Путешествие цветка. Книга 1 - Го Го

погибнут вместе. Юнь И выпустил кровь из всех десяти пальцев. Мало-помалу она превратилась в тонкие нити, которые подобно десяти щупальцам устремились в атаку на Юнь Иня.

Тот стоял в оцепенении. Воспоминания о прожитых вместе с Юнь И годах проплывали у него перед глазами.

В юности они вместе резвились в горах, обучались боевым искусствам посреди цветочных полей, практиковались в полете на мечах и учили заклинания. Никто в этом мире не знал Юнь Иня лучше младшего соученика – и никто больше так о нем не заботился. Когда он совершал ошибки, Юнь И принимал наказание вместо него и целую ночь стоял на коленях на снегу. Во время охоты на злых духов и истребления нечисти Юнь И закрывал его собой от удара, несколько раз рискуя жизнью и оказываясь на волоске от смерти.

Слухам о том, что младший убил наставника, Юнь Инь никогда не верил! Даже если у Юнь И в самом деле такое же лицо, то кроме случая с обманом Хуа Цяньгу он больше не пытался воспользоваться преимуществом. Похоже, на людях Юнь И всегда носил маску, чтобы не опорочить его доброе имя – как сейчас.

Все эти годы Юнь Инь отчаянно искал его ради того, чтобы все прояснить. Даже если все слухи – правда, он верил, что у Юнь И были на то веские причины.

Многие годы Юнь Инь верил ему от начала и до конца и полагался на него. Он задолжал ему эту жизнь. Если так хочет, пусть забирает.

Безропотно принимая удары кровавой плетью, Юнь Инь стоял, не шелохнувшись. Все вокруг побледнели от страха, не понимая, почему весь его боевой настрой пропал. Но неожиданно случилось то, что еще больше всех поразило: на теле Юнь И мгновенно появились точно такие же шрамы, как у Юнь Иня, только еще более глубокие.

Юнь И позеленел от злости, глаза его почернели до такой степени, что не видно стало даже белков глаз. Он хотел было нанести смертельный удар и вырвать сердце Юнь Иня, но никак не мог совладать с собой, то желая ранить старшего, то намереваясь спасти. Любое его действие могло привести лишь к одному итогу – Юнь И либо вредил самому себе, либо вставал на грань смерти.

– Ответь на удар! Отвечай же! – завопил он подобно дикому зверю. Лицо его исказила гримаса ярости.

– Младший, что с тобой? – перепугался Юнь Инь и заключил соперника в объятия, пытаясь сдержать его приступ безумства.

Руки и ноги Юнь И бились в конвульсиях. Действие силы обратного удара ци начиналось с разложения внутренних органов.

– Убей меня! Убей! Отомсти за наставника!

Чего старший ждет? А сам он чего ждет? Ждал всю жизнь и столько всего натворил, разве не для того, чтобы Юнь Инь возненавидел его, убил собственными руками и тем самым избавил от всех страданий?

– Не хочу! Моя жизнь принадлежит тебе! – В глубине души Юнь Инь хорошо знал, что всегда действовал на эмоциях и был своенравным. Его зрелость и сдержанность были не больше, чем притворством. Именно поэтому раньше он так много ошибался, а Юнь И каждый раз тихо нес на себе бремя ложных обвинений.

Юнь И с силой оттолкнул его и горько рассмеялся:

– Думаешь, я хотел тебя спасать?

Сердце Юнь Иня защемило от боли. Он видел, как Юнь И, атакуя его, в итоге сам получает ранения, и постепенно начал понимать, как в прошлом было изуродовано его лицо.

Все чудеса, когда-то происходившие с телом Юнь Иня, теперь получили разумные объяснения. Неизведанная способность к самоизлечению привела к тому, что он стал поступать необдуманно, не заботясь о собственной жизни. Но каждый раз расплата за его безрассудство настигала Юнь И. Это причина, по которой тот неоднократно рисковал ради него собой?

Но за все эти годы Юнь И никогда не пытался его образумить. Напротив, всегда поддерживал и позволял делать все, что ему захочется, после чего молча терпел все муки и залечивал раны.

Столкнувшись с такой правдой, Юнь Инь еле стоял на ногах, чуть не падая под тяжестью обрушившегося на него бремени.

– Я виноват перед тобой…

Как он мог столько лет не знать об этом и ничего не замечать?

Юнь И горько усмехнулся. Они были вместе каждый день и никогда не разлучались. Следуя за старшим тайно или открыто, иногда Юнь И и сам не понимал, кто перед ним – Юнь Инь или он сам. Заботясь о нем и самоотверженно его спасая, он порой уже не различал, действует ли согласно инстинктам или по собственному желанию.

Должно быть не так. Это Юнь И следует всем сердцем его ненавидеть! Ненавидеть за то, что на лицо такой же, как он, что Юнь Инь отобрал у него все, что по праву должно было принадлежать ему. Ненавидеть за его вечно ласковую улыбку, за заботу, за путы чувств и кровных уз.

Он не мог и не хотел смириться с тем, что все досталось Юнь Иню. С какой стати он должен был страдать за него? Но больше всего он не мог принять того факта, что Юнь Инь и знать не знал о правде его существования…

Юнь И ладонью ударил соперника, но сам сплюнул кровь и, сосредоточив ци, стремительно взлетел в небо, спасаясь бегством.

– Младший!

Разве мог Юнь Инь отпустить его? Он тут же поспешил следом, уже давно не заботясь о поединке.

Оставшиеся внизу обменялись растерянными взглядами. И как это понимать? Кто в итоге проиграл, а кто победил?

Все присутствующие дружно посмотрели на Ша Цяньмо. Тот нахмурился.

– Пусть будет ничья. Остался еще один поединок.

Дань Чуньцю холодно усмехнулся:

– Хорошо. Похоже, в этот раз мне самому следует вступить в бой.

Хуа Цяньгу встревоженно наблюдала за удаляющимся в полете Юнь Инем, одновременно переживая и недоумевая. Потом она посмотрела на Дунфан Юйцина. Тот, с совершенно невозмутимым видом размахивая бумажным веером, поспешил успокоить девочку:

– Не волнуйся. Я предвидел, что в этом поединке будет только ничья. Главное было потянуть время и дождаться третьего участника.

– Кого? Моего наставника? – радостно спросила девочка.

Дунфан Юйцин с умным видом взмахнул веером и указал пальцем в небо:

– Смотри. Он пришел.

Глава 23. Яркая луна Ханьданя

Увидев два войска, ожесточенно сражающихся между собой на горе Тайбай, Ле Синъюнь не на шутку испугался.

Сюаньюань Лан, стоявший на благовещем облаке[161], был одет в повседневную одежду, но по-прежнему выглядел величественно и элегантно. Посмотрев вниз, он нахмурился