Путь трёх совершенствований. Том 4 - Дмитрий Крам

— Ах ты стерва! — возмутилась Вивьен.

— С каждым днём всё интереснее, — протянул я.

Девушки начали орать друг на друга и разнимать их не торопились. Хоть какое-то развлечение.

Мои спутницы уже были наготове. Я раздал им короткие копья, но понимал, что толку не будет. Так, для их спокойствия.

Эврика уже немного схуднула относительно дня знакомства, и стала выглядеть чуточку моложе, несмотря на весь стресс. Возможно, свежий воздух так подействовал. Может, она света белого не видела до этого всего. Про Мирей сказать особо нечего, разве что она сильно переживала из-за немытых волос. Стягивала их так, что можно подумать будто подтяжку лба делала. Ну и кепку ещё сверху на пучок напялила, из-за этого казалась выше.

— Ну что, амазонки мои. В путь.

Мы начали спуск, и я сразу спросил.

— Мирей, а с кем это Вивьен трахается? Мне не сплетни ради, просто как лидеру отряда важно понимать происходящие процессы. Так-то мне плевать. Все совершеннолетние, хоть с эльфами совокупляйтесь.

— Вивьен с Дилоном как бы встречалась. Но потом они расстались, а тут снова сошлись и…

— Понятно. Ладно. Остальное мне не интересно. Если кто сразу с двумя будет, тогда скажи, чтобы я знал, из-за чего парни потом дерутся. Стоп! — резко вскинул я руку. — Ну охренеть, — протянул, указывая на след. — И никто ничего не видел и не слышал.

— Что это? — заинтересовалась Эврика.

— Отпечаток лапы горного тролля. Прямо под боком. Мирей, сбегай, пожалуйста, сообщи в лагерь. Мы тебя тут подождём.

— А чё я?

— А ты самая подготовленная из нас. Я же киберспортсмен, в Дигме бегать могу, а тут нет. А мне ещё весь день пилить через лес. А у Эврики колени больные.

— Ц! Ладно, — девушка поплелась вверх.

— Киберспорсмен? — усмехнулась женщина. — А я слышала ты в КП играл.

Я ухмыльнулся.

Когда Мирей спустилась, то обиженно заявила:

— Ты же КэПэшник! Я совсем про это забыла. Зачем ты соврал?

— Я не соврал. Я пошутил, — улыбнулся я. — Идём.

Мы добрались до зелёнки, и я всю дорогу показывал им следы. Как легко впечатлить городских девушек. Всё вокруг было исхожено. Я быстро набил всякой разной дичи, и мы пошли обратно. Уже когда поднимались, разговорился с Эврикой.

— Как вам в коллективе?

— Ну немного непривычно, — пожала она плечами. — Вчера девчонки заставили надеть меня их форму.

— Тебе очень шло, — оживилась Мирей.

— Жаль я не видел.

— Теодор точно оценил, — лукаво добавила Мирей, и Эврика глянула на неё, едва пряча улыбку.

Да уж. Теодора я видел. Там такая морда щас с этими шрамоми через всё лицо. Ну жених! Краше в гроб кладут.

Мирей понесла мою и свою дичь в лагерь, а я остановился ещё поболтать с Эврикой.

— Я всем сказала ко мне на ты обращаться, так что…

— Немного непривычно, но я попробую. Девочки вам доверяют. Если сообщат что-то важное, пожалуйста, расскажите мне. Это может быть критично. Сегодня получилось вычислить перевёртыша, завтра не факт, что так повезёт.

— Я поняла. Если что, обязательно расскажу.

Эврика пошла в лагерь, где птицу у неё взял Теодор. Что-то начал ей говорить и обернулся на меня. Ревнует, что ли? Не, Эврика в полном порядке, но у неё жених есть вообще-то.

Я начал спуск и услышал шаги, Рин и Аманда догоняли.

— Какого лича вы прётесь? — остановился я.

— Мы тебя немного проводим, — сказала Бронкс.

— Пожалуйста, — добавила Рин.

— Ладно. Фиг с вами. Идём.

Ментатке нужно опять остудить голову.

— Рассказывай, как там атмосфера в коллективе.

— Не хочу об этом говорить, — устало произнесла Рин. Я знал этот тон, так мама отвечала отцу, когда он спрашивал, как дела на работе, и обычно это означало, что она смертельно устала, и её тошнит от одной мысли об работе. — Я немного отрешусь. Возможно, даже слышать вас не буду. Если что, хватайте за руку.

— Мисс Бронкс, может, хоть вы меня обрадуете.

— Всё лучше, чем могло быть. Забей. Обычное рабочее брожение. Уж в скольких спортивных командах я была, везде одно и то же. Раньше ещё ничего было, но как только все становятся совершеннолетними, начинаются гулянки, отношения и всё превращается в запутанный клубок. Да хотя бы на себя посмотри.

— Ой не начинай.

— А что? Это важно. Это тоже часть отношений в коллективе.

— Заткнись, Бронкс. Моё сердце принадлежит вашему спасению, ясно тебе? А эти розовые сопли оставь в стороне.

— Эти сопли и есть жизнь.

Мы прошли пару километров, когда я сказал:

— Всё. Вам пора назад.

— Возьми меня с собой, — взмолилась Рин. — Один день они и без меня протянут. А если случится что-то по-настоящему страшное, то я ничем не смогу им без тебя помочь.

Я посмотрел на Аманду.

— Я против, но решать тебе. Съехавший с катушек ментат, не то, с чем хочется спать в одном пещере.

— Ладно, — вздохнул я и повернулся на Рин. — Не ныть. Быть моей тенью, — псионик активно кивала. — Массажировать мне ноги, после дороги.

— Что? Совсем обалдел?

— Ладно. Но шею и плечи.

— На это я ещё согласна.

— Тогда ещё и спину.

— Не наглей! — фыркнула Рин.

— Аманда, как дойдешь, свяжись со мной. Я залезу на дерево, так что сигнал должен дойти.

— Хорошо.

— Не забудь только. Я переживать буду.

Мы по очереди обняли Аманду и пошли. Её астральный кошко-оборотень пару раз оборачивался на нас.

Я указал ментатки направление и дистанцию, которую нужно соблюдать. На самом деле с Рин мне стало даже спокойнее.

— Ступай мягче, — прошептал я. — Ты как слониха.

— Я стараюсь.

— Ещё мягче. Пробуди в себе грацию. Тебе же когда-нибудь дочь учить платья носить. Мягче, легче, играючи. Вот так. Ещё мягче. Ты житель леса, Рин Фобос. Ты родилась на дереве и сразу упала в терновник. Ты питалась травой и жуками пока не научилась ходить. Ты пила из водопоев вместе с дикими зверьми. Почувствуй это. Ты же ментатка, лови мой настрой. Двигайся как я. Живи в лесу как я.

Немного она прониклась. Конечно, периодически хрустела ветками и шуршала травой, в то время как мои ноги мягко её рассекали почти без звука.

— Как тебе это удаётся, — спросила она на привале.

— Просто я в лесу охотник. А ты дичь. Это два разных способа движения. Я смотрю следы добычи. Троплю её, даже если не надо, просто чтобы поддерживать остроту внимания. Ты же следуешь как шипастый волчонок за вожаком. Иногда даже про дар забывая.

Она густо покраснела.

— Мы дважды