Лес мха - Чхон Соллан

домов, которые были еще меньше, чем в остальных частях города. Двери квартир были встроены в стены так же часто, как окна. Дом самой Ынхи ничем не отличался от прочих. Соседний, должно быть, находился примерно на расстоянии вытянутой руки Марко. В этом промежутке человеку, казалось, невозможно было даже прилечь. Как только в дверь постучали, Ынхи тут же открыла ее, улыбаясь. Она поприветствовала гостя, сказав, что не ожидала в самом деле увидеть Марко на своем пороге.

Интерьер дома полностью отличался от того, где жил Марко. Ширина внутри, как и снаружи, равнялась одной вытянутой руке, но в длину места оказалось гораздо больше, так как дом был вытянутой прямоугольной формы. Планировка походила на выставочный зал: сперва нужно было миновать прихожую, после сразу шла ванная, затем маленькая комната, встроенный в стену шкаф, холодильник, кухня, стеллаж и, наконец, большая комната. Никакие двери или даже мебель не стояли друг напротив друга, на стенах висели только зеркала и картины, чтобы не оставлять пустых мест. А еще в самом конце, прямо напротив входной, была еще одна дверь.

Ынхи остановилась где-то в середине дома и встала на кухне. Она посадила Марко на диван сбоку и сложила гостинцы на тарелку.

– Начальник, наверное, сильно злится? Мы и так все заняты, а я выпадаю с работы. Он же не говорил, что уволит меня?

На самом деле не только начальник, но и другие сотрудники были не в восторге от того, что кто-то не появляется на рабочем месте в такое непростое время. При этом об увольнении речи не шло, так что Марко ответил отрицательно на вопрос девушки. Хоть ему и показалось, что Ынхи не очень-то поверила.

Марко взял в руки поднос с едой и слегка пролил арахисовое молоко. Ынхи тут же сказала, что найдет чем вытереть, и открыла дверь кухонного шкафа, откуда тут же вывалились беспорядочно лежавшие вещи. Там были и подгузники для взрослых, и компрессы.

– Забыла тут убраться.

Ынхи спокойно принялась поднимать выпавшие предметы. Марко не знал, должен ли он помочь, или все же не стоит вмешиваться, но решил подняться.

– Не обращай внимания, сиди. Гостям работу не положено давать. Ну, даже если обратишь, все равно не надо помогать. Располагайся и не забивай себе голову.

Пока говорила, среди всех вещей Ынхи нашла платок, который протянула Марко, и парень вытер им разлитое арахисовое молоко. Одновременно с этим прозвенел дверной звонок. Звук донесся от дальней двери.

– Это моя мама, она там, внутри. Секундочку.

Мама Ынхи быстрее вышла из комнаты, чем Ынхи сама подошла к ней. Женщина хромала на правую ногу и была одета в платье цвета седых волос. По ее ногам вниз стекала моча. Марко тут же подскочил с места. Он не понимал, нужно ли представиться первым, или лучше сперва отвернуться, поскольку мама Ынхи вышла из комнаты, не ожидая встретить гостя. Марко выбрал второй вариант. Это выглядело так, будто он здоровается с пустой стеной. Парень тут же добавил, что является коллегой Ынхи с работы. Если бы подруга его не остановила, он бы рассказал все вплоть до того, что ел в день их знакомства на обед. Сама Ынхи без какого-либо смущения взяла в руки полотенце и подгузник, а затем подошла к своей маме.

– Ты всегда такая торопливая. Зачем звонить тогда? Можешь просто выйти, и все.

– Ах, я же подождала немного.

– Опять неправда, – сказала Ынхи, сидя перед мамой на коленях и вытирая с пола мочу.

Сама женщина в этот момент впервые взглянула на Марко.

– А вы кто?

– Мой друг с работы. Я была занята тобой и не выходила на смены, так что он волновался.

– А чего ты на работу-то не ходишь?

Ынхи восприняла слова мамы с юмором. Она совсем не выглядела смущенной от сложившейся ситуации и не пыталась что-то скрыть. Марко все это время находился в гостиной и чувствовал себя странно и растерянно из-за того, что Ынхи помогала своей матери с нуждой. Однако, глядя на то, как сама подруга ни капли не стесняется, парень тоже слегка расслабился. Вытерев маме ноги, Ынхи повела женщину в туалет. Пока они шли туда, она успела сказать Марко никуда не уходить и немного подождать. Сидя на диване, он попивал арахисовое молоко и скушал пару кусочков угощения, которое принес, пока дожидался, когда Ынхи закончит свои дела. Немного погодя девушка вышла из ванной и вывела за собой мать, которая выглядела гораздо чище, нежели ранее. За короткое время женщину полностью помыли, на ней была другая одежда, и от нее пахло мылом. С сияющим лицом мама Ынхи взглянула на Марко и улыбнулась.

– Ух ты, у нас гость! – Она сказала это так, будто уже не помнила их первую встречу.

– Меня зовут Марко, я коллега Ынхи. Рад встрече с вами. Спасибо, что пригласили меня к себе. – Парень представился заново, подыграв.

– Ох, а ты красивый. – Женщина широко улыбнулась. Ее лицо даже немного покраснело. – Как Ынхи работается? У нее характер взрывной, надеюсь, не ходит вечно недовольная.

– Опять ты дочку ругаешь.

– Да где ругаю? Просто переживаю.

Марко решил вмешаться в небольшую перепалку родителя и ребенка:

– Она хороший работник. Даже очень. Ее часто хвалят, и Ынхи со всеми хорошо общается.

Лицо матери снова стало спокойным.

– Замечательно. Хорошо тебе провести время у нас. Дочка, побольше угости его вкусненьким.

Речь женщины была мягкой, а телодвижения – неторопливыми и элегантными. Мама Ынхи шла, прихрамывая на правую ногу, но все равно держала осанку прямой, чтобы не упасть. Произошедшее ранее теперь казалось каким-то спектаклем, который она подготовила заранее.

Уже позже, когда женщина уснула, Марко узнал от Ынхи, что пять лет назад ее маме диагностировали деменцию. В первый год она еще могла жить самостоятельно, но уже со следующего ей потребовался постоянный уход. Женщина не хотела обременять свою дочь, поэтому собрала денег на сиделку, но вскоре накопления закончились. После этого Ынхи вернула свой собственный дом и переехала жить к матери, чтобы присматривать за ней самостоятельно. Лекарства помогали лишь замедлить развитие деменции, не больше. Повернуть вспять или остановить болезнь было невозможно.

– Я пыталась узнать, можно ли пересадить мозг, но мне сказали, что даже это не помогает, если болезнь уже начала прогрессировать. Операцию нужно проводить сильно-сильно заранее, и разве многие могли бы себе такое позволить? Это ведь ужасно дорого.

– Верно, дорого.

– Однажды мама вышла из дома, и я ее несколько дней искала. Ты же заметил, как тут все запутано? Если потеряешься – конец. Пусть