Дипломатическая академия - Алексей Урусов

Оказалось, не поручит. Тяжело вздохнув, император продолжил: — Комплексный анализ твоей крови, выполненный лучшими специалистами на самом современном уровне, показал, что по крови ты Романов. Твой отец — наследник престола Владимир Николаевич Романов, мать — супруга наследника, София Павловна Романова, урождённая Раевская.

Я перевожу взгляд на наследника престола Владимира Николаевича. На его супругу, Софию Павловну, вжавшуюся в кресло и опустившую голову. На периферии зрения замечаю ошалевшее лицо цесаревича, смотрящего на меня — таким я Сашу ни разу не видел. Но даже подумать об этом не могу — есть более важные и сложные мысли, просто не помещающиеся в голове и требующие усилий всего мозга. Какая кровь? Моя кровь? Я же нулёвка! Какая может быть кровь? Не может быть в императорской семье такой крови! Кто они — и кто я?

Тишина — абсолютная. Все взгляды устремлены на меня.

Нужно отвечать. Мысли ещё не собрал. Да куда там; как фразы построить и слова подобрать? Но тягостное молчание, повисшее в воздухе, надо прерывать. И слов все ждут от меня. Начинаю говорить; слышу, что голос у меня немного просел и дрожит: — Мне кажется, точнее, я уверен, что на каком-то этапе исследований произошло недоразумение и что-то напутали. От осинки не родятся апельсинки. Я своё детство помню, с годовалого возраста я его провёл в монастыре и если бы был интересен родителям, меня бы нашли и забрали. В моей памяти сохранились примерные образы моих матери и отца. Расплывчатые, плохие, но сохранились. Я думаю, я бы своих родителей узнал. Здесь моих родителей нет и быть не может.

Казалось, тишина в зале была и до этого. Но теперь она стала звенящей.

Полминуты прошло не меньше. Император, прикусивший губу, наконец, негромко произносит: — Вон отсюда!

Это он мне? Я его расстроил? Мне, кому же ещё он так может сказать? Уходить нужно!!! Вскакиваю, с ужасом думаю, что стул сейчас упадёт, но успеваю его подхватить за подлокотник и отодвинуть.

— Приношу искренние извинения Вашим величествам и Вашим высочествам, если повёл себя невежливо или был груб. Это исключительно результат недостатка в образовании и воспитании. Я всецело предан стране и династии Романовых и искренне желаю процветания Отечеству и царствующему дому. Ещё раз приношу извинения!

Глубоко кланяюсь, разворачиваюсь и быстрым шагом направляюсь к двери; к ужасу понимаю, что не запомнил, в какую сторону она открывается. Но прежде чем я к ней подошёл, она открылась…

Цесаревич Александр утром порадовался, когда за завтраком дед сообщил, что сегодня состоится знакомство семьи с Андреем Первозвановым. Такие субботние посиделки за чаем со специально приглашённым гостем периодически практиковались: учёные, конструкторы, руководители предприятий и купцы, удостоенные беседы с императорской семьёй, рассказывали о своей работе и жизни.

С начала осени цесаревич шаг за шагом реализовывал собственный план. У него получилось познакомиться с Андреем. Оказалось, что он хороший парень и ему доверять можно. Не сразу, но Первозванов перестал дичиться Александра и в последнее время цесаревичу даже удалось добиться, чтобы Андрей обращался к нему на «ты». А под самый конец года Саша подключил к своему плану и сестёр — их поездка на «магическое шоу», красивая посуда, полученная в подарок от Андрея, наполнила Веру и Надежду впечатлениями, которыми они не преминули поделиться с родителями и дедушкой с бабушкой. А после Нового года — поход на «Щелкунчика», где Андрей был представлен очередным аристократам, в том числе и младшей ветви Романовых.

Когда выдался момент, Саша поделился фото крымского «Трёхбашенного замка», перешедшего к Первозванову от Радзивиллов. Особенно сестёр восхитили виды из «верхней» гостиной, откуда открывалась завораживающая картина на бухту. Надежда загорелась идеей побывать на закате в «Трёхбашенном замке» и даже высказала её родителям. Общее знакомство Андрея с императорской семьёй позволило бы расширить знакомство, перевести его в новое качество.

На сегодня с самого начала почему-то всё пошло не так. Для начала дед огорошил Сашу сообщением о каком-то брате-близнеце, погибшем на войне.

Услышав это, цесаревич подумал: — Какой близнец? Нет у меня никакого близнеца! И не было. Но не может же это быть шуткой. И по деду видно, что он не шутит.

Александр повернул голову на императора, скосил глаза на мать, сидевшую рядом. Она опустила голову и по её щекам двумя узкими ленточками текли слёзы. Чуть дальше находился отец. Его каменное лицо было безэмоциональным, а губы плотно стиснуты.

— Это что: правда? — с ужасом подумал Саша. — И как это может быть правдой⁈

Сидевшие напротив цесаревича сёстры Вера и Надежда в растерянности переводили взгляды с родителей на императора.

— И что сейчас Андрей думает? — озадачился Александр.

Взглянув на Первозванова, он увидел, что его друг находится в не меньшей прострации, чем он сам.

И если предыдущие слова императора поразили, то следующие фразы, которые он произнёс, казалось, качнули паркетный пол дворца под цесаревичем, как будто он стоял на палубе в шторм. Дед сказал: — Оказалось, не погиб… Андрей, ты выжил и можешь вернуться в свою семью.

Успокоив «качку» в мозгу, Саша еще раз прокрутил в голове слова, сказанные императором, сосредоточился, чтобы убедиться, что он их реально слышал. Он слегка ущипнул себя за руку: всё нормально, это не сон.

Ошалелые мысли галопом носились в его голове: — Как такое может быть? Я считал Андрея незаконнорожденным и пытался вычислить, кто его мама. А если он близнец и выжил, то слова «вернуться в семью» означают, что его признают Романовым? И мама у нас с ним одна?

Обдумывая слова деда, как и все присутствующие, Саша повернул голову в сторону Андрея и пристально посмотрел на него.

Было видно, что Андрей «под впечатлением» от услышанного: он сидел с широко раскрытыми от удивления глазами, застыв в той же позе, в какой сел на стул — прямой, как будто мачту проглотил; Первозванов в растерянности сжал пальцы в кулаки, сглотнув пару раз, и было видно, как его кадык дёрнулся вверх и вниз;