Фантастика 2026-79 - Валерия Рашитовна Шаталова

интересное и необычное имя. Только сейчас она поймала себя на мысли, что говорит о капитане не как об офицере, а: «Мой Валео». Именно «мой»! Никому его не отдам! – думала эну, идя по дорожке, как впереди увидела знакомый силуэт.

– Валео! Подождите! – вырвалось у неё из груди.

Она подходила неторопливо, с большим трудом сдерживая себя, чтобы не сорваться на бег и не броситься ему на шею.

– Эну, доброе утро. Вы рано встали. Как ваше самочувствие? Медик говорил, что можете простудиться и вам необходимо пока оставаться в тепле.

– Вы правы, проводите меня. На сегодня прогулок достаточно…

Валентин не знал, как себя вести: идти рядом с ней, или чуть поодаль. Если бы такое событие произошло на Земле, то он предложил опереться на свою руку, но здешний этикет он не знал. Не было необходимости интересоваться.

«Хм. Сколько ещё я не знаю, а на таких мелочах и проваливаются самые подготовленные разведчики», – провёл аналогию Валентин и едва заметно ухмыльнулся.

– Валео, почему улыбаетесь? – приблизилась эну и взяла Валентина под локоть.

– Да так, – отмахнулся Валентин. Он столько раз рисовал в уме их встречу, многократно проговаривал подготовленные слова, но когда они сейчас наедине идут под руку, растерялся.

– Вот мы и пришли, – возле входа в апартаменты, тихо произнесла эну, – позавтракайте со мной.

– Не откажусь.

Завтрак прошёл в тишине. Никто не решался первый завести разговор.

– Эну, благодарю за угощение, но мне необходимо идти.

– Понимаю.

На целый день Валентина захватила рутина. Неразобранные письма, вовремя не подготовленные приказы и распоряжения, подготовка к приезду первой для него проверки отняли всё время. Вечером он сидел в кабинете и не находил себе места. Неопределённость и недосказанность давила на плечи невообразимым грузом.

«Оттягивать больше нельзя. Лучше сейчас услышать правду, чем так мучиться», – и набравшись смелости, направился к апартаментам эну.

– Кто там? – услышал дорогой и такой родной голос.

– Капитан Валео Мирони, – ответил офицер и дверь распахнулась. На пороге стояла эну.

– Что-то случилось?

– Нет, я пришёл…

Не нужно слов, когда понимаешь всё с одного только взгляда. Эну прильнула к Валентину, повисла на шее и… прошедшая ночь запомнится обоим на всю жизнь. Страстные поцелуи, предварительные ласки и… экстаз. Подниматься к вершине, застывать на пике наслаждения и снова, недолго отдохнув, преодолеть путь, отделяющий смиренное блаженство от упоения друг другом. Так продолжалась вся ночь.

Ранним утром, когда едва забрезжил рассвет, я поднялся с кровати, обернулся, посмотрел на укутанный одеялом комочек счастья. Растрёпанные волосы, умиротворённое лицо и ровное дыхание умиляли своей непосредственностью. Я не удержался, вернулся и поцеловал в непокрытое одеялом плечико. Эну что-то пробормотала, но не проснулась.

«Ладно. Надо идти. Дела сами не сделаются. Сейчас проверю посты, а потом посмотрим. Может рапорт подать об отставке», – облачившись в мундир, вышел.

Построение, утренний развод прошёл буднично. Я уже думал вернуться к эну, узнать как она, но доклад лейтенанта изменил планы.

– Господин капитан, прибыл почтмейстер.

– Давно?

– Только что.

– Хорошо, занимайтесь по распорядку.

«К эну сейчас лучше не идти, – подумал, направившись к себе в кабинет, – она займётся почтмейстером, будет выведывать последние новости из столицы. Лучше от такого занятия её не отвлекать. Потом зайду».

Время близилось к вечеру, как в кабинет ворвался, едва сдерживая волнение, лейтенант.

– Господин капитан, прибыл гонец из столицы, срочно требует вас.

