Спящие холмы - Ирина Владимировна Скидневская

Тяж поднял руку, призывая к тишине.

— А теперь, братья, выскажемся, чтобы укрепить наш дух. Начни ты, Эрик. Я знаю, у тебя есть серьёзные претензии к этим существам.

— Я тут прикинул, — раздался справа от Пита молодой голос, — в верхнем городе тыщ десять человек… считай, семей две-три тыщи. Им пособия на кошек, а нам, бескотным, ничегошеньки!

— А нам это надо? — вкрадчиво спросил Тяж.

— Не надо?

— Нам не надо, — подтвердил Тяж.

— Не надо нам их денег… — не слишком дружно поддержали Тяжа вокруг. — Но им тоже нечего жировать!

— Я от кошаков чихаю и чешусь, — услышал Пит. — Пройдёт мимо, и глаза слезятся. Вот что за зараза от них?

— Мне дед рассказывал, кошки — скрытая угроза, — подхватил невысокий, стоявший рядом с Тяжем, судя по голосу, подросток. — В любой момент они могут показать нам своё истинное лицо, то есть истинные морды, и захватить Содружество!

Пит невольно усмехнулся.

— Смешно тебе, да? — сказал некто, с торчавшей из-под капюшона чёрной бородой. — А ты знаешь, что этого, которого ты держишь, видели в грозу? Обернулся чёртом и скакал, как чёрт!

Его слова всколыхнули всех.

— Кому ты говоришь? Он же мельник, ему чёрт родня!

— Живут по сто лет, а то и больше! Почему нам нельзя?

— А этот тыщи лет живёт!

— И кличут их скромненько — Прекрасными!

— Братцы, от этих Прекрасных и пошла кутерьма с магией и Хранителями! Они во всём виноваты! Продырявь его, брат! — крикнул бородатый.

Пит резко обернулся. За спиной, с ножом в руке неподвижно стоял Крутец, успевший облачиться в длинный серый плащ.

— Надо его проучить, Пит, — нерешительно сказал Крутец. — Подойди поближе…

Мельник лаком, съел кошку с маком…

— Ага, щас, — сказал Пит и крепче прижал к себе мурра.

— Смелее, брат, — вполголоса скомандовал Тяж. — Правда на твоей стороне. Видал, чем его кормят в Спящей? Ты таких деликатесов в жизни не нюхал, а он каждый день трескает.

Снова поднялся гвалт:

— Правильно! Наши лепёшки поели кошки!

— Полно кошке таскать из чашки!

— Поддай ему!

— Чтоб знал!

По бледному лицу Крутеца стекали капельки пота. Он потоптался на месте и мелкими шажками пошёл на Пита, шевеля выставленным вперёд ножом.

— Убери руки, урод, — сказал Пит.

Они принялись кружить, не сводя глаз друг с друга.

— Он молился Великой Мау! — указав на Пита ножом, крикнул Крутец.

На Пита обрушился град проклятий, а он вспомнил про свою звезду. Помоги мне, Альмантар…

Мурр зашипел, оскалившись. Крутец испуганно отпрянул, остальные попятились к колоннам.

— Должок, — негромко напомнил Тяж. — Всё спишется.

Уже бодрее Крутец шагнул вперёд и сделал резкий выпад. Пит увернулся, со всей силы пнул его по ноге, но ему самому подставили подножку и, падая, он инстинктивно схватил сиганувшего из его рук мурра за пушистый хвост. Раздался короткий кошачий визг, и внезапно Пит оказался под открытым небом, в луже на асфальте. И лежал так же, на боку, с вытянутой вперёд рукой.

Ошарашенный, он встал на четвереньки, потом на ноги и огляделся. На тротуаре вдоль шоссе, ведущего на главный холм, гневно фыркал и отряхивался мурр. Дёрни кота за хвост…

Что-то происходило вокруг, то ли беспорядки, то ли гуляния. В этот мглистый предрассветный час город не спал, на холмах всюду горели огни, завывали сирены полицейских машин и доносилось мелодичное пиканье электромобилей Ассоциации. Пит услышал характерные хлопки — где-то стреляли. Снизу на холм поднималась пьяная компания. Мимо Пита медленно проехал легковой автомобиль с тонированными стёклами и остановился чуть впереди.

Мурр потрусил к деревянному столбу кошачьего фуникулёра, встал, прикидывая, хватит ли у него сил взобраться по столбу к площадке, с которой кошки садились в возки. Высота была приличной, как и вес мурра.

— Я помогу, — сказал Пит и, подойдя к столбу, наклонился.

Мурр разогнался, прыгнул Питу на спину, оттуда на столб. Там ему пришлось приложить некоторое усилие, чтобы вскарабкаться наверх. Он кое-как умостился в возке, и вскоре заскрипел пришедший в движение фуникулёр.

— И вам спасибо, — сказал Пит, глядя вслед.

В автомобиле опустилось стекло, водитель спросил:

— Тебе куда, парень?

В светлеющее небо внезапно взлетела красная ракета, потом вторая, третья. Пит сел в автомобиль.

— Мне вниз.

Они развернулись и проехали мимо притихшей, уткнувшейся в телефоны компании.

3

Сантэ мурлыкала долго и вдохновенно. С первыми проблесками зари женщина тихо застонала, открыла глаза. Сантэ перекатилась на землю и поднялась на подгибающихся лапах. Воздух на мгновение задрожал, по чёрному лесу прокатилась невидимая волна — мурра восстановила защиту Хранителей. Через несколько мгновений небо расцветилось красными огнями сигнальных ракет.

…На рассвете из туманного парка Спящей вышла женщина в расстёгнутом чёрном пальто. За ней плелись такие же промокшие мурры, а главную мурру она несла на руках. Хейго вместе с другими охранниками усиленно патрулировал поместье и остолбенел при виде этой картины — Сантэ и Хозяйке-то не всегда позволяла брать себя на руки.

— Мне нужно к Хозяину мурров, — с лёгким акцентом устало сказала незнакомка, увидев высокого мужчину в форме.

— У нас Хозяйка…

— Имя?

— Госпожа Айлин Монца…

— Проводите меня к Айлин.

Хейго добило это Айлин. То, как держалась женщина, и её требовательный тон говорили о том, что она заслуживает особого отношения.

— Сюда! — Он повёл её к чёрному ходу. — Я открою, у меня есть ключи. А что с Сантэ? У неё кровь?

— Нужно показать врачу. Хотя, я думаю, всё обойдётся.

— Я разбужу доктора Рица. Он только прилёг, мы тут всю ночь не спали. Как мне к вам обращаться? Я Хейго.

— Зовите меня… — Женщина запнулась. — Длит.

— Можете опереться на меня, если хотите, госпожа Длит, — предложил Хейго, и женщина с благодарностью кивнула:

— Очень кстати. Поддержите меня под локоть.

…Мурры издалека увидели, что у чёрного хода сидит, безмятежно зевая, Господин Миш.

— Сантэ! Он пришёл! — пропищала Нежная Миу.

Когда они подошли, Сантэ, с трудом подняв голову, глянула с рук женщины вниз — на супруга, и снова закрыла глаза. У неё ни на что не осталось сил.

Пока Хейго возился с замком, мурры разглядывали раздавшегося вширь Господина Миша.

— Ты чего здесь торчишь, Мыш? Под дождём? — спросил Ван.

— Внутрь не может попасть. Ни в один лаз не проходит, — сказала быстро соображавшая Мягкая Кошка. — Великая Мау… Это где ж так кормят?

— Нигде, — косясь на