Я не злая, я просто тут случайно. Или некромантка по ошибке - Анастасия Понамарёва

Я чуть замедлила шаг, стараясь не смотреть на него слишком пристально. Я собиралась просто пройти мимо, как будто он был обычным преподавателем, которого я случайно встретила в коридоре. Как будто моё сердце не колотилось где-то в горле.

Я опустила глаза и сделала вид, что разглядываю свои сапоги.

Шашлык замедлился рядом со мной. Я не смотрела на него, но чувствовала, как он напрягся. Его уши насторожились, но он не рычал. Он ждал. Он чувствовал, что что-то не так, но пока не видел угрозы.

Теон поравнялся со мной.

И остановился.

Я замерла. Шашлык остановился рядом, и я почувствовала, как его шерсть слегка встала дыбом. Он готовился защищать меня.

Я медленно подняла глаза.

Теон смотрел на меня. Его лицо было спокойным, почти дружелюбным. Он улыбался — лёгкой, вежливой улыбкой, которая не касалась глаз. Как у человека, который привык скрывать свои истинные мысли за маской доброжелательности.

— Елена Амурская, — сказал он.

Его голос был ровным, без угрозы. Только лёгкая насмешка. Тот самый тон, который я слышала в библиотеке. Тот самый, который врезался в мою память навсегда.

Я молчала. Я не знала, что сказать. Я чувствовала, как внутри меня поднимается холод. Он смотрел на меня — не зло, не осуждающе, а скорее с любопытством. Как будто я была любопытным насекомым, которое он решил рассмотреть поближе.

— Юной леди, видимо, скучно, — сказал он. — Вы бы лучше направили свою неуёмную энергию на учёбу. Или ваши наставники дают вам слишком малую нагрузку, что у вас остаётся столько свободного времени?

Я молчала. Мои пальцы сжались в кулак, но я заставила себя расслабить их. Я не хотела показывать ему свой страх.

— Я слышал, вы помогаете Корвину с фамильярами, — продолжал Теон. — Это похвально. Но не стоит забывать и об основных занятиях. Вам нужно больше сосредоточиться на учёбе, а не на... посторонних делах.

Он сделал паузу. Я всё ещё молчала. Я чувствовала, как внутри меня поднимается холод, но я не позволяла ему показать это.

Теон ухмыльнулся — коротко, почти незаметно. Только уголки его губ дрогнули.

— Осторожно, юная леди, — сказал он тихо, почти шёпотом. — Некоторые тайны могут быть слишком опасны для столь юных умов. И некоторые игры... они могут стоить жизни.

Он не стал ждать моего ответа. Он развернулся и пошёл дальше по коридору. Я слышала, как его шаги постепенно затихают вдали.

Я стояла, не двигаясь. Сердце колотилось где-то в горле. Руки дрожали.

Он знал.

Он знал, что мы следим за ним. И он не боялся. Он просто предупредил меня. Вежливо. Почти по-дружески. Но в этой вежливости было больше угрозы, чем в любом крике.

Шашлык прижался ко мне, и я почувствовала его тепло через ткань штанов. Он чувствовал мой страх. Он был рядом. Я чувствовала его дыхание, его готовность защитить меня.

Я заставила себя дышать. Глубоко, медленно. Я не могла позволить себе паниковать.

— Он знает, — прошептала я Шашлыку. — Он знает, что мы следим за ним.

--

Я не пошла в столовую.

Я пошла в общежитие, в свою комнату. Шашлык шёл рядом, его дыхание было ровным. Он знал, что я боюсь, но он не паниковал. Он просто был рядом.

Я закрыла дверь за собой и прислонилась к ней спиной. Шашлык сел напротив меня и смотрел.

Я чувствовала, как внутри меня поднимается что-то новое. Не страх. Не панику. А холодную, спокойную решимость.

Он предупредил меня. Он дал мне понять, что знает. Но он не остановил меня. Он не попытался убрать меня. Он просто... предупредил.

Почему?

Может быть, он хотел напугать меня. Может быть, он хотел, чтобы я отступила. Может быть, он не видел во мне угрозы. Или, может быть, он хотел, чтобы я продолжала следить — чтобы я думала, что я контролирую ситуацию, когда на самом деле он контролировал меня.

Я не знала. Но я знала одно — я не могу остановиться. Если я остановлюсь сейчас, он выиграет. Он продолжит свои дела. Он продолжит убивать студентов. И я не смогу жить с этим.

Я села на кровать и обняла Шашлыка за шею. Его шерсть была тёплой, живой, настоящей. Я чувствовала его дыхание, его спокойствие. Он не боялся. Он доверял мне.

— Мы не остановимся, — сказала я в его шерсть. — Мы не можем остановиться. Если мы остановимся сейчас, он выиграет. Он продолжит убивать. И я не смогу жить с этим.

Шашлык лизнул мою руку. Я улыбнулась сквозь слёзы.

— Но мы будем умнее, — сказала я. — Мы будем менять маршруты, графики, места. Мы не позволим ему предугадать нас. Мы будем как вода — текучие, неуловимые.

Я подняла голову и посмотрела на дверь. За ней — Академия. За ней — Теон. За ней — наша игра, которая только начиналась.

— Он предупредил меня, — сказала я Шашлыку. — Он хотел, чтобы я испугалась. И я испугалась. Но я не отступлю. Я не позволю ему победить.

--

Через час я собрала всех в своей комнате.

Зара сидела на кровати, сжав руки так, что побелели костяшки. Артур стоял у стены, скрестив руки на груди. Алиса сидела на подоконнике, глядя в окно.

Я рассказала им всё. О том, как Теон остановил меня в коридоре. О том, что он сказал. О том, как он улыбнулся, когда говорил об опасных тайнах. О том, как его голос стал тем самым, ледяным голосом из библиотеки.

— Он знает, — сказала я, чувствуя, как слова вырываются из меня. — Он знает, что мы следим за ним. И он предупредил меня. Он не угрожал. Он просто дал мне понять, что мы играем в опасную игру. И что он готов играть до конца.

Зара побледнела. Она сидела на краю кровати, сжимая руки так, что побелели костяшки. Её лицо стало почти такого же цвета, как её красные глаза.

— Что нам делать? — спросила она. Её голос дрожал, но в нём звучала решимость. Она боялась, но она не отступала.

— Мы не можем остановиться, — сказал Артур. — Если мы остановимся сейчас, он выиграет. Он будет знать, что мы боимся. И он продолжит свои дела. Мы не можем позволить ему победить.

— Но если он знает, что мы следим за ним… — начала Зара.

— Мы должны быть осторожнее, — сказала Алиса, поворачиваясь к нам. — Мы должны изменить тактику. Не ходить в одни и те же места. Не появляться в одно и то же время. Мы должны сделать так, чтобы он не мог предугадать