Вор из Маравеля - Эхо

и тогда лезвие вновь начало испускать едва заметное свечение. Правда, расстояние реагирования какое-то смехотворное. Или оно так только на останки реагирует, а на живого демона реакция будет поинтереснее? В любом случае, такая вещь в хозяйстве пригодится!

Сжав в руке один клинок, вор поискал второй. И куда он запропастился? Неужели под колоколом остался? Да вы, наверное, шутите. Он же эту дуру ни за что не поднимет! Чистый металл. Ладно, с этим тогда потом разберёмся… Сейчас нужно закончить со всем этим делом окончательно, чтобы не оставлять за спиной никого и ничего.

Наво обошёл колокол, накрывший собой демона с его алтарём. К слову, былую красоту алтарь уже начал терять. Видимые осколки теряли свою тёмную насыщенность и прямо на глазах осыпались обычным песком. Не то чтобы у него были планы, но похоже, что у него даже доказательств не останется. Вон и кости демонические тоже желтеют и рассыпаются на крошащиеся осколки.

Искомое нашлось на полу, шагах в пяти от колокола. Роберт валялся на полу, с безумным недоверием уставившись на произошедшее. Его нижняя губа тряслась, в глазах стояли слёзы, а взгляд порхал с трупов матери и тётки на колокол и обратно. Приближение вора он заметил не сразу. Взглянул разок, но, видимо, не понял. А когда Наво уже приблизился, увидев рядом с Робертом свой кинжал, ювелир заволновался.

— Это ты! Ты живой?! – он обрадовался, вот только юноша в ответ не улыбался, покручивая в пальцах рукоять клинка. От несмелой улыбки Барнса не осталось и следа, мужичок затравленным взглядом смотрел на его неспешное приближение. Глаза его скосились на кинжал, лежащий рядом с ним, он потянулся к нему, намереваясь, наверное, защититься или продать свою жизнь подороже. Раньше надо было думать! Наво совершил быстрый шаг и пнул кинжал, отбрасывая его подальше. — П-подожди!

— Чего мне ждать? – спросил Наво, улыбаясь непонятно чему. — Ты ведь сам сказал, что скоро всё закончится. Что это будет быстро.

— Я просто… - слова застряли в горле ювелира. Дав петуха своим голосом, он рванулся в сторону, но уйти ему не дал пинок под опорную руку, повалив на живот. — Да постой же ты! Я не виноват! Я хотел как лучше!

— Ка-а-ак лучше?! – нараспев протянул вор, нижнее веко которого задёргалось в нервном тике. Кажется, он совсем не оценил эту попытку ювелира «сделать как лучше». Упав сверху, он придавил коленом спину трясущегося Барнса, приставив к его лицу нож, от прикосновения которого культист задёргался. — А как ты мне объяснишь, что теперь мой кинжал на тебя реагирует, м? После убийства того демона он стал очень чувствительным ко всякому… Ну знаешь, неестественному! А Бог наш сказал, что мерзким порождениям потустороннего не место на Солмарисе!

От прикосновения кинжала кожа Барнса как будто бы обугливалась и доставляла ему немало «приятных» ощущений. Решив не тянуть с этим и не слушать вопли страдающего чернокнижника, Наво выдохнул и одним движением закончил с семейством, решившим продаться демонам.

— Так ему! Так его, мерзкого убивца! – раздался за спиной голос Мари, выглянувшей уже из-за другой колоны. Обернувшись, юноша уставился на эту странную и слишком громкую девчушку, на что та ойкнула и притихла, спрятавшись. И что за реакция такая странная? Пятеро её подруг не вернутся домой, а она ведёт себя как… — Чего смотришь?! Я просто боюсь! Понятно?! Матушка Белисара говорит, что это… Как её там… Защитная редакция, вот! Ой, нет. Реакция! Понял?!

— Понял, куда уж мне деваться, - вздохнул вор и подошёл к другим женщинам, сидевшим всё это время с белыми лицами. При его приближении дамы задрожали ещё сильнее, глядя на его с чистейшим ужасом в глазах. Да что ж такое? Это его «боевая раскраска» так теперь влияет или они просто испугались, что он и их резать начнёт, сойдя с ума? Ну, женщинам можно бояться. Кому, как не им? Решив сделать всё быстро, Наво быстрым шагом приблизился и присел рядом с первой.

Глаза черноволосой красавицы закатились, и она мешком осела на плечо своей подруги. Это происшествие привело к тому, что теперь все они старались отползти от него как можно дальше. Что теперь? Они думают, что можно умереть от одного прикосновения к нему? Тяжело вздохнув и подумав, что с демоном было не так сложно, как с женщинами, Наво всё же развязал путы первой и принялся за освобождение второй.

Когда он добрался до третьей, дамы немного успокоились и смотрели на него пусть и с недоверием, но уже без того, чтобы валиться в обморок или отстраняться. Тихо переговариваясь, они косо глазели на него и явно ждали, что он уйдёт подальше. Вот и спасай их после этого. Где благодарность?! Где хотя бы толика признательности? Он жизнью рисковал вообще-то!

— Закончил теперь? – неожиданно подошла Мари, смотря на него косо, но без враждебности. — Ну и рожа у тебя теперь…

— Ну извините! – всплеснул руками вор. — Как-то я не знал, что он лопнет после смерти и всё забрызгает!

— Так тебя что, демон обосрал, да? – в глазах мелкой язвы появились нотки сочувствия и лёгкой брезгливости. Ещё и отодвинулась, зараза. — Фу…

— Что ещё за «фу»?! Я тебя спас!

— А до этого чуть на алтаре не прибил! – возразила девушка, замахнувшись на него, но почему-то бить не стала. — Даже бить не буду – испачкаться боюсь. Эта штука на твоём лице ведь не оттирается, да?

— Чтоб я ещё раз… Да ноги моей рядом с женщинами не будет!

— Все вы так говорите, а потом приходите к нам! – Мари топнула ногой, а дамы, прислушивающиеся к их разговору дружно закивали, не забывая при этом настороженно поглядывать по сторонам.

— Всё, можете расслабиться, - вор выдохнул, устав спорить с едкой на язык девушкой. Её не переспорить. — Все культисты мертвы, демон тоже мёртв. А я всё тот же человек, что ехал с вами в сундуке. Просто на меня демонической кровью брызнуло…

— Точно? – робко уточнила черноволосая, придя в себя и ёжась от холода. Кстати, да. Холодновато здесь. Надо бы их побыстрее выводить отсюда, иначе заболеют. Вот была бы катастрофа – пережили демона, но слегли от простой болячки.

— Точно-точно, -