Над бездной - Кевин Джеймс Андерсон

не повлияло – даже отец злился, что она никак не научится взаимодействовать с другими людьми. Он работал управляющим средней руки на большом предприятии, а мать была риелтором. Старший брат, Джейсон, окончил школу и теперь руководил крупной ресторанной сетью, что вполне соответствовало картине мира родителей.

Кэмми же всегда витала в облаках. Она блестяще училась, но оказалась совершенно не способна завести друзей. Когда одноклассники издевались над ней, отец лишь говорил, что она сама виновата: «Можно хотя бы малейшее усилие приложить? Они тебя не понимают, но ведь и ты сама нисколечко не пытаешься. Попробуй вести себя как обычный ребенок».

Кэмми окончила школу с отличием, получив всевозможные награды и грамоты, и родители гордились ей. Однако точно так же они гордились Джейсоном. Когда Кэмми взяли в Массачусетский технологический институт, мама заявила, что семья не потянет дорогостоящее обучение и дочь должна забрать документы. Кэмми, впрочем, это не остановило – она подала заявку на стипендию, которую сразу одобрили, и могла сама о себе позаботиться.

Ей хорошо запомнился последний вечер в родительском доме – перед отъездом в университет. Мать, как всегда, приготовила курицу в соусе марсала, а отец спросил, что вообще такое кротовая нора. Кэмми, как могла, постаралась объяснить. При этом мама не переставала повторять, что Кэмми не готова к самостоятельной жизни.

После ужина Джейсон объявил, что ему поручили открытие очередного ресторана, и разговор сразу переключился на эту тему. Дежурно обняв всех на прощание, Кэмми ушла пораньше, потому что у мамы рано утром была назначена встреча с клиентами.

Она уехала в новую жизнь, с наслаждением думая о том, что теперь никто не встанет у нее на пути и не помешает с головой погрузиться в тайны Вселенной, а ночью в доме случился пожар, и родители с Джейсоном, который решил остаться переночевать, задохнулись угарным газом.

С тех пор ее жизнь и научная карьера была связана с доктором Тендари. Именно он, не побоявшись рискнуть собственной репутацией, отрекомендовал ее Бенедикту Ноору как незаменимого специалиста. Кэмми последовала за ним на край Солнечной системы, где их ждали величайшие открытия.

И вот она осталась совершенно одна – на краю темной, беспросветной бездны.

Глава 6

Ноор планировал устроить вечеринку, чтобы отпраздновать воссоединение команды, но теперь спешно был вынужден переформатировать ее в экстренное совещание. Как говорится, если жизнь дает тебе лимоны, делай лимонад.

Прокручивая в голове предстоящий разговор и все клише, к которым ему придется прибегнуть, Бенедикт поморщился. По его требованию все собрались в столовой, но довольно быстро стало понятно, что затея им не по душе. Кэмми Скура стояла, прижавшись спиной к стене, с таким видом, словно больше всего на свете хочет сейчас просочиться сквозь нее. В лице ни кровинки, глаза заплаканные. Однако Ноор все равно порадовался, что вытащил ее к людям, – иначе продолжила бы убиваться у себя в каюте.

Аркуриан была, как всегда, собранна и полна решимости. Она временно уступила Ноору роль командира, и тот поручил ей пересмотреть исходный план действий, учитывая, что теперь им придется обходиться гораздо меньшим командным составом, а все цели миссии должны остаться неизменными. Он не сомневался, что это ей по зубам. Сейчас Карла с явной неохотой отвечала на расспросы подошедшего к ней Уоррена.

Глинда Ройбол, главный инженер корабля, подначивала своего напарника Педро Эша, который, впрочем, не особенно обращал на нее внимание. В ушных имплантах у него играла музыка, и ИИ-помощник был настроен таким образом, чтобы останавливать ее, только если вокруг будет происходить нечто важное. Глинда, очевидно, в эту категорию не попадала.

Руки и ноги у Эша были тоненькие, а позвоночник заметно искривлен. На Земле гравитация приковала бы его к инвалидному креслу, однако, работая на лунной базе «НООР», а затем и в поясе астероидов, где его движения ничто не сковывало, он показал себя прекрасным инженером. На «Лете» Эш чувствовал себя как в родной стихии.

Последним в столовую вошел доктор Стелланд. Он принес из теплицы огромную миску с клубникой, помидорами и тонко нарезанными цукини. Фрукты и овощи позволяли хоть как-то разбавить однообразный рацион, состоящий из специально разработанных для космических перелетов пайков – масса питательных веществ, а вкус оставлял желать лучшего. Сегодня, правда, всем было не до угощений.

Ноор решил покончить с неприятным делом как можно быстрее. Он бодро похлопал в ладоши, привлекая внимание.

– Спасибо, что пришли, хотя день сегодня выдался непростой. – Требовалось как-то подбодрить команду, и он перешел к своей любимой теме: – Вам наверняка известно, что я знаю буквально все о величайших первопроходцах нашей планеты. Так вот, могу вас заверить, что на пути к каждому великому достижению необходимо преодолеть целый ряд неудач и провалов. Для нашей миссии я собрал лучших профессионалов своего дела, включая вас. Пускай мы потеряли половину команды, это нас не остановит. Мы своего добьемся!

– Да, черт возьми! – воскликнула Глинда и с ликующим видом оглядела остальных, словно ожидая, что они присоединятся.

Завладев вниманием команды, Ноор принялся расхаживать туда-сюда.

– Вам выпала честь пополнить ряды тех, кто первым отправился навстречу неизведанному и вышел триумфатором. – Бенедикт закрыл глаза и почтительно склонил голову. – Марко Поло, Фернан Магеллан, Джеймс Кук, Чжэн Хэ, Христофор Колумб – о последнем можно говорить что угодно, это не умаляет его достижений. Вспомним великих первопроходцев нового времени: Нил Армстронг, Чарльз Йегер, Юрий Гагарин, Эрнесто Боско на Марсе…

– И конечно, ни одной женщины… – пробормотала Аркуриан.

– Валентина Терешкова, – добавил Ноор.

– А еще именно женщина первой спрыгнула в бочке с Ниагарского водопада, – весело вставил Уоррен.

Бенедикт к тому времени вошел в раж.

– Перечислять можно еще долго. Лично я, например, преклоняюсь перед первыми исследователями Антарктики. Вот где настоящее мужество! Вот где стойкость! Все знают про трагически завершившийся поход Роберта Скотта к Южному полюсу, однако, скажу откровенно, меня куда больше восхищает экспедиция тысяча девятьсот тридцатого года, предпринятая учеными из Мискатоникского университета во главе с Уильямом Дайером. Среди них был человек непревзойденной отваги – Арчибальд Бентон. – Ноор улыбнулся собственным мыслям. – Какие невероятные судьбы!

– Никогда о нем не слышала, – тихонько вставила Кэмми, по-прежнему стоя у стены.

Ноора тем не менее порадовало, что она хоть как-то отреагировала.

– Потому что Бентон так и не вернулся. До нас дошли лишь фрагменты его рукописи…

– Если хотите воодушевить нас рассказами о провальных экспедициях, Бенедикт, боюсь, у вас ничего не выйдет, – сурово оборвала его Аркуриан. – Мы и так уже столкнулись с рядом