Фантастика 2026-171 - Игорь Валерьевич Минаков

какая-то неразборчивая возня, потом трубка, очевидно, упала — глухой удар пластика о металл. Слышны были только обрывки фраз, криков, доносящихся как будто издалека: «…колесо!», «…ось сломалась, мать ее!», «…вызывайте эвакуатор, мы перекрыли всю полосу!».

Наконец, голос Алены — уже не плачущий, а кричащий, на самой грани истерики:

— ИГОРЬ! Игорь, мы встали! Машина сломалась! Что-то с колесом… или с осью… Водитель говорит, ехать дальше невозможно! Мы стоим посреди! А Мишке все хуже! ОН СИНЕЕТ, ИГОРЬ!

Глава 13

Фырк смотрел на меня выжидающе, явно наслаждаясь эффектом. Но я ответил ему осуждающим взглядом. Мол, давай уже не тяни бурундука за я… хвост!

— Его тайную комнату! — торжествующе произнес Фырк.

— Тайная комната? — я скептически поднял бровь. — Серьезно? Что будет дальше — подземные катакомбы, древние проклятия, спрятанные сокровища тамплиеров?

— Ну, катакомбы в больнице действительно есть, — совершенно серьезно ответил Фырк. — И тебе туда лучше не ходить. Там… очень неприятные вещи водятся с давних времен. А комната — самая настоящая. Профессор хранил там самые ценные и… опасные свои артефакты. То, что ни в коем случае нельзя было оставлять на виду.

— И ты молчал об этом все это время? — я укоризненно посмотрел на него.

— А ты не спрашивал! — Фырк невинно развел лапками. — Плюс, я должен был сначала убедиться, что ты достоин этого знания. Не каждому можно доверить такие секреты! Ты только представь, что было бы, если бы об этой комнате узнал кто-то вроде Преображенского? Или, того хуже, твой новый друг, менталист Серебряный?

Логика древней духовной сущности.

Сначала долгая, многоуровневая проверка на профпригодность и моральные качества, и только потом — доступ к главным секретам.

Прямо как в компьютерных играх — пока не пройдешь все побочные квесты и не заработаешь достаточный уровень репутации, в секретную локацию тебя не пустят.

— Ладно, убедил. Показывай свою тайную комнату. Надеюсь, там не придется сражаться с древним личем-охранником или разгадывать загадки сфинкса.

— Нет, но сначала ты должен поклясться! — Фырк встал на задние лапки, приняв неожиданно торжественную и серьезную позу. — Это очень, очень важно! Супер-важно! Мега-важно!

— Хорошо, — я с серьезным видом поднял правую руку. — Я готов. Слушаю условия клятвы.

— Поклянись, что никому — слышишь, НИКОМУ! — не расскажешь о существовании тайной комнаты профессора Снегирева! Ни своим друзьям, ни начальству, ни даже этой твоей Веронике…

— Фырк!

— Ладно-ладно, молчу! Так ты клянешься или нет?

Я тяжело вздохнул.

— Клянусь, что никому не расскажу о тайной комнате профессора Снегирева без твоего личного разрешения.

— И не возьмешь оттуда ничего потенциально опасного без моего согласия!

— И не возьму оттуда ничего потенциально опасного без твоего согласия.

— И не будешь там втихаря экспериментировать с неизвестными и непонятными артефактами!

— Фырк, может, ты сразу весь список требований озвучишь?

— Это все! Клянешься?

— Клянусь.

— Отлично! — Фырк спрыгнул со стола и резво побежал к старому, не действующему камину в углу кабинета. — Тогда смотри внимательно и запоминай!

Камин был старинный, выложенный потемневшим от времени и сажи кирпичом.

Судя по толстому слою копоти на внутренней стенке, им активно пользовались при жизни профессора. Сейчас там валялись только остывший пепел и пара обгоревших поленьев.

Фырк встал на задние лапки и начал нажимать на определенные кирпичи в замысловатой последовательности. Верхний левый — тихий щелчок. Нижний правый — еще один щелчок.

Центральный, прямо над аркой — глухой стук. Снова верхний левый. Средний справа. Нижний левый. И снова центральный.

Семь нажатий. Классический механический кодовый замок. Интересно, сам профессор придумал такую сложную комбинацию или где-то подсмотрел в старых книгах?

После седьмого нажатия раздался глухой, недовольный скрежет, как будто где-то глубоко внутри стены пришли в движение древние, заржавевшие механизмы. Задняя стенка камина вздрогнула и медленно, с усилием, отъехала в сторону, открывая узкий, темный проход — не больше метра в ширину.

— Добро пожаловать в святая святых! — торжественно объявил Фырк. — В тайную лабораторию и сокровищницу профессора Снегирева!

Я пролез в темный проход, инстинктивно пригнувшись, хотя высота потолка вполне позволяла пройти в полный рост. Включил свет, разгоняя вековую тьму.

То, что открылось моему взору, заставило меня невольно присвистнуть от изумления.

Комната была небольшой — метров двадцать квадратных, не больше. Но каждый сантиметр этого пространства был использован с какой-то почти фанатичной педантичностью.

Вдоль стен, от пола до самого потолка, стояли высокие деревянные стеллажи, буквально забитые самыми разнообразными артефактами. Сотни магических предметов — от крошечных, почти ювелирных амулетов размером с монету до внушительных, сложных приборов величиной с дорожный чемодан.

Настоящий музей магической медицины. Нет, даже больше — это арсенал. Оружейная комната боевого мага-целителя.

На отдельном, длинном столе выстроились ровные ряды склянок и колб с зельями всех мыслимых и немыслимых цветов радуги. Некоторые из них слабо светились изнутри, другие переливались, как жидкая ртуть, третьи выглядели как обычная вода, но что-то в них настораживало — слишком уж идеальная, не естественная прозрачность.

В дальнем углу — целая библиотека редчайших магических томов. Некоторые, самые древние на вид книги, были прикованы к полкам массивными цепями, другие заперты в отдельных стеклянных шкафах с выгравированными на замках руническими печатями.

Запрещенная литература. Те самые книги, за одно только хранение которых в современной Империи можно легко лишиться лицензии целителя. Или головы, если особенно не повезет.

— Профессор собирал все это пятьдесят лет, — с гордостью пояснил Фырк, запрыгнув на стол с зельями. — Некоторые вещи здесь абсолютно уникальны. Больше таких во всей Империи не найти!

Он начал свою импровизированную экскурсию, с важным видом указывая лапкой на различные предметы:

— Видишь вон тот крупный кристалл в серебряной оправе на верхней полке? Это концентратор Искры — способен увеличивать магическую силу целителя в три, а то и в четыре раза на короткое время. Пятнадцать минут почти божественной мощи, а потом — сутки полного магического истощения. Профессор использовал его всего дважды за всю жизнь — и оба раза для спасения пациентов, которых обычными методами спасти было уже невозможно.

Магический допинг. Очень опасная штука, но в абсолютно критической ситуации действительно может спасти жизнь.

— А это — его любимая коллекция диагностических камней! — Фырк резво перебежал к другому стеллажу. — Каждый из них настроен на свой тип заболеваний. Этот красный, яшмовый — на болезни крови.