Путь Скорпиона - Павел Владимирович Волчик

Ахти оглянулся, и тут же над его головой пронеслись две или три тени. Потом слева ещё одна. Командир Соли, похоже, успел прийти в себя и что-то кричал охотникам, возобновив преследование.

Ахти посмотрел на быстро удаляющуюся спину Гаспара, и сердце его упало: море ничем не сможет их защитить. Ничем! Как он раньше не понял этого?

И главное, почему так упрямо и бессмысленно пробивался к воде Чемпион? Ведь очевидно, что на лошади вдоль берега им вдвоём не уйти. И даже лодка или корабль не спасли бы от охотников, которые могли передвигаться по воздуху.

Но если мальчик и впал в ступор, для жеребёнка под ним других вариантов не существовало, и он понёс седока вслед за матерью. Ахти оставалось только держаться за шею и сжимать колени, борясь с головокружением и тошнотой.

Теперь, на открытой местности, всех участников погони было видно, как на доске для игры в клетки. Ахти даже вспомнил, как Канто и Гаспар сидели в гроте и переставляли на поле фигуры птиц. Как-то странно они играли, не по тем правилам, что были приняты, например, на Зелёной твердыне.

Мимо Ахти промчался Серый Лис, – видимо, мальчик ему был больше не интересен и тем более он не рассматривал его как угрозу.

Серый Лис резко махнул рукой. Четыре охотника, скачками передвигавшиеся по берегу, разделились, собираясь взять всадника с девочкой в клещи. Сам Соли поскакал наискосок влево, упреждая движение Гаспара, которому ничего не оставалось, как повернуть у гряды камней.

Но Чемпион упорно продолжал нестись прямо к морю.

Ахти понял: следующие несколько минут решат всё.

Один из охотников летел медленнее других. В нижних лапках – верхние у него выглядели как обычные руки – он держал какой-то ящик. Слепень задержался, поставив ящик на песок, вынул из него нечто похожее на бутылку. Швырнул.

Шагах в десяти от лошади Гаспара громыхнуло чёрное огневое облако, подняло песок в небо, раскололо на части тишину.

Фиксу заржала и шарахнулась в сторону. Иви и Гаспара как ветром сдуло со спины кобылы. Чемпион, падая на спину, прижал к груди девочку, но от удара выпустил её, и она покатилась по песку.

Ахти и командир Соли одновременно вскрикнули. Один от ужаса, другой – от восторга.

Гаспар лежал не двигаясь. Иви медленно ползла к нему. Фиксу, оглушённая и напуганная, металась по берегу.

Над местом падения закружились слепни. Они совершили пару кругов, как стервятники, и начали опускаться.

Встал на ноги старший из братьев – заика Пеукало, самый крупный, но не самый умный из них. Глаза и кровососущий хобот изуродовали его лицо больше других.

Приземлился Эту – главарь братьев, сохранивший остатки острого ума, человеческий вид и прозорливость охотника.

Кески, самый острый на язык, приземлился, опершись сразу на четыре верхние конечности: две человеческие и две членистые, в хитиновом панцире. Правда, Кески теперь всё больше молчал.

Он издавал только низкое гудение. Трудно быть острым на язык, когда и языка-то нет.

Наконец приземлился и Пинку, родившийся в пятёрке братьев-близнецов последним. Маленький и проворный, он остался таким же жадным, и с его хоботка капала слюна, когда он смотрел на девочку.

Не хватало лишь Ниметона. Но братьев его судьба уже почти не волновала.

Образовав круг, они двинулись к тёплым, лежащим на песке телам.

– Не сметь! – командир Соли въехал на коне в центр круга, кинул быстрый взгляд на лежащего на спине Гаспара и его спутницу. – Девочку не троньте. Кто применил гром-оружие?

Кески вышел вперёд, что-то проскрежетал, развёл в стороны сначала человеческие конечности, потом насекомьи – дескать, ничего другого не оставалось.

– Тебе повезло, что она жива, – перебил его Соли. Он хотел сказать ещё что-то, но в круг неожиданно ворвался всадник.

Вернее, он был словно уменьшенной копией всадника: сам подросток, да ещё и на жеребёнке.

Парень постарался внести сумятицу, оттереть кого-нибудь из охотников, и это ему даже на мгновение удалось. Эту, главарь братьев, отступил в сторону и криво ухмыльнулся. А потом подпрыгнул на сильных ногах и сбил мальчика плечом с коня.

Ахти рухнул в песок. Ударом выбило из лёгких воздух. Он глухо застонал и поднял запорошенное песком лицо.

– Девочку в седло, – донёсся до него голос Соли. – С этими двумя делайте что хотите.

Когда Ахти протянул руку к Гаспару, на груди у того уже лежала Иви. Мальчик коснулся её волос. Иви подняла голову и посмотрела на него странным, чужим взглядом.

Он кивнул, поджал губы, но она только замотала головой.

Чья-то грубая лапища схватила его за волосы, потащила назад.

У Ахти из глаз брызнули слёзы. Всё расплывалось, но он видел, как они поднимают с земли Иви. Она не сопротивлялась, стала как деревянная.

– Подождите, – раздался голос сверху. – Я передумал. Мальчика я убью сам.

Ручища, сжимавшая волосы, не ослабила хватку.

Командир Соли прокашлялся:

– Ты меня слышишь, Пеукало? Сам.

Пальцы разжались. Ахти упал на песок.

– Братья проголодались, – сказал Эту. – Он часть добычи.

– Возьмите Скорпиона. Он большой, – мягко возразил Соли. Как показалось Ахти, слишком мягко.

Серый Лис извлёк короткий загнутый кинжал и шагнул к нему. Мальчик отполз назад, наткнулся на тело Гаспара.

Они встретились с командиром Соли глазами.

– Не надо, – тихо сказал Соли, мотая головой. – Так лучше. Я умею быстро, без боли.

Ахти отчаянно схватился за руку Гаспара. Большие грубые пальцы Чемпиона сомкнулись на его ладони. Мальчик заглянул в перепачканное лицо и увидел глаз, уставившийся прямо на него. Этот глаз неожиданно подмигнул Ахти, хотя, возможно, ему это только показалось.

Песчинки прямо у него перед носом начали подпрыгивать, земля задрожала, как будто к ним приближался целый отряд конных. Но Ахти не слышал топота копыт, только чувствовал вибрацию.

Побледневшее от ужаса лицо господина Соли, стоявшего над ним с кинжалом, заставило мальчика обернуться к морю, и тогда он увидел: прямо на них, появившиеся словно из-под земли, неслись всадники.

Их силуэты то исчезали, то появлялись в лучах рассветного солнца. И они больше напоминали морских духов, явившихся с шумом прибоя.

Не успел Серый Лис раскрыть рот, чтобы отдать команду, как тяжёлый кистень уже врезался ему в грудь, выбив из лёгких воздух. Командир Соли упал навзничь, захрипев и вытаращив глаза.

На берег накатила волна.

– Бродяги… – прошептал Ахти.