«Что могло произойти такого, что встревожило молодого лейтенанта? Да много чего, – думал я, идя к посту номер один. По моему указанию никого, кроме узкого круга лиц без его указания не пропускали внутрь территории замка. – Лейтенант молод и не контролирует свои эмоции, тем более, вижу, что прибыл не простой гонец, а личный фельдъегерь Императора в чине лейтенанта, тьфу! Императрицы. Никак не могу привыкнуть, что на троне Доанна Первая, – чертыхнулся, приближаясь к фельдъегерю».

– Господин лейб-капитан Мирони? – удостоверился фельдъегерь.

– Слушаю. Это я.

– Вам срочный пакет из дворца, – вытянулся фельдъегерь и тут же добавил, – личный приказ Императрицы.

– Пройдём ко мне в кабинет, – произнёс уверенно. Что в приказе из дворца, а тем более, лично от Императрицы ничего хорошего ждать не стоит, понял сразу и мысли лихорадочно искали возможные варианты своих действий, но требовалось время.

– Проходите. Давайте пакет, – оставшись наедине с фельдъегерем, протянул руку.

Перевязанный множеством лент, скреплённый сургучными печатями пакет перекочевал ко мне в руки.

«Тяжёлый, – подумал я, усаживаясь за рабочий стол, ища нож для бумаги, чтобы не мучиться и разрезать множество лент и тесёмок. – Так, что там».

Раскрыл пакет и вынул сложенный вдвое лист, обрамлённый вензелями и, что сразу бросилось в глаза — огромная, занимающая четверть листа Императорская сургучная печать и размашистая, но аккуратная подпись внизу: «Повелевает Её Императорское Величество Доанна Первая».

– Ординарец! – не начиная читать, позвал помощника и как только тот прибыл, продолжил, – распорядись накормить гонца.

– Слушаюсь! – бодро ответил ординарец.

– Господин лейтенант, пока ознакомлюсь с письмом, приведите себя в порядок, поешьте. Думаю, вам предстоит долгий путь.

– Благодарю, – отрапортовал лейтенант фельдъегерь, – но в устном распоряжении у меня не было указания немедленно следовать с ответом обратно, но от обеда не откажусь. Полдня в дороге. Двоих коней загнал.

– Тем более, лейтенант. Исполняйте приказ. Отдыхайте.

Фельдъегерь вытянулся, коротко кивнул и вышел, а я с нетерпением углубился в чтение. С каждым прочитанной фразой лицо моё мрачнело, а пальцы сжимались в кулак. Именно этого внешнего проявления эмоций я и боялся. Не надо посторонним видеть мою реакцию на заведомо не выполнимый для меня приказ. Что такой приказ поступит, я не сомневался. Только гадал, через год или два. И смогу, успею предпринять хоть какие-то меры для спасения преданного мне создания, которое вдохнуло в мою полную неразберихи и суеты жизнь новые краски.

Отбросил прочитанный приказ. Прошёлся по кабинету и, не одеваясь, направился к Линессе. Она должна знать, что её ждёт.

Дверь апартаментов была открыта.

«Странно», – подумал я и решительно шагнул внутрь. На кресле, свернувшись калачиком, сидела эну Линесса, по щекам её текли слёзы. Увидев меня, она вскочила и бросилась на шею и тихо, с надрывом заговорила:

– Их казнят! Их всех казнят завтра на закате!

– Кого казнят? – едва разобрал сказанные слова.

– Почтмейстер рассказал, что ночью была попытка свергнуть Императрицу, но она провалилась. Кто-то предал, и всех заговорщиков одновременно схватили, посадили в тюрьму, а завтра на закате их казнят. Но я… Я ничего не знала!!!

Успокаивал, гладя по голове, а сам в мыслях прокручивал отрывок текста полученного письма:

«…не медля ни минуты, приказываю арестовать эну Линессу и под конвоем сопроводить в столицу…».

– Успокойся, всё будет хорошо, – говорил