Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

которые пока не складывались ни во что, но в этой игре и мусор — материал, ведь его меняют. Иными словами, старт есть, главное — поглядеть, кто как ставит. Ставки будут идти тремя кругами, а между ними сменят до трёх карт. Первый круг обычно говорит, насколько игрок верит в то, что пришло. Второй, после обмена, насколько он улучшил свою позицию. Третий, перед вскрытием, был кругом воли: тут блефовали пустые и спокойно докладывали серебро те, у кого сложилось. Правило простое и безжалостное: или равняй банк, или поднимай, или бросай карты. Поставить меньше нельзя.

— Пять таэлей, — юный Северов двинул монеты к центру.

Одни за столом решили, что ему не пришло, другие заподозрили, что малец прячется.

— Десять, — отозвался Чжоу Кан, подняв ставку.

— Равняю, десять, — Ван Цзи добавил свои.

— Пятнадцать, — Гэ Лун положил монеты с улыбкой, небось пришло что-то приятное.

— Равняю, — двинул монеты чиновник Линь Дао.

— Двадцать, — произнесла уверенно госпожа Юй из-под шарфа.

Стол на миг притих. Двадцать таэлей в первом же круге — это уже не ставка, а заявление, дескать вам всем конец, либо желание сразу выдавить из игры всех нерешительных.

— Равняю двадцать, — тихо отозвалась госпожа Сянь.

Круг вернулся к юному Северову. По правилам ему необходимо было сравнять ставку до двадцати или сбрасывать. Он спокойно двинул монет для уравнивания потолка. Чжоу Кан тоже, Ван Цзи также, только поморщившись, Гэ Лун и Линь Дао — тоже. В центре стола образовалась неплохая горка серебра.

— Сброс и обмен, — объявила раздающая.

Александр сбросил три бесполезные карты, оставив Облако Луны, тройку Драконов и обоих Журавлей. Взял три новые. Вложил в веер. Раскрыл заново. Во, уже лучше. Третий Серебряный Журавль. Тройка одной масти — одна из сильнейших средних комбинаций игры. А вторая пришедшая — Нефритовый Дракон, который вместе с тремя Угольными и Облаком-джокером собирался в Четвёрку Драконов. Две сильные комбинации разом. Третья карта — мусор, но она уже была не нужна.

«Та-ак, — мысленно улыбнулся он с удовольствием. — Это уже разговор».

Внешне же не улыбался. Отпил жасминового, поставил чашку и стал ждать второго круга.

— Второй круг, господин Сань Сан, Ваш ход, — объявила раздающая.

Тот двинул к центру стола новый минимум:

— Двадцать.

А ведь мог и повысить ставку, с такими-то картами, но нечего их пугать, пусть думают: средняя рука, ничего особенного.

— Тридцать, — купец Чжоу Кан газанул.

Ван Цзи недовольно вздохнул и уравнял.

Линь Дао, немного подумав, молча отправил тридцать монет.

Гэ Лун уверенно двинул к центру полсотни и произнёс:

— Какой хороший вечер.

Госпожа Юй медлила, то ли делала вид, что медлит.

— Пятьдесят, — и двинула свою стопку.

— Пас, — младшая госпожа Сянь сбросила.

Теперь, дабы закончить круг, необходимо было снова либо уравнять свои ставки к пятидесяти, либо сбросить. Купец Чжоу Кан подумал, добавил двадцать. Линь Дао вздохнул и спасовал. Ван Цзи мучился дольше всех и всё-таки сбросил.

Александр доложил тридцать монет. Поднимать было нельзя: вскинь он сейчас ставку, остальные учуяли бы силу и ушли, а ему нужно было обратное, чтобы они остались и кормили банк.

— Равняю, — сказал он спокойно.

Теперь в центре столика была внушительная сумма, за которую поборются четверо: он, Чжоу Кан, Гэ Лун и госпожа Юй.

— Финальный круг, — объявила раздающая. — Ставки открытые.

Здесь поднимали без потолка, и каждый по кругу либо равнял, либо скидывал. Круг блефа, проверки и нервов.

Александр двинул монеты:

— Сто.

Вот он момент, когда нужно делать деньги.

Остальные сразу крепко задумались, что же у него? Настолько хорошие карты или же это хороший блеф. Чжоу Кан поморщился, посчитал что-то в уме, а затем вдруг произнёс:

— Поднимаю до ста пятидесяти. — и двинул монеты.

Гэ Лун, не моргнув, двинул крупную стопку:

— Двести. — он явно не собирался уступать, ни мальчишке, ни купцу.

И тогда из-под шарфа прозвучало ровное:

— Триста.

Стол замер.

Она нормальная⁈

Это же всего лишь финал первого раунда! А уже триста⁈ Да это как ударить кулаком по столу!

Чжоу Кан с тяжёлым вздохом сложил карты.

— Пас. Не хочу гореть в первом же раунде.

Гэ Лун думал долго, очень долго, его разрывало изнутри две тяги: жадность и дедовская осторожность. И все ж азарт сделал своё.

— Равняю, триста.

И все взглянули на юношу, ибо теперь ему необходимо было сравнять либо сбросить.

«Тройка Журавлей и Четвёрка Драконов через джокер, — раскладывал он в голове. — Сильная позиция. У деда Гэ Луна либо тройка масти или две пары, точно слабее моих Журавлей. У госпожи Юй — загадка. Если у неё две особые плюс джокер, может выйти Пятёрка Облаков, и она бьёт моих Драконов. Но шанс на это слабый. Вывод: почти наверняка беру банк. Сто процентных гарантий нет. Ну, это игра. Тут всё может быть.»

— Поднимаю до пятисот.

Снова тишина.

Купец Чжоу Кан присвистнул. Молоденькая официантка, проносившая поднос мимо, на секунду споткнулась взглядом о банк и пошла дальше с круглыми глазами.

— Молодой человек, — Гэ Лун покачал головой. — А Вы рисковый, однако.

— На то и игра, господин Гэ.

— Игра, да… равняю, — выдохнул дед и доложил двести.

Госпожа Юй сидела неподвижно некоторое время, затем сухо произнесла:

— Равняю, — и положила свои две сотни.

В центре громоздилась гора серебра. Самый крупный банк за вечер.

— Вскрывайтесь, — сказала раздающая.

Юный Северов не стал тянуть интригу и положил свои тринадцать карт на стол, открытыми.

— Тройка Журавлей и Четвёрка Драконов через Облако, — бесстрастно прочла раздающая. — сильная двойная комбинация.

Дед Гэ Лун перевернул свои с досадой.

— От оно как…

— Пятёрка Облаков через два джокера, — объявила раздающая. — Сильно. Но Дракон бьёт Облако, и четвёрка против тройки тоже играет.

— А я был уверен, что взял банк, — покачал головой старик. — Не ждал, удивили так удивили, молодой человек.

— Просто повезло, господин Гэ. — отозвался мальчишка.

— Конечно-конечно. — улыбнулся тот.

Очередь дошла до госпожи Юй, но по её фырканью итак было всё понятно, она церемонно перевернула карты.

— Тройка Золотых Журавлей, — озвучила комбинацию раздающая. — Хорошая средняя. Но слабее обеих предъявленных.

Госпожа Юй хмыкнула.

— Поздравляю, господин Сань Сан.

Тот почтительно поклонился ей.

— Благодарю,