Пустая. Корона огня и пепла - Мира Салье

class="p1">Кэллам не мог поверить, что эта женщина была его женой. Ему хотелось каждый день доказывать свои чувства, любить ее еще больше… Он бы все отдал ради шанса всегда быть с любимой и точно не стал бы лишать ее права выбора. А возможно, он всего-навсего поступал как эгоист, потому что желал будущего с Деллой и не собирался ее отговаривать.

Он не должен хотеть этого, не должен позволять ей это делать.

Она – его погибель. Она же – его спасение.

Она украла его душу и сердце. И Кэл знал, что если когда-нибудь воспользуется силой отца и потеряет свободу, то только ради нее.

Вот почему он позволит Делле сделать такой выбор. Гребаный эгоист… Но ему было плевать.

– Я хочу этого больше всего на свете, но ты должна понимать, от чего именно отказываешься.

Кэл смотрел и видел решимость у нее на лице, улавливал поток смешанных чувств, в которых преобладало лишь одно.

Надежда.

– Я ни от чего не отказываюсь, – тихо ответила Делла. – Я выбираю все. Мой мир был пустым без тебя. Неважно как, неважно где, главное, рядом с тобой. Ты весь мой мир, Кэл.

– А ты мой, – ласково прошептал он, нежно касаясь ее лица и линии челюсти. – С первой нашей встречи одной только мысли о тебе было достаточно, чтобы свести меня с ума. Не говоря уже о твоих прикосновениях, запахе, вкусе… Отсутствие этого попросту уничтожит меня. Но я хочу, чтобы ты была рядом не потому, что у меня есть острая потребность в тебе, а потому что я люблю тебя, Делла Дас'Вэлоу.

Она судорожно выдохнула. И еще раз. Потом медленно расплылась в мягкой улыбке, и Кэл потянулся к ее губам.

– И я люблю тебя, мой повелитель преисподней.

Он никогда не предполагал, что сердце способно так учащенно биться, что всего от трех слов оно способно замирать, а затем колотиться так же гулко, как раскаты грома повелителя небес. Кэл не мог думать, лишь чувствовал на лице теплое дыхание Деллы, ее едва ощутимое прикосновение губ.

Когда он уже собрался поцеловать свою жену, за их спинами раздались медленные хлопки.

– Как трогательно, – протянул следом голос.

Кэллам резко обернулся.

Эмилиан стоял в нескольких шагах от них, прислонившись к стене пещеры, – само воплощение высокомерия и жестокости. Его глаза были налиты кровью, а улыбка казалась острой, как архангельский клинок, отчего внутри Кэла все стянуло узлом. Эмиля всегда волновало только то, как получить желаемое, а желал он единственное оружие, способное убить принца ада, и жену своего близнеца.

Кэлу хватило пары секунд, чтобы принять решение. В тот же миг он очутился напротив брата и вонзил по самую рукоять клинок Дьявола в грудь мерзавца, прямо в его гнилое сердце. Оскалившись, Кэллам провернул лезвие, и глаза Эмилиана расширились. Он медленно завалился на бок, несколько раз дернулся, захлебываясь кровью, а потом обмяк.

Кэл знал, что он не совсем мертв. Клинок не дарует высшим существам подлинную смерть, лишь погружает их в длительный сон. По-настоящему убить перворожденного архангела можно, смочив лезвие в единой крови ангела и демона. В крови Деллы.

Он оттолкнул «мертвое» тело брата и взглянул в его остекленевшие глаза, в которых что-то изменилось.

Делла уставилась на него с неприкрытым ужасом. Кэл подумал, что она захочет вытащить клинок, чтобы окропить лезвие своей кровью, и снова воткнуть его в сердце мерзавца. Но вместо этого она зажала рот рукой, словно пыталась сдержать крик.

По его жилам растекалось предчувствие беды, остужая неудержимый гнев. Тело Кэллама напряглось, а пальцы медленно сжались в кулаки.

В тот миг он все понял.

Прикрыл веки, заставляя себя дышать и очистить разум, а затем снова посмотрел на тело Эмилиана.

Только не это.

Проклятье, нет.

Кэл отшатнулся, уставившись на свои ладони, словно они ему не принадлежали. Он задрожал всем телом от осознания того, что сотворил. Разве такое могло случиться на самом деле? Но при виде боли и ужаса на лице Деллы он понял, что это вовсе не иллюзия.

Иллюзия была мгновением ранее – сотворена оружием родного папочки, клинком, который не желал быть в чужих руках и продолжал защищаться.

Кэл смотрел на золотую рукоять, торчащую из груди бездыханного Алина.

Он убил лучшего друга.

Своего настоящего брата.

35

Я дважды умирал. Дважды перерождался в демона преисподней. Но лишь во второй раз я захотел умереть по-настоящему, и это привело меня в долину Воздаяния, к пророчеству, высеченному на кровавых менгирах…

Дневник неизвестного. Том второй. Вырванные страницы

Делла

– Нет! – закричал Кэллам. Он лихорадочно осматривался по сторонам, будто надеялся, что мертвое тело названого брата было не более чем иллюзией.

Делла старалась не поддаваться ужасу, распространявшемуся внутри нее. Она не знала точно, что именно увидел ее муж перед тем, как вонзить клинок в Алина, но догадывалась.

Кэлу померещился Эмилиан. Дьявольское оружие сыграло с его разумом так же, как тогда с ней. Однако в этот раз она не находилась под покровом иллюзии и видела ринальского генерала, который показался в гроте, подняв руки, словно давал понять, что реален. Хотя изначально она тоже приняла его за очередной плод воображения.

Как такое могло случиться? Неужели Алин пошел следом за ними? Решил помочь? Наверное, его риньяр подсказал, куда они направились. Да и эти места он знал не хуже, чем его друзья.

– Нет! Нет! – Кэл упал на колени перед телом названого брата, на губах которого пузырилась кровь, а затем схватился за голову и дернул себя за волосы. – Тебя не должно быть здесь! Это не ты!

Кэллам притянул его к своей груди и на миг стиснул в объятиях, потом повернулся и с надеждой посмотрел на Деллу. Но она лишь поджала губы и покачала головой, чувствуя, как горячие слезы обжигают кожу. Без ее крови клинок перворожденного архангела не мог по-настоящему убить Эмилиана, но Алин был обычным ринальцем.

– Брат мой, – прошептал Кэл, и его лицо исказилось в муке.

Делла не могла вдохнуть.

Алин был слишком важным, слишком хорошим, чтобы уйти…

Удерживая его тело на коленях, Кэллам трясущейся рукой прикрыл веки на остекленевших глазах.

– Я все исправлю, друг. Я гребаный повелитель преисподней!

Он обхватил золотую рукоять и осторожно вытащил клинок. Из пробитой груди генерала сочилась темная густая кровь.

Кэл несколько раз вдохнул, чтобы взять себя в руки, и накрыл ладонью его рану. Пространство тут же наполнилось могучей первозданной силой,