Фантастика 2026-149 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

Граната?

Олег Палий, с марта 22-го года офицер ВСУ в украинском националистическом батальоне «Нахтигаль», отпрыгнул в сторону. Понимая, что этого недостаточно, упал на живот, попытался вжаться в бетонный пол. Не застёгнутая ремнём каска при падении слетела с головы и покатилась, будто назло освобождая осколкам лёгкий доступ к мозгам. Изо рта помимо воли, отсчитывая, может быть последние секунды жизни, рвётся хрип:

– А-а-а!

Взрыва нет. Открыл левый глаз. Правый. Рядом с его раскинутым, беспомощным телом стоял Семибратов. Стоял и молча смотрел на него. Но даже не этому Олег удивился. Возле ноги проклятого пенсионера находилось непонятное существо, тоже пялившееся на Палия.

– Нечистый! – зашептал украинец совсем другим голосом, отличным от того, которым с Семибратовым «беседу» вёл. – Господи-и спаси и с-сохрани меня г-грешного! Г-господи…

– Это вряд ли. – Произнёс враг. – Таким как ты, господь не помогает. Как же я тебя сразу-то не вычислил. Постарел видать. Ладно, повезло тебе, некогда возиться. Финиш!

Выстрел в голову с близкого расстояния разнёс черепушку, забрызгав мозгами пол и одежду.

– Пошли Епифан. – Позвал Семибратов. – Вовремя ты,.. но нам ещё отбиться нужно.

– Х-х-озяин! Т-ты чего-о? Убей гада!

Не понял? Мертвец, кому секунды назад башку в хлам разнёс, живее всех живых оказался. На полу оставляя отброшенный автомат, распрямившейся пружиной подскочил на ноги и в проём окна не иначе как рыбкой, вперёд руками выпрыгнул.

Николай Николаевич глазом моргнуть не успел.

– Это как, так-то? – из себя выдавил.

– Прости хозяин! – просипел домовой. – Чернобожье отродье глаза тебе отвёл и на сознание морок кинул. Ты рядом стрельнул. Ладно, чего уж там! Ты лучше в соседнюю комнату глянь.

Выбравшись в коридор, буквально за соседней стенкой обнаружил два трупа. Пограничники. Дегтярь и… Фамилия второго, кажется Серенький. Ребят зарезали. На их лицах даже сейчас удивление сохранилось. У каждого всего одно ножевое ранение в грудь. Того, кто в личину гражданского кутался, они за своего принимали, а потому к себе подпустили, но рвать волосы и посыпать голову пеплом времени точно не было, в противоположном крыле дома шёл бой.

Семибратов по лестнице, в прежнее время имевшей предназначение «пожарной», на второй этаж поднялся, как раз в тот момент подоспел, когда защитники «островка безопасности» от распоясавшихся бандерлогов вплотную столкнулись с противником, прорвавшемся под самые стены, а через пролом в северной части стены внутрь проникли. При таком напоре, все излишние манёвры и передвижения внутри исключались, теперь каждый мог защищать только то место, которое ему определили. Пока жив, пластаться на нём, даже если ранен.

В бой вписался, подобно нырнувшему в ледяную купель человеку. Как раз вовремя успел. Неруси впереди атакующих пустили БТР, сверху для Семибратова был отличный сектор обстрела, и заблаговременно оставленный у окна гранатомёт пришёлся как нельзя лучше. Прицелился из него и выстрелил по железке на колёсах. Попал. Трудно не попасть было. Так полыхнуло, что рядом бегущих хохлов со всеми потрохами снесло. Добавил аргументов из автомата. Угол обстрела никакой, но двоих атакующих упокоил.

Из-за того, что высовываться из окна дело глупое, а под стенами суета происходит, до которой ему точно не дотянуться, поступил по-простому. Две «эфки» на боевой взвод поставил и одну за другой уронил наружу. После взрывов и суета кончилась.

Чувствительно получив по зубам, враг с потерями отошёл к посадке. Николай тыльной стороной кисти вытер пот со лба, выдохнул, словно со вздохом отпуская горячку боя. А ещё сильно хотелось есть. На обед у них было по четвертинке хлеба на брата, да по небольшому шматку сала. Ну и воды напились ещё. А с ужином, видать и вовсе не сложится. Смогут позволить себе лишь детей накормить. Почувствовал. В желудке, словно чёрная дыра образовалось и вытягивала все силы из тела.

Обернувшись, переглянулся с молодым, слегка заполошным срочником, с которым только что остановили атаку противника. Он со своим РПКа отлично поработал, несмотря на перевязанное грязными бинтами плечо. Видать достали ещё до его прихода. Уже и кровь запечься успела. Заметил, как у парня трясутся руки и нижняя губа с подбородком. Подумал:

«Молодец пацан! Малость адреналина глотнул, а в целом порядок».

Подмигнул.

– Как ты? – спросил, и попытался от пыли отряхнуть окончательно выпачканную рубаху.

– Н-нормально, – ответил тот.

Оба засмеялись.

– Присмотри тут. – Приказал Семибратов. – Пойду, гляну, как там у сержанта нашего дела.

Епифан из-за спины нарисовался. Сообщил:

– Нету твоего сержанта. Погиб.

– Да, чтоб тебя!..

Спустившись на первый этаж, неприглядную картину застал. Тут тебе и обрушения сверху и провалы в стенах были. Что-то дымилось и тлело, что-то «светило» проломами. Но это-то не беда! Беда была в другом. Людские стоны в наступившей после боя тишине, сами за себя могли слово сказать. Это было критично, но не настолько смертельно, как трупы тех, с кем делил тяготы и лишения походной жизни. Именно сейчас Николай Николаевич отчётливо осознал, что следующий штурм для выживших будет последним.

Краски неизбежной гибели тех людей, что доверились ему, сгущались всё больше и больше, а после, когда к украинским позициям подъехал целый танк, увы, но над ним развевалось далеко не белое полотно, и не выставлен плакат с надписью: «Сдавайтесь». Те самые краски сгустились до черной непроницаемой массы. По-видимому, гарнизон Семибратова до печёнок укров достал. Чёрное море они одними лопатами вырыли, а вот нахрапом взять старый корпус молокозавода не смогли.

После того, как танковый ствол повернулся в сторону корпусной развалины, Николай Николаевич спинным мозгом ощутил, что по боевому духу ещё живых людей рядом с ним находившихся, словно проехались катком. Услышал:

– Сейчас стрельнут!

К такому высказыванию из темноты голос Епифана добавился:

– Кажись кирдык нам, хозяин…

Глава двенадцатая

На марше, на последнем этапе перехода, двигались по варианту «двойной хвост». Впереди, передовым дозором Санта, Орех и Змеёныш, в замыкании – Цыган, Медоед и Пионер. Ядро команды посередине, движется колонной по двое в шахматном порядке друг от друга. Правая сторона колонны отвечает за правую сторону пути передвижения, левая, соответственно за левую. Если кто нападёт, двойки рассредоточатся, а потом, постепенно по дуге обход сделают. Окружат противника, мало не покажется.

– Старый, Санте. Ответь!

– Старый на связи.

– Вышли к окраине населённого пункта…

По теории разведку населенного пункта городского типа целесообразно вести разбившись на несколько групп, пары или тройки, но здесь, слава богу, даже не станица, как в донских степях, не посёлок городского типа, село, и всё же очень вероятно, что в нём присутствует противник. Значит, что? Следует обращать внимание на кусты, отдельные строения, глубокие канавы, овраги