Пустая. Корона огня и пепла - Мира Салье

– Ты не должен брать на себя ответственность за действия этого психа, – прошептала она рядом с губами, убрав с его вспотевшего лба влажные пряди волос. На ее красивом лице отражалось беспокойство.

– Должен, Делла. Еще как должен. Он ведь мой брат. – Он поцеловал кончики ее пальцев и отстранился.

Лунный свет бил в лицо, пока Кэллам медленно крутился на месте, изучая окрестности. Их окружали привычные деревья, хорошо знакомые скалы и неровная лесная почва.

– Я думала, Эмиль больше похож на своего приемного отца. – Делла сделала паузу и заглянула ему в глаза, словно пыталась найти в них ответ. – Но, если честно, Корнель, или Элиан… он не показался мне таким, как о нем все говорят. Или мне просто хочется в это верить.

Ее слова врезались в него.

Отец… Элиан Дас'Вэлоу – последний законный король Риналии, которого они с Эмилем более двух столетий считали родным отцом. К тому времени, когда он исчез, ему было без малого восемьсот лет, и большую часть этой жизни он носил корону Риналии. Ходили слухи, что он собственноручно устранил отца, чтобы рано занять трон. Правда это или нет, они с братом не знали. Элиан Дас'Вэлоу не любил лишних вопросов, как и неповиновение. Поэтому несколько веков Кэл старался играть роль примерного сына, преклонять колени и подчиняться. Но и это удавалось далеко не всегда.

– Мне сложно ответить на твой вопрос, Делла. Я знал холодного и жестокого правителя, который особо не отличался от прежних королей Риналии. Он правил и жил согласно традициям, чему учил и нас. В каком-то смысле Элиан Дас'Вэлоу сделал меня похожим на себя: он научил создавать множество масок и прятать все свои чувства за ними, показал, как действовать стратегически и жестоко расправляться с врагами. Поэтому я в таком же замешательстве, как и ты.

Вероятно, если представится шанс, он выслушает историю приемного отца и узнает, чем или кем были вызваны такие перемены. Кэл и сам убил больше, чем мог сосчитать. Кровь врагов и соплеменников, запятнавшую руки и душу, ему никогда не отмыть. Но однажды он выбрал иной путь. Не исключено, что после смерти Элиан Дас'Вэлоу принял схожее решение.

– Так куда мы идем? – спросила Делла.

Ее взгляд задержался на скале, с которой она совсем недавно совершила прыжок, а затем посмотрела на логово риньяров, куда эта сумасшедшая женщина вошла в одиночестве. На лице у нее появилась знакомая маска хладнокровия.

Место, где она похоронила свои страхи.

– В пещерах, где я прятался в детстве, есть один беспросветный грот. Его почему-то всегда обходили стороной ринальские светлячки. Каждый раз, когда я его исследовал, Гэврил скалился и рычал, словно просил покинуть проклятое место. И я чувствовал его злость и тревогу.

Внезапный хруст ветвей позади заставил его замолчать.

Будто почуяв их присутствие, Ами и Гэврил опустились на землю. Они пронзительно кричали и взмахивали крыльями, радуясь хозяевам.

Он сдержал обещание: немедленно освободил риньяров из клеток и отправил в Риналию. К его удивлению, Эмилиан не возражал и даже не пытался помешать. Видимо, к тому моменту брат всего-навсего потерял интерес к ринальским зверушкам и сосредоточился на главной цели – браке с Деллой.

Кэлу было адски больно вспоминать о том, что пережил Гэврил. Этот зверь – его друг, частичка его души. И то, как в аду риньяр смотрел на него огромными красными глазами, словно понимая, что больше не нужен хозяину, вонзало клинок вины в самое сердце.

– Привет, милая. – Делла погладила Ами, и та издала сдавленный крик.

Кэллам же приблизился к Гэврилу и прижался к его лбу своим.

– Прости меня, – беззвучно прошептал он, и урчание питомца отозвалось в каждой клеточке его тела. Кэл погладил его по макушке, и Гэврил, немного отстранившись, пристально посмотрел на хозяина, а потом шершавым языком лизнул его руку в знак примирения.

Рядом опустились еще два риньяра – Дамиан и Лая. Они озирались по сторонам и шевелили носами, обнюхивая собравшихся, в поисках Рии и Алина. Питомцы, подобно хозяевам, были неразлучны и всегда держались вместе.

– Они в замке, – сказал Кэл, и риньяры тут же вспорхнули в небо. Гэврил боднул его лбом, привлекая к себе внимание. – В Риналии сейчас небезопасно. Будьте осторожны. Мы кое-что сделаем и сразу вернемся.

Риньяр в ответ оскалился и издал протестующий звук.

Кэллам улыбнулся.

– Нет, со мной нельзя. Это опасно.

Гэврил дернулся и клацнул на него зубами, словно показывая, кто здесь альфа-самец.

Упрямый зверь.

– Знаю, что ты хочешь помочь. Но теперь тебе нужно заботиться о семье. – Кэл кивнул на Ами и малыша, которого та носила под сердцем.

Делла, поглаживая питомца по мордочке, вдруг поджала губы и прищурилась.

– Ты будто понимаешь их язык. Я так не умею. Просто чувствую эмоции.

– Я тоже. Со временем ты начнешь лучше понимать своего риньяра.

– Ты когда-нибудь признаешься? – спросила Делла и направилась к нему с алчным блеском в глазах.

От ее взгляда по его телу разлился жар. В паху появилась знакомая сладостная боль. Кэл смотрел на ее обтягивающие кожаные брюки, на еще более откровенный топ и на то, как по ее груди соблазнительно стекали капельки испарины.

– В чем?

– Что умеешь считывать не только эмоции, но и мысли.

Кэллам ничего не ответил.

Она приближалась, пока их лица не оказались в сантиметре друг от друга.

– Кэл?

– Делла. – Он наклонился, и его теплое дыхание опалило ее щеку.

– Ответь на вопрос.

– Моя маленькая мышка, мне не нужно читать мысли, чтобы знать, о чем ты думаешь. – Он обнял ее за талию и прильнул к ее губам, жадно прикусив.

Делла в притворном раздражении оттолкнула его.

– Ты невыносим.

Кэл усмехнулся. Он слышал, как быстро забилось ее сердце и перехватило дыхание от одного лишь касания.

Его маленькая мышка. Такая упрямая, дерзкая. И уже не такая хрупкая.

Даже находясь вдали от нее, он всегда чувствовал ее нежную кожу под пальцами рук и ее запах.

Гребаный запах.

Этот сладкий и порочный аромат ванили и мускуса преследовал его повсюду. Он просочился под кожу и добрался до самых костей. Мысли о ней, как и желание, подобно кровавой магии, текли по жилам и вгрызались в каждую клеточку тела.

Риньяры расправили крылья и громко захлопали ими.

В тот миг все теплые чувства улетучились. Его улыбка померкла, и Кэл с мрачным лицом сказал:

– Надо идти дальше.

Ами потерлась мордой о голову хозяйки, негромко заскулив. Делла посмотрела на пещеры, а потом на питомца.

– Береги ее, – обратилась она к Гэврилу, и тот