заканчивалась ничем хорошим, ведь подобные твари убивали молниеносно, не оставляя никаких шансов таким, как он. Они были смертью, воплощенной в клыках и когтях, и сейчас эта смерть находилась в полуметре и смотрела на него голодными глазами.

Торвальд заставил себя дышать ровно. Паника — верная гибель. Он смотрел на зверя, но краем глаза видел, как человек в капюшоне медленно поворачивался к нему.

Капюшон чуть сполз, и Торвальд наконец увидел его лицо.

Оно не было красивым в привычном смысле — слишком резкие черты, слишком бледная кожа, слишком тонкие губы, но в нем было то, что заставляло забыть о красоте — невероятная, пугающая харизма. Магнетизм, от которого перехватывало дыхание. И глаза. Один обычный, темный, глубокий, как колодец, а второй ярко-голубой, светящийся в темноте.

Человек смотрел на Торвальда, и рыжебородый чувствовал, как под этим взглядом внутри все сжималось от животного ужаса. Он прошел несколько слоёв Леса вдоль и поперек, встречал тварей, от которых волосы вставали дыбом, но такого страха не испытывал никогда.

— Ты не справился, — тихо сказал человек ровным голосом. — Однако… выполнил то, о чем я попросил.

Он протянул руку в тонкой перчатке, в которой был небольшой мешочек из добротной кожи, стянутый шнурком. Внутри приятно позвякивали монеты.

Торвальд осторожно взял мешочек, стараясь не коснуться пальцев неизвестного.

— Я постараюсь вновь свести тебя с лекарем, — продолжил человек, и его разноцветные глаза впились в Торвальда.

Рыжебородого затрясло. Мелкая дрожь пробежала по телу, а поджилки затряслись, как у нашкодившего щенка. Он не смог с этим справиться — страх был сильнее воли, сильнее выдержки, сильнее всего, что он в себе воспитал за годы жизни в Лесу.

Человек наклонился ближе, его голос стал тише, но от этого только страшнее.

— И в этот раз не подведи меня. Лекарь не должен вернуться живым.

Он замолчал.

— Умрет лекарь, или… — он не договорил, но это и не нужно.

Торвальд понял и кивнул. Мешочек с монетами жег ладонь сквозь кожу, напоминая о цене, которую он только что согласился заплатить.

Человек поднялся. Зверь исчез так же бесшумно, как появился, только тень мелькнула и растаяла во тьме. Фигура в капюшоне сделала шаг, второй, и растворилась в темноте парка, будто ее и не было.

Торвальд остался один, сидя на скамейке и сжимая в руке мешочек с монетами, и смотрел в пустоту. Ночной ветер холодил вспотевший лоб, трепал рыжую бороду, но мужчина не замечал холода.

Мысли в его голове ворочались тяжело, как валуны. Он вспомнил, как лекарь возился с его василиском после боя с панцирником, как дрожали его руки, как он боялся, но работал, делал свое дело, несмотря на ужас, несмотря на то, что огромный ящер мог раздавить его одним движением.

Он вспомнил, как Крох, странный зверек с даром предчувствия, первым зарычал, предупредил о ночной атаке. Если бы не он, отряду пришлось бы туго.

— Прости, парень, — прошептал Торвальд в пустоту. — Ты заинтересовал слишком серьезных людей, уж не знаю почему, но… Мне тебя искренне жаль.

Ребята, за каждую тысячу лайков/наград авторы выпускают доп главу!

Глава 4Р

Солнце пробивалось сквозь окно тонкими золотистыми лучами, рисуя на полу дорожки света. Я лежал на спине, глядя в потолок, и просто наслаждался моментом. Тишина. Покой. Никто не пытался меня сожрать, не нужно никуда бежать, прятаться и замирать при каждом шорохе.

Рядом, свернувшись пушистым медовым клубочком, посапывал Люмин. Его длинные уши смешно подрагивали во сне, а лапки иногда начинали мелко перебирать воздух — наверняка ему снилось что-то хорошее — может, бескрайние луга с сочной травой, где можно скакать без устали.

На полу лежал Крох. Его коренастое тельце мерно вздымалось, дыхание было глубоким и спокойным. Впервые за все время, что я знал этого зверя, он спал без напряжения, без готовности в любой момент вскочить и защищаться.

Я осторожно, стараясь не делать резких движений, приподнялся на локте и посмотрел на них. Люмин, Крох… Моя странная, лохматая, невероятно дорогая сердцу команда.

Крох, словно почувствовав мой взгляд, приоткрыл один глаз. Узкая сапфировая щелка сонно глянула на меня. Он моргнул, фыркнул и, отвернувшись, дал понять: «Я еще сплю, а ты, человек, занимайся своими делами и не мешай».

Я улыбнулся и осторожно выбрался из кровати. Люмин тут же открыл глаза, потянулся, широко зевнув, и, убедившись, что я никуда не исчез, снова свернулся калачиком.

В голове уже выстраивался четкий план на день. Первым делом нужно осмотреть зверей. Убедиться, что Камнегрыз, который перенес операцию в полевых условиях, восстанавливался как надо. Проверить лапу Кроха и удостовериться, что не началось воспаление, и кость срасталась правильно.

Следом нужно навестить Горгана, чтобы получить обещанные две серебряные марки и… спросить про защиту. Скупщик обещал помочь с проблемой троицы вымогателей, да и откладывать её дальше нельзя. Трое пьяных ублюдков, что избили меня и покалечили моих зверей, должны вернуться со дня на день.

А после, если останутся силы, нужно заняться загоном во дворе. Я вышел в основное помещение. Зверь, лежавший в самой большой клетке, увидев меня, даже не пошевелился, а просто тяжело, но ровно дыша, перевел отсутствующий взгляд с меня на пол.

Меня кольнуло нехорошее предчувствие. Я открыл дверцу и осторожно, стараясь не делать резких движений, переложил его на стол. Камнегрыз даже не пискнул, не дернулся — полное отсутствие реакции. Это странно. Очень странно.

Люмин, увязавшийся за мной, остановился возле стола и замер, внимательно наблюдая за происходящим.

Я снял с камнегрыза старую повязку и едва не присвистнул от удивления. Рана выглядела… полностью заросшей, кое-где даже начали формироваться новые пластины. Регенерация магических существ творила настоящие чудеса.

Но почему зверь себя так странно вёл? Вчера всё было намного лучше!

Я проверил пульс, но он оказался ровным и сильным, дыхание глубокое, без хрипов, зрачки реагировали на свет, хоть и вяло, температуры не было. Все показатели в норме. В голове пронеслась дюжина вариантов: от банального истощения до внутреннего кровотечения или повреждения позвоночника, о котором я мог не знать, но ни один не подходил под симптомы.

И тут, словно отвечая на мой немой вопрос, перед глазами вспыхнуло знакомое свечение системы:

[Обнаружено критическое состояние: Магическая интоксикация]

[Существо: Живодёр−камнегрыз]

[Класс: