Симбионт 3 - Валерий Михайлович Гуминский

противника и пытаются погасить огненные жала. Скрипицын спокоен, и даже не делает попыток меня достать на противоходе. Он просто разворачивается в ту сторону, откуда идёт атака и блокирует удары. До меня доходит, что этот тип ждёт, когда я устану. А я устану. Через десять минут руки отяжелеют, а в совокупности с магической силой, залитой в кисти и пальцы, тем более не смогу наносить фатальные удары.

Что ж, тогда просто двигаемся и «зажигаем» клинки. Вихрь атак, ложный выпад. Не терять равновесия и постоянно кружить вокруг Скрипицына! Я начинаю свой танец, изредка пробуя различные комбинации ударов. Мне важно понять, где в доспехе подполковника слабое место. А оно есть, как и в моём!

Для меня всё перестало существовать, кроме этого громоздкого доспеха противника. Скрипицын тупо пытается «пересидеть» осаду, а потом нанести решающий удар. Ладно, а так? Я бросаюсь вперёд и тут же падаю на колено. Правый клинок режет воздух под углом вверх, прямо к запястью левой руки Сониного ухажёра. Подполковник реагирует мгновенно. Правый палаш перехватывает удар. Левым-то он не может, не хватает пространства для блока. Клинки сталкиваются, разбрасывая по сторонам энергетические флуктуации в виде искр голубого и алого цветов.

Левый палаш обрушивается вниз, чтобы разрубить надоедливую двуногую муху, скачущую вокруг, разве только не жужжащую. Но меня уже там нет. В плавном вращении корпуса я взмываю вверх, одновременно с этим освобождаю Силу. Вспыхнувшие нестерпимым блеском расплавленного серебра сабли взметнулись над головой, удерживая ровную линию. Скрипицын не знаком с казацким приёмом «Жатва», но звериное чутьё подсказало ему угрозу, исходящую от моих клинков. Он скрещивает палаши, чтобы поймать сабли и лишить их убойной силы.

И в то же мгновение, превозмогая боль в кистях и пальцах, я меняю траекторию и бью по основанию палашей, ближе к эфесу. Серебряные полосы срезают лезвия чужого оружия, и те с глухим стуком падают на пол. Скрипицын в азарте боя не понимает, что уже лишился оружия, и с торжеством победителя видит, как я раскрылся. И наносит удар огрызком палаша…

Я позволяю ему дотянуться до себя и тут же ухожу за спину. Взмах — и доспех раскрывается, как створка раковины. Сверкнув голубыми всполохами, магическая защита перестаёт действовать. Мне остаётся только нанести лёгкий укол в локоть. На кончике клинка появляется кровь. Отпрянув назад, я замер и опустил сабли к полу.

— Бой закончен! — уверенно и громко произносит Басов, увидев рассыпавшийся доспех и кровь на клинке. — Победил господин Дружинин!

В тот же миг на меня обрушивается шум трибун. Свист, аплодисменты, возмущённые крики о каком-то жульничестве, вероятно — моём. К покачнувшемуся Скрипицыну бросились секунданты. Убедившись, что с ним ничего смертельного не произошло, подтвердили кивком наличие раны. Басов поднялся со стула и вышел на середину арены. Шум стих. Я скользнул взглядом по трибунам, нашёл Григория и Наташу. Княжич вытянул руку и поднял большой палец вверх, дескать, «класс»! Княжна старательно прятала эмоции, как и положено, чтобы какой-то там юноша не счёл её улыбку за проявление сердечной привязанности.

— Что это было? — зарычал Скрипицын, вертя в руках обломки палашей. — Ты использовал артефакты, мальчишка! Я требую аннулировать результат!

— Сергей Назарович, прошу вас успокоиться, — Басов, даже не напрягая голос, перебил возгласы зрителей. — Секунданты перед боем проверили оружие и не нашли никаких признаков недозволенного магического усиления.

— Но так не может быть! — воскликнул подполковник, бешеным взглядом поедая меня.

А я вспомнил, что у Скрипицына два десятка дуэлей, из которых он выиграл то ли пятнадцать, то ли чуть больше. У меня в соперниках был опасный боец, поднатаскавшийся на подобных ристалищах. Немудрено, что его корёжит от одной только мысли, кому проиграл!

— Господа секунданты, прошу вас вывести Сергея Назаровича из зала, — голос Басова заледенел. — Я, как полномочный комиссар Дуэльного Комитета утверждаю победу господина Дружинина. Засим окончим.

Он развернулся и направился к выходу. Проходя мимо меня, приостановился, чуть склонил голову, изучающе поглядел:

— Впечатляющий удар, Михаил Александрович, — негромко сказал он. — Давненько я не видел «зажжённых» клинков. Кто был вашим наставником?

— Варяг, — ответил я и сразу поправился: — Леонид Антипов из казаков.

— Антипов… — пробормотал Басов и усмехнулся. — Надо покопаться в памяти. Он из уральских?

— Верно, Борис Фатеевич, — кивнул я.

— Слышал я эту фамилию, но не помню, при каких обстоятельствах, — комиссар улыбнулся. — Отличный пляс вышел, я был очарован им. Только об одном хочу предупредить, юноша. Не делайте этот удар фирменным. Иначе у аристократов не останется родового оружия. И тогда вас возненавидят. Отработайте несколько финтов, которыми и станете побеждать соперников. Удар со спины вышел очень удачным. Сразу же вскрыли доспех.

— Благодарю за подсказку, Борис Фатеевич, — искренне поблагодарил я, и Басов с благосклонной улыбкой направился дальше. К тому времени большая часть зрителей уже покинула зал. Григорий с Наташей, скорее всего, тоже. Как я не высматривал их, не увидел. Зато граф Уваров находился рядом. Он поздравил меня с победой и пожал руку.

— Не торопитесь в раздевалку, — усмехнулся секундант. — Пусть Скрипицын выпустит пар и уйдёт. Слишком он близко к сердцу принял своё поражение. Да ещё палаши вы ему испортили. Конфуз.

— Раз господин Басов не аннулировал мою победу, то удар не считается запрещённым, — пожал я плечами.

— Вас никто и не обвиняет в этом. Более того, уже завтра аналитики аристократических Родов будут изучать манеру вашего боя, — Уваров с таким же интересом, как и комиссар, поглядел на сабли. — Насколько мне известно, подобный уровень называется «Голос Ока». Клинки раскаляются до белизны и могут резать железо любой крепости.

— Не только железо, но и камни, — воздух в зале до сих пор был горячим от базальтовых щитов, переработавших магическую энергию в тепло. И я постоянно вытирал испарину со лба.

— Опасный вы соперник, Михаил, — рассмеялся граф. — Если в будущем понадобится секундант, с радостью приму ваше предложение.

— А на университетских дуэлях вы можете присутствовать? — полюбопытствовал я.

— Надо Устав почитать повнимательнее, — задумался Уваров. — Конечно, там есть чёткое определение, кто может быть секундантом. А знаете, я посоветую вам обратиться к моему брату Василию, если возникнет необходимость в секундантах. Он учится на четвёртом курсе экономического факультета. Я предупрежу его, чтобы не удивлялся. Василий, кстати, умеет определять наличие разных артефактов в оружии.