Гавани солнца - Марта Уэллс

– Мы можем помочь твоей команде, – сказал он, – но ты должна приказать остановить стрельбу из огненных орудий, чтобы мы могли приблизиться.

Тиест вздрогнула, но быстро взяла себя в руки. Оглядев всех, она резко кивнула.

– Хорошо. Только отнеси меня обратно на корабль.

Лун не шевелился. Сердце колотилось в груди, и он внезапно осознал, что роняет на пол капли крови. Нефрита зашипела. Сейлинель была еще жива, ее глаза были широко распахнуты, а лицо потемнело – хватка прародительницы душила ее. Лун никогда не видел такой огромной прародительницы, крупнее Нефриты. Но он чувствовал от нее запах свежей крови, и когти непроизвольно сжимались от желания немедленно разорвать ее. Где-то под пластинами ее чешуи скрывалась рана, серьезная рана.

– Уже нападаете на нас с консортами? – спросила прародительница. – Вы так уверены, что уничтожите нас?

Лун удержал шипы поднятыми, хотя сердце едва не разорвалось от надежды. Так значит, раксура где-то поблизости. Нефрита оскалилась, но не стала опровергать предположения прародительницы.

– Это была ловушка, и вы попали прямо в нее. Тебе стоило бы убить себя прямо сейчас, чтобы избавить нас от хлопот, – сказала она.

«Нас двое, – думал Лун. – Мы можем с ней справиться. Наверное». Если они успеют, прежде чем появятся владыки и дакти. Но тогда Сейлинель умрет. Она ему не друг, но она здесь и еще жива, а Лун видел слишком много земных, разорванных сквернами на куски.

Прародительница наклонила голову набок, и Лун вдруг понял, что рев огненных орудий стих. Снаружи воцарилась зловещая тишина.

Затем из люка вылетела Жемчужина и приземлилась прямо перед Луном и Нефритой.

Нефрита отшатнулась. От потрясения Лун едва не вскрикнул, но сумел сдержаться и только сдавленно выдохнул. Да, на прародительницу действительно угрожающе смотрела Жемчужина, неведомо как перенесшаяся сюда из Пределов.

Лун никогда не видел полностью поднятых шипов Жемчужины с такого ракурса: когда она злилась, он обычно стоял перед ней. Ее рычание звучало на более высоких нотах, чем у Утеса, но у Луна все равно зазвенело в ушах. В драке Жемчужина всегда производила впечатление, но сейчас ее присутствие было жизнеутверждающим и придавало стойкости, а воздух вокруг как будто искрился зарядами молний.

Прародительница ухмыльнулась, обнажив клыки.

– А где твоя подружка?

– Угадай, – прошипела Жемчужина, явно веселясь.

Нефрита почти беззвучно зарычала. Мгновение спустя Лун осознал, что Малахита в какой-то момент спрыгнула с фигурной каменной кладки наверху и стоит за спиной прародительницы. У Луна в голове всплыл похожий образ, будто из сна, но он не мог вспомнить, чтобы такое происходило на самом деле.

– Эта земная нужна вам живой? – ровным теплым тоном спросила прародительница, как будто не могла отказаться от обмана, от веры в то, что она еще может завлечь их в свои сети. Она сжала ладонь, и Сейлинель жалобно заныла. – Что вы дадите мне взамен?

– Ты ранена и устала, – сказала Малахита.

Ее сила обволокла сердце Луна, и у него перехватило дыхание.

Грациозно изогнувшись, прародительница повернулась лицом к Малахите. Она открыла рот, чтобы заговорить, но внезапно застыла. Нефрита напряглась, готовясь действовать, но Жемчужина предупреждающе щелкнула когтями, чтобы она не шевелилась.

Голова Малахиты наклонилась, и прародительница повторила движение. Вот что она сделала, завороженно подумал Лун. Когда убила прародительницу, уничтожившую ее двор, когда спасла Сумрака, Лозу и остальных.

Хватка прародительницы на шее Сейлинель ослабла, оставив на мягкой серой коже яркие следы когтей. Сейлинель скользнула вниз и едва не рухнула, успев упереться окровавленными ладонями в пол. Она попыталась уползти, и Лун присел и украдкой подобрался к ней.

– Нам не следовало убегать. Мы превратились в дичь, – произнесла прародительница.

– Вам некуда идти. Всегда было некуда, – сказала Малахита.

Лун схватил Сейлинель за руку и оттащил подальше от прародительницы. Прижав ее к себе, он остался сидеть на корточках, в готовности к рывку. Дрожащая Сейлинель приникла к нему.

Прародительница дернулась, разорвав связь, и подняла руку, чтобы нанести удар.

Но Малахита уже пришла в движение. Услышав треск ломающихся костей, Сейлинель вздрогнула и громко охнула.

Прародительница рухнула на пол, и Малахита одним резким движением открутила ей голову.

– Наконец-то, – прорычала Жемчужина, как всегда нетерпеливо и раздраженно. Она выпрямилась и тряхнула шипами, будто находилась в колонии, где арборы разволновались из-за урожая чая, а не смотрела на грозу западных Пределов, стоявшую над искалеченным телом прародительницы. – Ты довольна? – спросила она Малахиту.

– В некоторой степени, – отозвалась Малахита и обратила внимание на Луна, окинув его холодным взглядом.

– Тогда мы можем идти. – Жемчужина повернулась к Нефрите. – Кто еще с тобой?

Нефрита зарычала так сильно, что застучали шипы.

– Что ты здесь делаешь? Что… Двор…

Шипы Жемчужины задрожали в равной степени от раздражения и веселья. Лун с трудом перевел дух, в голове звенело от облегчения. Если бы на колонию напали и остатки двора разлетелись кто куда, вряд ли Жемчужина нашла бы в этой ситуации что-то смешное, как бы ей ни нравилось злить Нефриту.

Из люка выпрыгнула Высота с десятком воинов. Лун заметил Ясного, Песка и Весну из Тумана Индиго и знакомых воинов из Опаловой Ночи. Малахита повела одним шипом, и они устремились вниз по лестнице.

– Селадонна, – ответила Жемчужина. Увидев выражение лица Нефриты, она иронично опустила шипы. – Да, я уверена, что Изумрудные Сумерки будут попрекать нас этим еще десять поколений. Остальные с тобой?

Нефрита резко вдохнула и опустила шипы.

– Только Утес и двое земных. Остальные с Нираном на ветряном корабле, который отправился в Жандеру за помощью. Я послала Елею с несколькими воинами в Пределы – рассказать тебе, где мы.

Жемчужина дернула шипами.

– Они с нами разминулись. Мы узнали новости о вас от кое-кого другого.

Лун принял земное обличье, чтобы не царапать чешуей Сейлинель, встал и поднял ее. Его не интересовало, кого Жемчужина оставила присматривать за двором Тумана Индиго, он просто был рад узнать, что на момент их с Малахитой отлета там все было в порядке.

– Ей нужна помощь. Вы взяли с собой наставников? – вставил он.

Шипы Жемчужины раздраженно приподнялись – возможно, потому что Лун заговорил и испортил ей настроение. Из люка высыпали новые воины Опаловой Ночи, и Жемчужина сказала:

– Душа внизу с остальными, они вошли через нижний уровень.

Продолжая внимательно разглядывать Луна, Малахита повела шипом, и воины окружили его и сопровождали, пока он нес Сейлинель вниз по широкой лестничной клетке. Вонь сквернов рассеивалась, но в воздухе стоял запах мертвых земных существ. Должно быть, повсюду лежали останки кишского