Исцеление вечности - Джули Кагава

Серебряный крестик Зика, весь в крови.

Я схватила его, толком не осознавая, что делаю. Это был крестик Зика, он пах им, напоминал о нем. Последний раз, когда я видела Зика, крестик висел у него на шее. Это было всего лишь прошлой ночью, когда все было хорошо. Зик был жив, улыбался, целовал меня.

Моя рука, двигаясь словно сама по себе, потянулась к компьютеру и откинула крышку. Тут же раздался тихий щелчок, и машина негромко зажужжала.

«Здравствуй, пташечка, — донесся откуда-то из экрана тихий, дребезжащий голос Саррена. — Боюсь, камера на этом компьютере приказала долго жить, так что придется довольствоваться аудиозаписью. Какая жалость. Я так хотел продемонстрировать, чем я тут занимался. Но, может быть, одна песня стоит тысячи картинок, м-м? Покажи ей, что я имею в виду, Иезекииль. Спой для нас».

И тут из компьютера донесся вопль, чудовищный, душераздирающий вопль — я стиснула кулаки так, что крестик Зика вонзился в ладонь. Я едва не захлопнула крышку, но заставила себя не двигаться и слушать мучительный крик Зика, пока он не стих и не сменился хриплым дыханием.

«Тебе есть чем гордиться, пташечка, — вновь заструился из компьютера злобный, бездушный голос Саррена. — Он просто замечательно держится. Я и не думал, что человек на такое способен. Но подозреваю, он скоро достигнет своего предела. Хотел бы я, чтобы ты присутствовала при финале, просто чтобы ты поняла, что ты теряешь. Все честно — в конце концов, ты ведь отрубила мне руку. А я был к ней очень привязан. Ну что ж, продолжим? — Раздался тихий звон, как будто Саррен взял что-то маленькое и блестящее. — Иезекииль, — проворковал он, и голос его сделался тише — Саррен отошел от компьютера. — Я уже спрашивал тебя об этом, но, может быть, ты сейчас стал сговорчивее, а? Как ты пережил заражение вирусом? Где достал лекарство?

— Я… не знаю».

Я прикусила губу так сильно, что почувствовала вкус крови. Зик еле цедил слова сквозь стиснутые зубы. Его запах окружал меня, проникал в сознание, и я увидела, как он лежит, привязанный к койке, глаза блестят от боли, а Саррен нависает над ним, и в руке его что-то сверкает.

«Не знаешь? — переспросил он с притворным удивлением. — Шакал дал мне понять, что ты был одной ногой в могиле. Ты точно не помнишь?»

Шакал за моей спиной выругался. Но я даже не успела разобрать его проклятий — они потонули в вырвавшемся из компьютера отчаянном вопле. Я застыла, словно заледенев, ожидая, когда крик прекратится. Он не прекращался. Он длился несколько долгих минут, то стихая до судорожных, задыхающихся всхлипов, то достигая мучительной, невыносимой высоты. Краем глаза я заметила, что Кэнин стоит рядом со мной, прикрыв веки, словно вспоминает собственные страдания. Но потом мой мир сжался до компьютера, из которого доносился убивающий мою душу вопль. Вопль человека, жаждущего смерти.

О господи, Зик. Слезы струились по моим щекам, я стиснула кулаки с такой силой, что почувствовала, как по ладони течет кровь. Пожалуйста, просто скажи ему. Просто скажи ему то, что он хочет услышать.

Наконец — наконец! — крик закончился. Несколько секунд слышно было лишь, как Зик, задыхаясь, ловит ртом воздух.

«Итак, Иезекииль, — прошептал Саррен угрожающе-спокойно. — Последний шанс. Где ты достал лекарство? И если ты мне соврешь, мы будем продолжать всю ночь. И следующую. И ту, что наступит за ней. Спешить мне некуда».

Зик сделал еще несколько отрывистых судорожных вдохов, а потом голосом, в котором звучали невыносимое страдание и боль поражения, прошептал: «Эдем. Лекарство… в Эдеме».

«Ага-а-а! — выдохнул Саррен. — Наконец-то какой-то прогресс. Итак, юный принц, мы вступаем на финишную прямую. Еще один вопрос, и я прекращу твои страдания и вознагражу тебя. Тебе этого хочется? Хочется, чтобы боль исчезла?»

Зик разразился мучительным кровавым кашлем.

«Просто… убей меня, — сдавленно прошептал он. — Закончи уже это.

— Скоро, юный принц. Скоро. Еще один вопрос. — Что-то звякнуло — Саррен положил инструмент на тележку. Я видела, как он склоняется к самому лицу Зика и медленно, с расстановкой спрашивает: — Где находится Эдем?»

Зик с шумом втянул в себя воздух, но ничего не сказал.

Саррен выждал несколько мгновений, а потом хохотнул.

«Ох, Иезекииль. Все же так хорошо шло. Не останавливайся. — Зик по-прежнему молчал, и голос Саррена стал жутким и отвратительным. — У тебя есть три секунды, человечек. Потом я заставлю тебя пожалеть, что ты появился на свет. Потом боль, которую ты испытывал до этого, покажется тебе приятным полузабытым сном. Ты точно уверен, что хочешь этого? Один».

— Эллисон, — тихо, напряженно проговорил Кэнин. — Закрой ноутбук. Тебе не нужно это слышать.

«Два».

Я потянулась было к компьютеру, но потом помотала головой.

— Нет, — прошептала я, крепко сжимая крестик Зика. — Надо запомнить, это мой долг перед ним.

«Три».

Я собралась с духом, приготовилась к худшему. Но все равно оказалась не готова. Совсем не готова.

Казалось, крик будет длиться вечность — он стих лишь потому, что горло у Зика не выдержало. Я хотела закрыть глаза и заткнуть уши. Меня одолевало искушение захлопнуть крышку и прекратить крики, всхлипы и вой, которые разрывали мне мозг, впечатывались в сознание. Я этого не сделала. Я стояла неподвижно, чувствуя, как струятся по лицу горячие кровавые слезы, а страдание овевало меня, точно неостановимая, нескончаемая буря. В горле запершило, меня била дрожь, а где-то далеко мальчик, дороже которого у меня не было в этом мире никого, кричал, истекал кровью и умолял о смерти.

Когда все прекратилось, у меня уже не осталось никаких сил. Я не слышала ничего, кроме идущего из компьютера ровного, безжалостного голоса Саррена. И судорожного дыхания захлебывающегося кровью Зика.

«Это не конец, человечек. О нет. Я лишь напоминаю, что ты можешь прекратить это в любой момент. Но мне все равно. У нас полно времени, и я только начал.

— Стой! — выкрикнул Зик. — Во имя Господа, хватит! — Он всхлипывал и задыхался, это был голос человека, который сломался. — Я скажу. Да простит меня Бог… Я все скажу. Только… хватит».

Я едва устояла на ногах — так я была рада, что все закончилось. Снова раздался голос Саррена — полный тихого торжества.

«Где?

— На острове, — прошептал Зик. — Эдем… на острове посреди озера Эри.

— Ты лжешь, человечек, — зашипел из компьютера Саррен, и Зик приглушенно охнул от ужаса. — Скажи мне, где Эдем на самом деле,