Путь Скорпиона - Павел Владимирович Волчик

– Ноги в руки и потопали, – приказал Гаспар. – Или ты забыла, кто командует, девочка?

– Кто командует, я помню, – ответила она. – Но у кулкури есть правило: не выполнять приказы безумных командиров.

Понимая, что тут ему ничего не добиться, Гаспар повернулся к Ахти:

– Дойдёте до моря, а там вы в безопасности. Отвечаешь за неё головой. И смотри, чтоб не получилось, как с моим конём.

Парень кивнул:

– Всё сделаю.

Он взял Иви за руку, слегка потянул. На её глазах заблестели слёзы, нижняя губа задрожала.

– Идём, – сквозь зубы процедил парень.

Она вырвала руку и побежала, не оглядываясь. Ахти следом.

Молодец, парень. Уговорил.

Спешите, детки, спешите.

Гаспар повернулся и посмотрел назад. Закрыл глаза.

Тихое жужжание, как будто вибрация огромных лопастей, усилилось.

Этот звук напомнил ему треск луча, который вырывался из разрушенного колодца.

Он мысленно считал количество врагов. Проверил, не потерялось ли огниво. Оно по-прежнему висело в мешочке на поясе.

«Кто ты? – спросил он себя. – Барс или коза? Охотник или жертва?»

Он был голоден. Да ещё как! Но и жить хотелось.

2

Ахти нагнал Иви не сразу. Ну и быстро же бегала эта девчонка!

– Стой! – Он схватил её выше локтя, согнулся, чтобы отдышаться.

А она даже не запыхалась, только глаза были красные и на пыльных щеках две мокрых полоски.

– Быстро выдохся, – бросила она зло, но тут же уголки рта у неё опустились, и она с грустью посмотрела назад.

– Он выживет, не бойся, – пропыхтел Ахти, потирая заколовший бок. – Всегда выживает.

– И откуда ты знаешь? Вы же с ним знакомы всего несколько дней!

Ахти смешно поморщился.

– Ага. И он уже три раза чуть не окочурился. – Он выставил пальцы и начал загибать. – Один раз – когда вытащил меня из пожара. Второй – когда его ранило болтом. А третий – там, в обрыве. И все три раза я думал, что ему крышка.

Иви посмотрела на него, и они расхохотались. Вышло нервно, но зато сразу полегчало.

– Бежим, – строго сказала она. – Чтобы он не зря…

Она не договорила. Было и не нужно.

Они побежали вперёд, вдыхая солоноватый туман и перепрыгивая через обнажённые корни.

– Держи спину прямо, – велела девочка. – И дыши глубоко и медленно, как я, чтобы держать ритм. Нам ещё далеко. – Она приложила руку к сердцу, кивнула ему: – Там должно стучать медленно. Как будто ты завтракаешь, а не бежишь.

– Я б позавтракал, – откликнулся Ахти.

Она на него шикнула.

– Это тебя в школе кулкури так натаскали бегать? – спросил он.

Она выпрямилась, театрально махнула рукой, как бы говоря: не болтай, дыши.

Он начал дышать, прислушиваясь к её дыханию, боль под правым ребром немного стихла.

Холмы всё не кончались, сменяя один другим.

– Иви.

– Что?

– Ты видела Мероншоха?

– Угу.

– Он жуткий?

– Когда был похож на человека… Тот ещё был модник, – ответила девочка, смахивая со лба капельки пота. Она сбавила темп и добавила скороговоркой, указывая себе на шею: – Он носил раф, такой белый плоёный воротник.

– Жернов мельника? – выдохнул Ахти. – Знак министра?

– Ага. Его так в народе зовут. – Она набрала в грудь воздуха. – Ещё оба уха проколоты колечками. Всегда в чёрном: сапоги, мантия, волосы… Он их мазал яичным белком и укладывал назад. Ровно так… как на старинных портретах, только глаза грустные…

Она замолчала. Ахти почувствовал в её голосе то ли любопытство, то ли теплоту, и это его укололо.

– Он сволочь?

– Что за вопрос?

– Ну… Это ведь по нему сразу видно было?

Она задумалась. И, к удивлению Ахти, помотала головой.

Он перешёл на шаг, поднял руки:

– Дай хоть немного отдышаться. Не могу!

Она пошла рядом. Её щёки краснели двумя яблочками.

– Понимаешь, он всегда нам улыбался. Приносил подарки.

– И что? Ты сразу решила, что он добрый? – перебил Ахти. – Он Исполину уничтожил. А теперь мы из-за него…

Он задохнулся, но не оттого, что бежал, – от возмущения.

– Ничего я не думаю, – нахмурилась Иви. – Бежим.

– Постой, каким он стал? После того как луч всё начал разрушать. Гаспар сказал, что его тоже изуродовало.

Она странно посмотрела в ответ.

– Ага. Изуродовало. Волосы выпали. Лицо покрылось красной коростой, как у ящерицы.

А глаза… – Она посмотрела в пустоту, сквозь время, и вздрогнула. – Глаза будто запечатало алым воском.

– Он ослеп?!

– Как многие думают. На самом деле он теперь видит ещё дальше.

– Как это? А воротник? – Ахти кивнул ей: мол, можно бежать дальше. И они снова перешли на бег.

– Что «воротник»? – девочка моргнула. – Воротник обгорел. Хочешь подробностей? Если б ты увидел его слуг, то тут же обгадился бы. Их ещё сильнее искорёжило… Доволен?

– Почему доволен?

– Ну тебя ж хлебом не корми, расскажи сказку про злыдней и дай кулаками помахать! Хочешь драться? Иди убей тех, кто за нами гонится!

– Не могу, – буркнул Ахти.

– Тогда заткнись и береги воздух. Он тебе ещё понадобится!

Настроение у неё испортилось.

Снова туман, снова холмы, и запах моря так близко, что казалось, они увидят воду уже за следующим горбом.

Они пробежали ещё шагов двадцать, прежде чем Ахти резко встал.

– Что ещё?! – огорчилась Иви.

– Ты не слышишь? Это лошадь храпит.

– Где?

– Впереди, в тумане.

Иви побледнела, прижалась к нему плечом:

– Это разведчики. Они нас обогнали.

Она сказала это шёпотом, как будто ещё надеялась спрятаться.

Впереди раздалось короткое ржание.

Напряжённое лицо Ахти расплылось в улыбке.

– Это не враги! Иви! Это Фиксу! Моя девочка!

– Твоя… Кто? – растерялась Иви.

Ахти засунул два пальца в рот и заливисто свистнул.

Из тумана прямо на них выбежала на стройных ногах светло-абрикосовая лошадка, тряхнула рыжей гривой, призывно заржала. Следом за ней показался жеребёнок. Рослый, с непропорционально большой головой и крепкий. Что-то в нём сразу привлекало внимание: то ли странный бронзовый окрас, то ли заострённые выросты на сочленениях ног.

Ахти протянул руки, и кобыла шагнула к нему, ткнулась мордой, дала себя погладить.

– Неплохо для любителя сказок! – парень