Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

аристократы и крупные чиновники запирались в особняках негоциантов, куда входили по приглашениям и где чужому не дали бы даже постоять у ворот. Зато у «Журавлей» была слава особого сорта: сюда шли играть всерьёз, без церемоний, рекомендательных записок и любопытных глаз. Дом держался на одном-единственном правиле, и знал его весь понимающий Пекин: здесь не задают вопросов, если у гостя при себе достаточно звенит, а кто — он и откуда… плевать.

И сегодня перед красными фонарями «Журавлей» остановился молодой человек в соломенной шляпе. Постоял. Поправил шляпу. Оглядел дом снизу доверху и по углам, запоминая планировку, мало ли придётся уходить не через дверь ещё и срочно. После чего тронул кошелёк за поясом, тот был солидным, набитым, и толкнул дверь.

Конечно это был юный Северов. Он не был фанатом азартных игр, но мог, порой, перекинуться в картишки на баблишко. Последнее никогда не ставил, не лез в долги и не сох над проигрышем: проиграл — встал, расплатился, ушёл, записав вечер в расходы. А когда выигрывал — не терял голову. В картах он любил совсем не деньги, а само действо что происходит за хорошим столом, когда играешь не против удачи, а против людей. Напряжение ума, читка чужих лиц, подсчёт вероятностей, прятки собственных эмоций. По сути, это война, только за карточным столом. Настольная битва!

Он отворил дверь и прошёл внутрь. Тут же на него зыркнули пара отборных китайцев с широченными шеями и крепкими мускулами. Охрана. Осмотрели гостя, считали его ауру безобидного неофита и продолжили болтовню, больше не обращая никакого внимания.

А внутри накурено хоть тапки вешай! Китайцы дудели в трубки, дымили благовония, а как веяло потом! Проветривание? Что это такое? Что-то для слабых! А ещё пахло бухлишком и деньгами, о, этот запах не спутать ни с чем. Юноша втянул ноздрями весь этот коктейль и понял — местечко, что надо, он и сам чуток вспотел после той китаянки, так что вполне себе вписывается в здешнюю атмосферку, так сказать.

Зал первого этажа был залит ровным светом. Тут располагался бар, туалетные комнаты, а далее сектора с разными играми. В одном секторе играли в мацзян, болтали негромко, ибо мацзян болтовни не терпит. В другом в кости, вот тут было шумно, ставки взлетали, и четверо китайцев в роскошных халатах нависали над глиняной чашкой, не дыша. В остальных секторах играли в «Тринадцать Журавлей» — местную карточную игру: тринадцать карт на руки, комбинации, три круга ставок и три круга нервов. Игра на память, наблюдательность и выдержку, иными словами на всё то, чего у простых костей не спросишь.

У отдельной стойки в отдалении, где была лестница на второй этаж, над книгой учёта стоял хозяин. Господину Лю Бо было шестьдесят с небольшим. Короткая седая бородка, усы в две ниточки, неброский серый халат с маленьким вышитым журавлём на груди. Лет тридцать назад, поговаривали, он был практиком средней секты, подавал надежды, а потом в одночасье завязал и открыл этот дом, что стал ему сектой, семьёй и смыслом всей жизни. За тридцать лет господин Лю выработал в себе одно безошибочное искусство: оценивать входящего за то время, пока тот делает три шага от двери.

И вот, его новый оцениваемый — юноша в черном халате и соломенной шляпе. Шаг первый сказал хозяину: иностранец, простолюдин. Соломенная шляпа, подвёрнутые рукава, тапки… батюшки, на верёвочной подошве. Шаг второй добавил красок: молод, хм, а ещё — хорош собой до неприличия и слегка под хмельком, вон бледные щёки тронуты красным, в плечах ленив, видимо, продолжает кутить. Лю Бо нахмурился: так-то вообще не его публика, забрёл на фонари небось, сейчас спросит, где тут кости, проиграет несчастных пять таэлей и будет петь. Однако, после третьего шага Лю задумался, что паренёк как-то по-особенному себя ведёт, слишком спокоен для пацана, может чей сынок? Бывают и такие здесь, вот только от них потом куча проблем. Иль может, практик какой? Из средненькой секты? Лю Бо почуял ауру, а, не, просто неофит. Значит, и правда, бродяга. Для секты слабоват, для сынка богачей тоже — те обычно если так слабы, то с охраной, а этот гол как сокол, ещё и в таких дешёвых тапочках.

А паренёк как раз подошёл к его стойке и положил увесистый кошель, да такой, что у Лю распахнулись глаза! СКОЛЬКО Ж ТАМ ДЕНЬЖАТ⁈

Он перевёл взгляд на мальца, тот довольно улыбался.

Аристократ! СТО ПРОЦЕНТОВ!

Кожа бледная! А что за игривый манерный взгляд!

Лю улыбнулся, сложив обе руки в льстивом жесте:

— Господин, желаете присоединиться к игре?

— Желаю, почтенный. — ответил юноша прекрасным мелодичным голосом, ну точно аристократ! Никаких ошибок! — Если найдётся место за картами. Кости и мацзян не по мне, предпочитаю перекинуться в картишки.

Хозяин кивнул. Малец точно иностранец, но он хоть знает игру Тринадцать Журавлей? Впрочем, это уже не проблемы Лю. Обычно юнцы играли только в кости, ещё и под хорошее вино, а этот в карты. Напился и поверил в себя! Эх, молодёжь! Даже завидно наивности этого мальчишки!

— Как раз-таки есть место за одним столом, — улыбнулся Лю Бо. — Шестеро, ждут седьмого. По поводу обслуги, первый чайник — за счёт дома. Ставки средние: от пяти таэлей до пятисот за круг, финальный круг — без потолка. Устроит?

— Устроит.

Лю Бо улыбнулся:

— В таком случае, — и показал пальцем одной из официанток, — прошу за Сяо Ин, она проводит Вас.

Та подошла, серый халат, белый фартук, скромная коса через плечо, сама милая, губки выразительные, глазки игривые, лет двадцать пять, самый сок, поклонилась:

— Добро пожаловать, господин.

— Благодарю, — юноша кивнул, после чего забрал кошелёк со стойки, ведь в домах такого пошиба серебро хозяину не сдают, тут каждый сам себе казна и сам себе стража, так что, предъявив наличие денег и заполучив тем самым место за столом, привязал кошель к поясу и двинулся за обслугой через зал.

У стола с мацзяном купец впечатал плитку в столешницу, торжествуя:

— Дракон Востока, ха! — объявил он так, будто породил того лично!

— Везёт же, старый чёрт! Третий раз за вечер!

За костями вопили ещё громче.

— Восемь и пять! Тринадцать! — взревел метавший. — Везёт мне ха-ха!

— Только не зарывайся, Чэнь, игра ещё идёт!

— А то! Сейчас ещё больше серебра подниму, ха-ха!

Народ захохотал, настроению у всех навеселе.

Сяо Ин довела Александра к нужному столику,