Фантастика 2026-79 - Валерия Рашитовна Шаталова

встретить? — совсем не понимал здешнее устройство. Если противник останавливается на ночлег невдалеке, всего в паре-тройке часовых переходах, что, его не видно, не слышно? А костры, а дым, а много ещё демаскирующих факторов можно отыскать, если напрячься.

— Не могу знать, — растерявшись, ответил капитан.

Ехали мы медленно. Берегли лошадей и себя. Запас продовольствия, фуража, воды имелся в достатке. Цель у меня была осмотреться, заехать в одно или два села, поговорить с местными жителями и для себя понять причину этой безалаберности. Предполагал, что местные уже привыкли к этим набегам. Ну, уводили скот, но ведь не весь, кто не успел спрятаться или начинал оказывать сопротивление, убивали, а за долгое время таких неконтролируемых набегов все и привыкли уже. Выходило, что моркены фактически заходили, брали, что плохо лежит, а точнее отдают, не скрывая и уходят. Вот только договорённость с сенарцами заставила их активизироваться. Не знаю. Дошли до них сведения о перемирии или нет, но для меня вся эта ситуация выглядела сюрреалистичной. Как говорится, чем бы дитё — сосед не тешился, главное, чтоб не мешал. У меня только возник вопрос, почему тогда эти моркены сейчас активизировались, воровали бы понемногу, не злили своего северного соседа, но нет, изменили своим привычкам, теперь и далеко вглубь Империи стали заходить, что за один-два дня обратно не вернуться.

— Капитан, а кто сейчас Император у моркен. Ему дипломаты ноту заявляли?

— О нотах ничего не знаю, но прежний Император Давиус четырнадцатый скончался год назад. На престол взошёл какой-то дальний родственник. Стал Давиусом пятнадцатым. У них принято, что Император нарекается тем же именем, что и первый, основатель Империи. Знаю, что ему лет четырнадцать, может уже пятнадцать.

— А кто фактически управляет Империей, неизвестно? — сделал вывод из сказанных слов.

— Возможно, — ответил капитан и остановился, всматриваясь вдаль. Я проследил за его взглядом. Впереди, расстояние трудно определить, двигалось облако пыли, и оно постепенно росло, приближаясь. Я испугался, может пылевая буря или ураган, а мы на открытом пространстве и негде укрыться. Когда в первый раз остановились на ночёвку, я долго не мог уснуть от звенящей тишины и резкой смены температуры. Как только зашло местное светило, так температура стремительно опустилась, и я боялся, что замёрзну во сне. Даже укрытый шерстяным одеялом, на тёплом тюфяке, чувствовалось, какой холод стоит вокруг.

— Батальон!!! — взревел лейб-капитан, вырывая меня из размышлений, — к бою!!!

И тут я понял, что встречно-параллельным курсом движется противник, а пылевое облако — это поднимаемая копытами лошадей взвесь. Облако стремительно приближалось, но изменило направление, скорее всего нас заметили и теперь оно шло не прямо на нас, а перпендикулярно, по кратчайшему расстоянию к границе.

— Там удобный проход через границу? — спросил, обнажая свой палаш.

— Не могу знать, но если они двигались сюда, то думаю не зря. Вы бы, штабс-полковник, — неуверенно произнёс капитан, — посторонились, пропустили вперёд. Затопчут. Успеете, поучаствуете в сражении. Сейчас будет встречный бой, а вы, как понимаю, не кавалерист. Боюсь, лошадь испугается и понесёт, а падать на землю во время скачки смертельно опасно. Вы не беспокойтесь…

— Я понял, капитан, действуйте, — оценив свои шансы в кавалерийском наскоке, согласился с офицером. Рядом уже крутился верный адъютант, держа за поводья коня.

Смотрел, как практически с места набирает скорость и устремляется вскачь кавалерия. Она текла словно лавина, сметая всё на своём пути. И казалось, что нет никакой силы её остановить.

Глава 12

Пылевое облако полностью скрывало картину боя. Пробовал прислушиваться, но что поймёшь в доносящемся ржании лошадей, скрежете металла о метал, и я отдал приказ оставшейся со мной тройке гвардейцев следовать за мной.

— Капитан приказал ожидать, — возразил лейб-капрал.

— А если именно нас там не хватает? — задал неудобный вопрос. Я измучился в неведении. Впервые я оставался в стороне от боя не командуя, не руководя боем, а просто стоял и смотрел, как происходит сеча не на жизнь, а на смерть, и меня мучала совесть. Может действительно стал солдатом с большой буквы, видя, когда мои соратники умирают, и не мог спокойно стоять и ждать, чем закончится бой. — Савелкин, с обозом! Остальные… К бою! За мной!!! — скомандовал, перехватывая поводья.

Неудивительно, что спутники меня обогнали и вырвались далеко вперёд на первых же метрах. Кавалеристы, а тем более гвардейцы — особая каста. Их учат обращаться с лошадьми, управляться с оружием на полном скаку, но главное — лошади. Они не боятся шума, выносливы и неприхотливы. А мне досталась обычная, что как не подгонял её, она всё равно не могла сравниться с боевыми кавалерийскими скакунами. Ожидаемо к месту боя прибыл последним.

— Штабс-полковник, докладываю, — подъехал ко мне лейб-капитан. Его лошадь, разгорячённая быстрой скачкой, всё не могла успокоиться и кружилась вокруг меня, описывая кривые. Капитан старался утихомирить её, но боевой скакун не успокаивался. Как-то читал или видел по телевизору, что резко коня останавливать нельзя. После стремительной скачки его необходимо выходить, и только потом останавливать и давать воду.

Я слез с лошади. Подскочил лейб-капрал, взял поводья. Лейб-капитан последовал моему примеру и лошадки тихим ходом побежали по кругу.

— Благодарю, — произнёс офицер и я понял, за что благодарит меня лейб-капитан. Хвастаться и набивать себе цену, что чего-то знаю о лошадях не стал, только коротко кивнул.

— В ходе встречного боя, — продолжил доклад лейб-капитан, — уничтожено до полусотни моркенов. Захвачены лошади, в том числе вьючные и обоз. Пока не считали.

— Потери?

— Пятеро убиты, восемнадцать ранены. Из них четверо тяжело. Лошадей потеряно двенадцать.

Неплохой размен получился. Кавалерийский батальон — сто пятьдесят бойцов. По земной классификация, если не ошибаюсь, именовался эскадроном, уничтожил пятьдесят врагов и безвозвратные потери всего пятеро.

— Кто-то смог уйти? — во всё ещё витавшем облаке пыли не понял, смог ли кто уклониться от сражения и, оторвавшись, броситься убегать.

— Пара всадников ушла. Посылал догнать, но до границы не успели.

— Понятно. Ладно, капитан, думаю продолжать наш путь дальше не стоит. Собираем трофеи, раненых и возвращаемся кратчайшим путём в Ухтюрск. Если есть по дороге где медики, давай завернём, покажем раненных, а то думаю без помощи они долго не протянут. Мельком я видел с какой глубокой раной, через всю грудь, сидел, привалившись к погибшей лошади наш гвардеец. Его перевязывали, но долго он не протянет.