Фантастика 2025-150 - Иван Катиш

Я кончиком пальца раздвинула слои нарядной обертки и присвистнула. Такая бутылка стоила… солидно стоила, в общем. Мало кто мог себе позволить столько отвалить за несчастную четверть кварты. Этикетка, ярлык на горлышке, сертификат подлинности со всеми подписями и печатями.

– Не подделка… – заключила я ровно и подняла глаза на брюнета. – И?

В темных глазах что-то мелькнуло. Добела сжатые губы выделялись на смуглом лице, как шрам. Изящно очерченные ноздри трепетали.

– Записка, – подсказал он.

От напряжения в его голосе нервы тревожно зазвенели.

Листок надушенной розовой бумаги – фу, какая пошлость! И всего несколько строчек: "С Днем рождения! Надеюсь, тебе понравится. Милли".

– Почерк не мой, – заметила я, сглотнув. Если в бутылке яд… Пробка выглядела не вскрытой, и уровень виски не понизился… вроде бы. – Надеюсь, вы не?..

– Я же не идиот, – фыркнул Эллиот. Губы его кривились. – Не знаю, как насчет почерка, вашего я никогда не видел. Но с чего бы вам присылать мне подарок, да еще с курьером? Кроме того, вот это, – он постучал костяшкой согнутого пальца по этикетке, – совсем не в вашем стиле. Его же ввезли легально.

Я почти мимо воли улыбнулась.

– Значит, кто-то пытался вас отравить…

– Это пока не факт, – перебил Эллиот, задумчиво потирая переносицу.

Я подняла брови:

– Вы правда верите, что кто-то просто так прислал вам дорогущую выпивку? От избытка чувств? Потому что хотел сделать приятное?

Брюнет передернул плечами:

– Даже если так, этот аноним не стал бы подписывать записку вашим именем. Выходит, это кто-то, осведомленный о нас с вами…

– Но не осведомленный о том, кто я такая на самом деле, – подхватила я.

– И о том, что мы на "вы", – криво усмехнулся Эллиот. – Вы бы не написали мне в таком тоне, это сразу меня насторожило.

Я медленно кивнула. Думать вместе было легко. Пугающе легко.

И не удержалась от шпильки:

– Я же говорила, что нужно соблюдать дистанцию. Как видите, пригодилось.

Эллиот только усмехнулся.

В горле пересохло, и я залпом допила остывший кофе. Поморщилась от привкуса гущи. Слишком громко звякнула чашкой о столешницу.

Ведь если бы у этого "кто-то" все получилось, то дни мои были бы сочтены. Я и так почти что беглая преступница, хотя официально – я узнавала! – числилась в розыске как важный свидетель. Вот только от свидетеля до подозреваемого меньше, чем полшага.

– Может, там правда нет никакого яда? – мольба в собственном голосе заставила меня прикусить губу.

Глупо прятать голову в песок. А так хотелось!

Все слишком запуталось, чтобы добавлять новые загадки. И от старых-то голова кругом.

Эллиот постучал пальцем по губам и подхватил со стула свое пальто:

– Что же, это нетрудно проверить. Едем!

***

Только в такси я оклемалась настолько, чтобы спросить:

– Куда мы?

Эллиот, разглядывавший оживленные столичные улицы, обернулся. Глаза его из-за серой дождливой хмари казались еще темнее, только… тусклыми, что ли? Как угольки, подернутые пеплом.

– Вам понравится, – заверил он каким-то странным тоном.

Сверток с бутылкой лежал у него на коленях.

– Надеюсь не… – я покосилась на водителя и закончила обтекаемо: – Не к вам на работу? Поймите меня правильно, экскурсии в мою программу не входят.

Тем более в Особый отдел, полный чересчур глазастых полицейских. Вот обычных уличных копов я не очень-то опасалась. Вряд ли меня искали в столице, к тому же каких-то особых примет у меня не было. Обычная шатенка, таких двенадцать на дюжину. Ни вставного глаза, ни хромой ноги, ни шрамов – даже не скажешь, что я, кхм, противоправный элемент.

Эллиот дернул уголком рта.

– Наоборот, – сказал он загадочно и вновь отвернулся.

Такси остановилось не возле какого-нибудь злачного местечка, как я подспудно ожидала (хотя какие бары в девятом часу утра?), а рядом с аккуратным магазинчиком. Вывеска "Белый слон" ни о чем мне не говорила.

– Не бывали здесь? – вполголоса спросил Эллиот, помогая мне выйти из авто, и повелительно бросил водителю: – Ждите.

Тот почтительно склонил голову и коснулся двумя пальцами козырька.

– Да, сэр!

– Нет, – я оглядывалась по сторонам. – Хотя район мне знаком.

Нарядные магазинчики, в которых продавались товары на любой вкус, уютные кафе, неподалеку сквер с фонтанами.

Эллиот взял меня под руку. Цепко, не вырваться – как будто боялся, что я сбегу.

Из открытой двери магазина в нос ударил запах стружек, олифы и сосновых опилок. А зал оказался полным-полон поделками из дерева. Чего тут только не было! Резные рамы, в которых зеркала казались загадочными и влекущими, как болотные бочаги. Всевозможные подставки и шкатулки: для украшений, рукоделия, косметики и бог весть, чего еще. Фигурки зверей. Подносы. Картины.

Я даже замедлила шаг, вбирая в себя это великолепие. Зато Эллиот остался равнодушен. Бросил единственный короткий взгляд, поморщился отчего-то и процедил выскочившему навстречу продавцу:

– Мы к хозяину.

– Но, сэр… – пролепетал тот, пытаясь загородить собой вход в подсобку. – Хозяин занят!

Эллиот заставил его убраться с дороги одним движением брови. Мы нырнули за ширму из деревянных бусин, а позади остро запахло сердечными каплями. Умеет брюнет довести человека!

Он шагал так уверенно, словно знал тут каждый закоулок. Вокруг звенела настороженная тишина.

Наконец Эллиот толкнул очередную дверь и начал с порога:

– Чем это ты настолько, – он осекся, прочистил горло и закончил уже совсем другим тоном: – занят?

Парочка неохотно оторвалась друг от друга.

– Эллиот, – простонал мужчина, взъерошив пятерней очень короткие серебристо-белые волосы. Его грубоватое лицо было перепачкано помадой. – Погуляй где-нибудь, а? Часа два.

Бишопу помешали в такой момент, а он не вытащил пушку и не попытался незваного гостя пристрелить? Теперь верю, что у них с Эллиотом давняя и прочная дружба.

– Не мог бы, – огрызнулся брюнет. – У меня срочное дело, знаешь ли.

Лицо его заледенело, зато глаза пылали. Он почти втолкнул меня в кабинет и захлопнул дверь.

– Совести у тебя нет, – тяжко вздохнул блондин, застегивая рубашку. – Я жену две недели не видел!

Но блондинку с колен ссадил.

– Потерпишь еще полчаса, – буркнул Эллиот, прислонившись плечом к стене. – Здравствуй, Эйлин.

Я исподтишка разглядывала миссис Бишоп, о которой была столько наслышана. Бишоп берег ее, как зеницу ока, и прятал ото всех. Тоненькая, невысокая, с белоснежной кожей, ярко-голубыми глазами и золотистыми волосами до подбородка. Сплошная особая примета! Бедняжка, такая в любой толпе будет бросаться в глаза, как школьница среди пьянчуг.

– Здравствуйте, лейтенант, – и голос у нее приятный.

– Полковник, – поправил Эллиот сухо.

– Рада за вас, – она заколола волосы, достала платок и вытерла помаду с лица