Симбионт 3 - Валерий Михайлович Гуминский

начал неторопливо разминаться. Провёл обязательный комплекс движений, покрутил «восьмёрки», вызвав оживление на трибунах. Ну да, казачий стиль в столице в новинку. Бабич привёл интересную статистику. В Петербурге дуэли проводятся чаще всего среди флотских. Здесь всё логично: близость к морю, военно-морская база. То же самое во Владивостоке, в Крыму, на Каспии. А вот «армейский» стиль весьма распространён в центральных губерниях России, в том числе и в Москве.

Мысли текут лениво, руки автоматически выполняют некие упражнения. Источник постепенно разгоняется, создавая на клинках алые разводы, постепенно превращающиеся в нераскрытые бутоны. Зрители зашумели ещё больше. Но этот шум подобен далёкому морскому прибою, и я на него не реагирую. Мне сейчас нужно найти тот баланс между хладнокровием и боевым ражем.

Раздались аплодисменты. На ристалище вышел подполковник Скрипицын в чёрном комбинезоне. На ногах у него высокие ботинки с плотной шнуровкой, руки затянуты перчатками. Небрежно неся под мышками палаши, отставник успевал раскланиваться со своими знакомыми на трибунах. Не приближаясь ко мне, Скрипицын остановился, перехватил палаши и тоже стал разминаться. Басов посмотрел на часы, но не ничего не сказал. По правилам соперники имеют несколько минут для разминки. Мой соперник не опоздал, но вышел на площадку чуть позже, поэтому времени ему будет дано меньше. А я уже почувствовал разгорающийся жар источника. Токи расплавленного серебра поднимаются по магическим каналам, заполняют меридианы и готовятся хлынуть в пальцы, сжимающие рукояти клинков. Взмахнув несколько раз своим оружием, я увидел распустившиеся розы на сверкающих в электрическом свете полотнах.

Как и ожидал, раздался смех от увиденного. Мужчины посмеивались, разглядывая странную и неудачную, по их мнению, активацию магической силы. Розы! Что может быть нелепее для мужчины, владеющего холодным оружием? Но я привык и к такому проявлению эмоций у зрителей.

— Время, господа! — громко сказал Басов, и мгновенно наступила тишина. — Пора начинать.

Секунданты вышли на ристалище, встали сбоку от нас.

— Господа, готовы ли вы удовлетворить свои обиды прощением друг друга? — спросил граф Уваров.

— Только бой, — отрезал Скрипицын, держа палаши остриями вниз.

— Не вижу необходимости, — спокойно отвечаю я.

— В таком случае все существующие претензии снимаются в случае поражения одной из сторон, — громко проговорил граф, чтобы его услышали все находящиеся в зале. — Победителем считается тот, кто первым сорвёт магический доспех с противника и нанесёт символический укол в любую часть тела кроме головы, бёдер, паха и живота. Будьте внимательны к условиям дуэли, чтобы не получить бан. В случае нарушения одного из условий победителем признаётся другая сторона. Учитывая, что оба дуэлянта придерживаются разных боевых стилей, комиссар не станет считать применение индивидуальных приёмов за нарушение. Господа секунданты, коллеги, у вас есть претензии к озвученным правилам?

— Нет, Ваша Светлость, — кивнул один из секундантов подполковника. — Думаю, нам стоит проверить оружие дуэлянтов.

— Не возражаю, — Уваров решительно подошёл к Скрипицыну, а его помощник направился ко мне.

— Прошу ваши клинки, юноша, — такой же усач, как и подполковник, коренастый, приземистый, протянул свои широченные ладони.

Я вложил в них рукояти сабель и стал спокойно ждать, когда секундант проверит качество оружия и наличие запрещённых артефактов. Тот довольно уверенно осмотрел клинки, посверкивающие серебристо-алыми разводами, а потом перехватил их руками в самой середине, не боясь порезаться. Ладони секунданта, как я успел увидеть, покрылись мерцающей плёнкой магического конструкта.

— Хорошая сталь, — зачем-то сказал он и вернул мне оружие. — Используете ли вы артефакты усиления доспеха?

— Нет, — уверенно ответил я. Из-за таких хитроумных штучек можно сразу же получить дисквалификацию и позор.

— Прекрасно, — мужчина, тем не менее, быстрым движение ладони провёл над моим плечом, едва заметно кивнул и отошёл.

Граф Уваров закончил осмотр оружия Скрипицына и тоже вернулся на своё место. До меня дошло, почему Гриша находится на трибуне, а не здесь, рядом с графом. Клинки проверяют только те, кто умеет «чувствовать» запрещённые магические конструкты. Недаром, второй секундант соперника не двинулся с места.

— Господа, сходитесь! — чётко произнёс Уваров и вместе с коллегами отступил за плиты, которые тут же дрогнули и поднялись вертикально. Воздух в помещении неуловимо вздрогнул, потяжелел — и трибуны отделились от нас дрожащим прозрачным маревом защитного поля.

Басов, к моему удивлению, остался сидеть на месте, словно на него не действовала магия. Возможно, его Дар умел ограждать от возмущенных токов магической энергии. Но прочь лишние мысли! Не до этого сейчас!

Скрипицын неподвижно стоял передо мной, как скала. Его палаши были опущены вниз, вдоль бёдер. Подполковник усмехнулся и начал покрываться плотным, серебристо-стальным, с чёткими рёбрами по плечам и груди покровом. Доспех «Стального канона» показался во всей красе, пугая своей мрачноватой и кажущейся неповоротливостью. Демонстрация силы и мощи должна была ввергнуть меня в оторопь и растерянность. Тот доспех, в который был облачён манекен Бабича, не очень-то походил на защиту Скрипицына, но кое-какое сходство проглядывало, и это уже хорошо.

Я расслабился и дал потокам огня растечься по каналам. Появилось знакомое чувство, когда доспех облегает тело и начинает полупрозрачно мерцать, постепенно наливаясь золотисто-алым мерцанием, будто жаркое пламя. С клинков стали осыпаться ярко-алые и багровые лепестки. Пора!

Чуть на мгновение Скрипицын меня опередил. Он сделал даже не шаг — рывок в мою сторону, вздымая правый палаш, чтобы обрушить сверху вниз тяжёлый удар, а левый ставя в классический блок «Стена». Я не стал ввязываться в изматывающий обмен ударами, а ушёл вправо, по дуге, взбаламутив жаркое марево. И в тот же момент правый клинок, рассекая воздух, сталкивается с левым палашом Скрипицына. Рука у отставника крепкая, но от столкновения ушла в сторону. Тут же следует укол, которым я хочу взрезать доспех в районе бедра. Этот финт довольно необычный. Сабля рубит, а не колет, но именно такой приём помогает вскрывать защиту.

Скрипицын тоже не стоит на месте, отслеживая мои перемещения. Ему нужно установить ритм: шаг-удар-блок-пауза-шаг. Я ему не даю перехватить инициативу, поэтому подполковник вынужден делать выпады, короткие, без замаха. Удивительное дело, блоками мы работаем редко, а вот по доспехам прилетело — и не раз. Но пока никаких проблем они не испытывают.

Я перехожу на летящий шаг. Лёгкие туфли помогают мне перемещаться, заходить то с одного бока, то с другого. Применяю «три лезвия»: три быстрых рубящих удара по диагонали справа-налево, слева-направо, снова справа-налево. Скрипицын, наконец, выставляет плотный блок. Клинки с искрами соприкасаются. Воздушные спирали светло-голубого цвета срываются с палашей