Полный кошмар для архимага - Анастасия Александровна Гудкова

Во дворце тоже поселился кто-то, явно считающий себя самым ловким и сообразительным. И мне было крайне любопытно, чья буйная фантазия и нехилый магический потенциал подбросили мне оборотня.

Я улыбнулась самой очаровательной из своих улыбок, позволила слуге отодвинуть мой стул и грациозно, насколько могла это сделать в туфлях, цепляющихся за пушистый ковер, села.

— Пока вас не было, Мелисса, мы говорили о том, что у вас было крайне мало времени на то, чтобы познакомиться, — как ни в чем не бывало продолжил маэтр Гренрей. — И мы бы хотели узнать что-то о тех, с кем нам предстоит работать.

Почему-то на последних словах он бросил быстрый взгляд в мою сторону. Любопытно, что такого он хочет обо мне узнать?

— Достаточно нескольких слов о себе, постарайтесь избегать излишнего официоза, все-таки сейчас мы обедаем, беседа неформальная, — с улыбкой закончил архимаг.

Надо же, он и улыбаться умеет? Хотя, говоря откровенно, улыбка у маэтра Гренрея была приятная. Опытного ловеласа. Он определенно знал, какое производит впечатление со стороны, и сейчас зачем-то решил воспользоваться этим.

— Зачем нам знакомиться? — фыркнул мастер Дейр, лениво закручивая в спираль воду в стакане. — Уже завтра кого-то из присутствующих здесь не будет...

И он тоже многозначительно посмотрел в мою сторону, так что я с трудом удержалась, чтобы не показать ему язык. Удивительно, но его слова маэтру гренрею не понравились.

— Это не вам решать, мастер Дейр, считайте это частью отбора. И, раз уж вам есть что сказать, предоставлю право представиться первым.

Я не выдержала и хихикнула. Архимаг отчитал водника так, будто он был не состоявшимся, одним из самых могущественных стихийников королевства, а нерадивым адептом, заслужившим хорошей порки. А я заслужила сразу два сердитых взгляда: от Гренрея и Дейра.

— Что ж, как вам будет угодно, господин архимаг, — отозвался водник. — Августус Дейр, маг воды, впрочем, это вам и так известно. Выпускник Шигосской магической академии. Практику проходил в Валесской пустоши и...

— Кажется, вы не до конца поняли задачу, мастер Дейр, — резко прервал его маэтр Гренрей. — Расскажите о том, что вы любите, о чем мечтаете. Расскажите о своих близких. О том, что не связано с магией и работой.

О своих близких? О том, что не связано с магией и работой? Хитрый ход, маэтр Гренрей. Кажется, сейчас все присутствующие вынуждены будут обнажить свои слабые места, а он сможет воспользоваться нашей откровенностью в любой момент. Как хорошо, что меня ловить не за что. Или я чего-то о себе не знаю...

Глава 13

Всю трапезу я сидела, внимательно слушая, что рассказывают мои соперники. Лишние знания о тех, с кем мне предстоит бороться за кресло придворного мага, точнее не за кресло, сидеть-то там уж точно не придется, а за почетное место в строю, мне явно бы не помешали.

Августус Дейр, которому пришлось быть первым из обнажающих душу перед архимагом, нехотя рассказал о том, что в родном Шигоссе у него осталась супруга и трое малолетних детей. И еще один, постарше, в Валессе — результат бурной практики. Судя по выражению лица водника, говорить он об этом не собирался, так что я бросила быстрый взгляд на архимага и поняла, что причины его красноречия я разгадала правильно.

В руке маэтра Гренрея, которая успешно пряталась за широким блюдом, виднелся хвостик артефакта красноречия. В зависимости от того, какое заклинание наложил на него владелец, можно было либо успешно выступить перед огромной толпой, поражая слушателей искусством словесности, либо заставить кого-то говорить то, что он говорить совершенно не желал. Абсолютно законно, причем.

Новости о разбросанных по королевству и брошенных отцом детях архимагу явно по сердцу не пришлись. Не удивлюсь, если сегодняшний обед — тоже своего рода испытание. И пусть он не объявит проигравших после того, как мы доедим десерт, они совершенно точно будут. Просто немного позже.

В любом случае, кажется, я была единственной, кто заметил маленькую хитрость маэтра Гренрея. Так что теперь передо мной стояло две важные задачи: не наболтать лишнего, то есть выставить незаметный щит, и никак себя не выдать.

Следующим несчастным, вынужденным делиться сокровенным, стал мастер Герт, как он сам себя назвал, величайший повелитель воздуха. При этих словах я не сдержала смешка, который тотчас неловко замаскировала под кашель.

— Что вас так рассмешило, Мелисса? — прищурился архимаг, поворачиваясь в мою сторону.

— Прошу меня простить, маэтр Гренрей, — улыбнулась я. — Мне вспомнился наш магистр по стихийной магии. Он говорил, что повелевать воздухом может только тот, кто полностью очистил свой разум от всяческих глупостей. А верить в то, что повелевает — только глупец. Но это точно никак не относится к мастеру Герту, ведь он, несомненно, из первой когорты, так?

— Безусловно, — сухо ответил архимаг.

Вот только глаза его выдали. Я готова была поклясться, что ему тоже смешно. Но внешне он так и казался холодным и неприступным. Что ж, маэтр Гренрей определенно заслуживал звание самого завидного холостяка королевства, даже я залюбовалась. Но это только до того момента, пока он не откроет рот, из которого кроме надменных речей ничего не услышишь.

Зато артефакт архимаг сжал покрепче, явно усиливая его действие. и вот несчастный мастер Герт выбалтывает всякие пошлости о своих похождениях с немножко замужними дамами, причем порой с несколькими сразу, в смысле в один день. И как только они не узнали друг о друге — вот где загадка!

— Разумеется, короне я буду верен, — гордо сообщил воздушник.

Ну да, только короне и будет, пока у кого-то из противников не окажется простенького артефакта, разрушающего чары, позволяющие запечатать какие-то важные вещи в памяти так, чтобы никому о них не стало известно.

Маг земли, мастер Торрот, в отличие от предыдущих ораторов ни капельки не прокололся. Он рассказывал о скучных вещах, вроде унылого хобби по выращиванию сороконожек разного цвета, новом выведенном сорте роз и что-то там еще такое же неинтересное. Единственный вывод, который нам удалось сделать — бедолага совершенно одинок и, кажется, не испытывает никакого удовольствия от того, что вокруг него существуют еще какие-то люди.

— Мелисса Лион, надеюсь, ваш рассказ будет таким же увлекательным, как и истории мастера Торрота, — ехидно заметил архимаг.

Вот уж точно, я даже молчу интереснее, чем он говорит! Вот только я так погрузилась в свои мысли, что совсем не придумала, чего бы такого безопасного рассказать.

— Вы замужем, Мелисса? — вдруг спросил