Мастер билдов - Егор Петров

под себя молодые деревца. Ростом он был метра три, не меньше. Мощные руки с толстыми, как сардельки, пальцами и огромными когтями, маленькая голова, вдавленная в плечи. Он был мертв. Голова разворочена, словно кто-то взорвал его затылок.

Я замер. Тролль — это как минимум D-ранг, хотя этот выглядит уж очень большим. Может, даже C… Опасный, живучий, сильный монстр.

Что он делал так близко к городу? В игре такие твари встречались нечасто, и они проявляли зачатки разума, стараясь держаться как можно дальше от поселений.

Неужели Катастрофа подошла так близко, что даже такие монстры начали мигрировать?

Я уже развернулся чтобы уйти,но взгляд зацепился за что-то рядом с тушей. В метре от груди тролля, в воздухе висел полупрозрачный шар, пульсирующий мягким, густым, медовым светом. Зерно. И оно было огромным, раза в три больше того, что выпало из крысы.

За тушей тролля его было плохо видно, и я начал обходить место по широкой дуге.

Тишина. Огляделся. Никого. Тот, кто убил тролля, ушел. Или не заметил выпавшее зерно. Или ему оно было не нужно.

Я подошёл ближе, стараясь не смотреть на развороченную грудь монстра, и сосредоточился на шаре. Перед глазами всплыл знакомый зеленый текст.

Зерно лесного тролля-вожака.

Ранг: C.

Тип: Регенерация плоти.

Пассивная способность: ускоренное заживление ран, повышенная живучесть.

Скрытое свойство: неизвестно (требуется 99% закалка).

Энергия Ци 40/400

Я перечитал. Регенерация… Танковый тип. Живучесть, восстановление, способность держать урон. С одной стороны — сильная способность. С другой — её могли заменить зелья. Много дорогих зелий. Что хуже всего, полная противоположность тому, что я всегда строил.

В игре мой билд был отточен тысячами неудачных попыток. Я нашел «баг», а может, и задумку. Комбинация из девяти слоев на скорость атаки и оглушение давали возможность убить почти любого босса и моба не выпуская его из контроля. Таким образом я и прошел игру. Звучит легко, но по факту слишком много звезд должно совпасть — цена девяти слоев в том, что нет права на ошибку.

И вот брать такое зерно, с регенерацией, было ошибкой. В рамках моего идеального билда ошибкой. Потому что каждый слой должен синергировать с другими. Два похожих эффекта в этой игре перемножались, а не складывались. И поменять один слой — навсегда загубить синергию и понизить финальную силу на порядок.

Монстров после катастрофы всегда было в избытке. Танки не умеют уничтожать цель быстро, а значит обречены стягивать на себя новых и новых врагов. Поэтому, пару сотен раз попробовав, я перестал играть за танка. И совсем перестал брать защитные слои. Они были бесполезны в долгой перспективе — против орды не выстоишь, как ни лечись.

Я прикусил губу, чувствуя, как внутри всё сжимается. Я всё ещё считал в уме, как считал семь лет: синергии, проценты, эндгейм. Только вот работало это всё через сто лет после того, как здесь всё начнёт гореть. Мой идеальный билд был идеален для мира, в котором я не живу.

Но я знал, что билды через регенерацию существуют. И сам играл таким одно время, и читал на форумах, что некоторые игроки играли через живучесть и постепенное перемалывание врагов. Но у этих билдов были очевидные проблемы. Это было слишком медленно и неэффективно против того, с чем столкнётся мир после Падения. И абсолютно бесполезно против главного босса.

Поймав себя на этой мысли, я чуть не рассмеялся. Какой, нафиг, босс? Я посмотрел на свою кровоточащую, воспалившуюся ногу. Бросил взгляд на свою убогую дубинку, с которой еле отбился от слизней. А вокруг был мир, в котором эти монстры, сейсмохищники, были одними из самых слабых. И мне тут не надо перемалывать орды врагов и жить на острие копья. Мне надо было просто выжить. А танка можно сделать действительно неубиваемого. Уже сходу появляется в голове пару вариантов…

В игре я мог позволить себе перезапускать заходы. Умирать, пробовать снова, искать идеальный старт. Зерно C-ранга на первом слое выпадало, наверное, в одном заходе из сотни. И каждый раз, когда это случалось, я начинал рисковать, лезть туда, куда не следовало, и в итоге сливался. Потому что после C-ранга не хочется брать ничего слабее. А найти второе такое же — почти нереально.

Здесь не будет перезапуска. Здесь одна жизнь. И это зерно C-ранга сейчас сравнимо с даром небес, это был реальный шанс выжить. И через сто лет этот слой, может, и станет мусором, но какая разница, если я сдохну на этой неделе от заражения крови? Мало ли что там в зубах этих слизней.

Регенерация не сделает меня сильным. Она даст мне шанс остаться живым. А сильным я стану потом, если это «потом» вообще случится. Пусть я и планировал совсем не так.

Я вдруг остро, до боли в груди, пожалел, что выбрал «Ядро Девяти Небес».

Технику, которая не позволяет менять слои. Будь у меня перезапись — я бы взял это зерно не задумываясь. С ним я бы пережил ближайшие недели, самые опасные недели. Смог бы справиться с началом катастрофы с куда большей вероятностью, чем с зерном гончей.

А потом, когда стану сильнее, нашёл бы что-то более подходящее и заменил. Но у меня нет такой возможности. То, что я возьму сейчас, останется со мной навсегда.

Я выругался про себя, хотя очень хотелось орать вслух.

А потом выдохнул. Что сделано, то сделано. Ядро не поменять. Будущее не отменить. Но если я не возьму это зерно сейчас, никакого будущего у меня может просто не быть.

Я протянул руку и коснулся шара.

Боль была мгновенной. Обжигающей, дикой, и совершенно несравнимой с той, что я испытал при создании ядра. Будто глубоко в меня влили раскалённый металл. Меня выгнуло дугой, перед глазами вспыхнули багровые всполохи, похожие те, что я видел на горизонте. Я чувствовал, как внутри, вокруг моего небольшого, только зарождающегося ядра, начинает формироваться первый слой.

Грубый, мощный, усиливающий.

Боль схлынула и по телу прокатилась волна облегчения. Не знаю, сколько времени прошло, но нога больше не болела. Я посмотрел на неё — рана затянулась, покрылась коркой. Мышцы налились силой, мир стал чётче, ярче.

И в этот момент за спиной раздался голос. Спокойный, с ленцой.

— Ты знаешь, что воровать — нехорошо?

Я резко обернулся, едва не упав.

В трёх шагах от меня стоял человек. Высокий, широкоплечий, в изорванной, окровавленной одежде. На груди темнела глубокая рана, но держался он твёрдо. В руке он держал меч с обломанным