Гавани солнца - Марта Уэллс

хотели предложить Рорре и Каламу отдельную каюту, будто эти двое искали возможность сбежать от раксура. Рорра проигнорировала предложение. – Полетим быстро, может, даже быстрее, чем на ветряном корабле Нирана и Диары.

– И отлично, значит, мы наконец с этим покончим, – сказал Утес и потянулся.

Из-за двери послышался кашель.

– Если вам что-то нужно, скажите, – произнесла Вата на кедайском.

– Может, еды и чая? – отозвался Лун, вспомнив, что остальные целый день его разыскивали. – Как ты приносила мне в доме Сейлинель.

Вата, похоже, с облегчением восприняла банальную просьбу.

– Сколько?

Лун взглянул на Утеса.

– Много.

Вата поспешно удалилась. Рорра плюхнулась на кровать и снова развернула тканевую карту. Лун подобрался ближе и смотрел через ее плечо, как она прикидывает расстояние на пальцах. Вязь надписей на ткани была на незнакомом языке, и Лун решил, что Рорра, вероятно, отслеживала маршрут с тех пор, как впервые покинула Кедмар с Каллумкалом.

– Вопрос в том, столкнулась ли Малахита со сквернами на пути в Пределы и остановилась для нападения или преследовала их из Пределов? Или это были совсем другие раксура и скверны?

Утес сел с другой стороны от Рорры.

– Кажется, для первого варианта слишком много воинов. Ставлю на второй.

Он наклонился и прикусил Рорре ухо.

Рорра улыбнулась, отвлеченно глядя на карту. Лун решил не мешать им беседовать, или чем они там будут заниматься, слез с кровати и пошел к двери во внутреннюю каюту.

Из окна он увидел Нефриту и Калама с Сейлинель, Гатин и жандерами. Все вроде было спокойно, и Калам настойчиво указывал на хианцев. Так заманчиво было постоять у окна, наблюдая за происходящим в порту, но гораздо приятнее было снова принять горизонтальное положение, и Лун рухнул на кровать.

В следующий раз он очнулся уже ближе к вечеру. Сквозь окно лился свет, а за спиной ощущалось тепло Утеса.

Лун сел. Утес зарычал во сне, но не проснулся. Лодка двигалась, Лун встал и тихонько подошел к окну. Небо было усыпано облаками, а от ветра пахло пылью и далеким дождем. Они плыли над цветущей равниной с заплатками посевных полей и садов. Вдалеке за деревьями виднелись верхушки конических крыш маленького селения.

Утес перевернулся и зарылся лицом в подушку, значит, просыпаться в ближайшее время не собирался. Лун пошел в следующую каюту, где обнаружил спящего на кровати Калама и Рорру, которая сидела на полу и чистила разобранное моховое оружие. Она сняла башмаки и скрестила ноги так, что обрубок на конце правой ноги поддерживал остатки ласты на левой.

– Где Нефрита? – спросил ее Лун.

– Спит в передней каюте. – Рорра посмотрела на него и нахмурилась. – С тобой все в порядке? Ты спал как убитый.

– Конечно.

Местами Лун до сих пор ощущал боль, ожоги стягивали мышцы на груди, но за последние пару дней он стал чувствовать себя значительно лучше. Он потянулся и поморщился – спине это не понравилось.

Лун вошел в переднюю каюту, где на кровати, свернувшись, спала Нефрита в облике арборы, с расслабленными во сне шипами. Его первым порывом было лечь рядом, но у двери были сложены пустые тарелки, а на низком столике еще стоял графин с остатками чая. Лун осушил его и поставил рядом с остальными пустыми посудинами. Неожиданно Нефрита рывком села в постели, ощетинив шипы, и тут же приняв крылатую форму.

Она посмотрела на Луна так, словно он ей приснился, а потом снова рухнула на постель, закрыв лицо руками. Лун сел рядом.

– С тобой все хорошо? – спросил он.

С виду было не очень.

– Да. Просто устала от разговоров с земными.

Она обвила его рукой за талию, но Лун чувствовал напряжение ее мышц.

Он приник к ее теплу. Им надо было о многом поговорить – о том, что случилось в руинах предтеч, и где теперь ветряной корабль, и насколько вероятно, что Малахита преследует сквернов на кишской границе. Но запах Нефриты дурманил Луна, и ему хотелось только уткнуться лицом в ее шею. Она не реагировала, лишь сильнее стиснула его.

От двери послышались кашель и неловкое шевеление. Видимо, Вата ожидала в коридоре, пока они не очнутся.

– Прошу прощения, – сказала она. – Сейлинель хотела бы поговорить с вами.

Потребовалось некоторое время на сборы, поскольку Утес и Калам с трудом просыпались и всем нужно было зайти в ванную, но Вата дала понять, что дело не срочное. Они не захватили с ветряного корабля вещи Луна, поэтому он был в той же одежде, в которой покинул дом Сейлинель. Утес по-прежнему поверх собственной одежды носил наряд земных обитателей из засушливых земель. Рорра извинилась за запах, но у нее не было времени для стирки. Лун чуть было не сказал ей, что можно не беспокоиться, поскольку в основном от нее пахнет Утесом.

Вата провела их вверх по спиральной лестнице, а потом дальше по коридору в рулевую рубку. Там были большие окна с хорошим видом на нос. Вероятно, два передних огненных орудия размещались прямо над рубкой. Две двери выходили на главную палубу, и дул приветливый и прохладный ветерок, насыщенный запахами листвы и глины. Они летели над деревьями и садами, рассыпанными вокруг очередного маленького селения, но вдалеке блестела река, а за ней поднимались густые джунгли.

В задней части каюты три члена команды управляли лодкой с помощью системы сложно устроенных рулевых рычагов. Перед ними стояли Сейлинель и высокая, плотная и мускулистая солкийка. Сейлинель официально поприветствовала вошедших, а потом сказала:

– Это капитан Тиест. Она уже сражалась со сквернами, в основном у границ Карада.

– Много циклов назад, – холодно ответила Тиест и кивнула Нефрите. – Эти двое самцов тоже раксура?

Шипы Нефриты, до сих пор занимавшие нейтральное положение, раздраженно дрогнули. Рорра возмущенно фыркнула.

– Они консорты, – сообщила на кедайском Нефрита ледяным тоном.

– Я могу увидеть их в другом облике? – спросила Тиест.

Молчание исходило от Нефриты волной холода, а шипы начали подниматься. Сейлинель нахмурилась.

– Не уверена, что это дозволяется, – сказала она.

– Нефрита, – произнес Лун на языке раксура. – Она пытается тебя спровоцировать и хочет посмотреть, поддашься ли ты.

– Знаю, – на том же языке резко отозвалась Нефрита.

– Я понимаю, что подобная просьба может показаться грубой, – заговорил Калам, явно указывая на это Тиест. – Однако это может пойти на пользу. Ведь слухи о сходстве раксура и владык сквернов – сильное преувеличение.

– Согласна, – добавила Рорра.

Утес не реагировал.

– Я здесь просто не помещусь, – сказал он на кедайском.

Губы Тиест изогнулись, словно она сочла его слова неудачной шуткой.

– Он праотец рода, – пояснила Сейлинель, – и в другой