Чун Цзы. Книга 2 - Шу Кэ

В поисках глаз

В наступающих сумерках зал был холодным и пустым. По обыкновению, в нем не горело ни одной лампы. Угасшая лотосовая сутра охранял зал снаружи. Увидев Ван Юэ, он поклонился, приветствуя владыку, и поспешил уйти. Повелитель демонов зашел в зал. Чун Цзы сжалась на хрустальном ложе, задумчиво глядя в темноту. Ее длинные густые ресницы не шевелились, глаза были пусты. Казалось, она смотрит на что-то близкое и что-то далекое одновременно. Длинные красные волосы оттеняли белое лицо, прекрасное в своей скорби.

Она была будущим демонического дворца, надеждой всего мира демонов. Ее судьба предопределена. Но несмотря на все испытания, которые ей пришлось пережить, сердце осталось неизменным. С того самого момента, как Ван Юэ увидел ее, он понял, что эта девушка не принадлежит ни миру демонов, ни миру бессмертных.

Он перестал быть сторонним наблюдателем и превратился в действующего персонажа. Если бы он не знал, как она важна для мира демонов, возможно, возможно…

Нет, никаких «возможно».

Ван Юэ вздохнул с сожалением, что было совсем ему не свойственно.

Наклонившись, он легко поднял ее на руки, словно ребенка.

– Что? Размякла?

Чун Цзы сначала не поняла, но быстро пришла в себя и, хмыкнув, ответила:

– Всегда трогает, когда кто-то умирает за меня.

– Еще не готова отдаться мне?

– Я всего лишь меч, если владыка желает, то может взять.

Ледяные губы коснулись ее щеки. Это было странное, зловещее ощущение. Темная аура, пронизанная соблазном.

Чун Цзы изумленно посмотрела на него, не зная, как реагировать.

Девушка не из демонического народа получила от повелителя настоящий поцелуй.

– Хм, – протянул Ван Юэ. – Если сможешь увидеть мои глаза, обещаю, я извлеку из твоего тела меч Ни Луня и исцелю тебя. – Протянув руку, он с полуулыбкой коснулся ее лица. – Я не шучу.

Чун Цзы долго смотрела на него, а затем произнесла:

– Не стоит.

Ван Юэ не стал ее уговаривать.

– Если устала, ложись спать.

– Сегодня я не смогу уснуть в твоих объятиях.

– Боишься меня?

– Боюсь. – Чун Цзы снова посмотрела на него, медленно проговаривая: – Все здесь тебя боятся.

Зима незаметно сменилась весной. Для тех, кто хочет спастись, время всегда летит слишком быстро, а для тех, кто хочет все закончить, – тянется бесконечно долго.

Когда Угасшая лотосовая сутра вошел в зал, Чун Цзы дремала на руках Ван Юэ.

– Ло Иньфань пришел увидеть повелительницу.

– Моя повелительница, этот человек снова здесь. Хочешь, чтобы я прогнал его? – вздохнул Ван Юэ.

Полгода почтенный Чунхуа ждал в окрестностях города Отраженной луны, но Чун Цзы, естественно, не собиралась туда возвращаться. Все это время воины-демоны, патрулирующие район, дрожали от страха. Кому-то не повезло, и они попали в лапы бессмертного, но в этот раз, на их счастье, он проявил благосклонность и всех отпустил, каждому приказав вернуться и доложить о его местонахождении.

– Он думает, что может видеться со мной, когда ему вздумается? – Чун Цзы приоткрыла глаза и с легким недовольством произнесла: – Слова почтенного из мира бессмертных ты воспринимаешь как приказ своего владыки?

Угасшая лотосовая сутра поспешил ответить:

– Я бы не посмел, но в этот раз он схватил Демона желаний.

– Демон желаний больше не страж демонического дворца, – удивилась Чун Цзы. – Он может убить его, если захочет. Какое мне до этого дело?

Получив ответ, Угасшая лотосовая сутра тут же поддакнул:

– Вы правы. Демон желаний самовольно покинул дворец, не оправдал доверие владыки, который многие годы растил его. Он давно заслужил смерть. Я пошлю воинов передать ваш отказ.

Чун Цзы подняла руку.

– У меня уже есть план, тебе не стоит вмешиваться.

Угасшая лотосовая сутра поклонился и вышел.

– Повелительница все еще хочет увидеться с ним? – спросил Ван Юэ.

– Ты слишком уверен в своих словах.

Ван Юэ улыбнулся.

– Демоница грез сказала, что ваши отношения немного туманны.

Чун Цзы выпрямилась.

– Ты веришь ей или мне?

– Ей. – Ван Юэ погладил Чун Цзы по щеке. – Но, к сожалению, ты демон и не можешь предать Владыку демонов, а Ло Иньфань бессмертный, который никогда не сможет быть с тобой. Тебе его не получить.

– Незачем напоминать об этом.

– Иди.

Снег давно растаял. Пейзажи в окрестностях города Отраженной луны преобразились. Склоны горы были покрыты сочной зеленью.

Белая одежда подчеркивала его холодность. Бессмерт-ный стоял в той же позе, что и в прошлый раз. Казалось, он не сдвинулся с места с тех самых пор. Прошла зима, растаял снег, а мужчина продолжал стоять.

Демон желаний рухнул на землю. Его глаза были закрыты.

Чун Цзы примчалась, оседлав ветер, и плавно приземлилась неподалеку. Прядь ее длинных волос упала на лицо, и она обольстительно откинула ее хрупкими пальцами.

– Ты искал меня? – В словах послышалась двусмысленность.

К ее удивлению, Ло Иньфань не смутился и не рассердился, а лишь повернулся и посмотрел на нее черными как смоль глазами. Они были такими глубокими, казалось, он хотел поглотить ее целиком.

Демон желаний поднялся с земли и, не сказав ни слова благодарности, развернулся, чтобы уйти.

Чун Цзы перехватила его.

– Он убил Темного нарцисса. Разве ты не хочешь отомстить?

Они не виделись несколько лет. Теперь его призрачное лицо уже не выглядело столь же свирепым, как прежде.

– Это был ее выбор, – спокойно произнес Демон желаний. – За что мне мстить и кому?

– Тем не менее я пришла, чтобы спасти тебя, ты не можешь так просто уйти. Владыка сомневается во мне, считает, что наша с почтенным связь слишком туманна. Если уйдешь, оставишь женщину наедине с мужчиной. Это может породить сплетни. Даже если правда на моей стороне, мне будет сложно это доказать.

Демон желаний открыл рот, не зная, смеяться ему или плакать.

Ло Иньфань побледнел, но промолчал.

Демон желаний посмотрел на него, затем перевел взгляд на Чун Цзы и усмехнулся.

– Ты не Шуйсянь.

– Я – она. – Чун Цзы увидела, как застыло прекрасное лицо, и язвительно усмехнулась. – Если я так скажу, ты поверишь? Все знают, что он мечтает убить меня. Убить это «злое существо».

– Чун-эр!

Какой знакомый тон: нотка упрека, нотка бессилия. Даже если она умрет тысячи раз, превратится в пепел, сгниет в земле, все равно будет помнить его.

Чун Цзы какое-то время молча смотрела на бессмертного, а затем спросила:

– Ты вспомнил?

Ло Иньфань промолчал.

«Это признание? Снова чувство вины?»

Чун Цзы это показалось еще более забавным. Назвать его бесчувственным? Даже зная, что ничего уже не вернуть, он все равно пытается спасти ее. Назвать его чутким? Его слова и поступки всегда предельно беспощадны