Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

Деус, даже из вежливости, не нужно этого. Я вполне способен понять, почему именно тебя из всех людей выбрал Савос, ещё когда ты сражался рядом с Оком против могучего драугра я это понял. Ты просто не видел себя со стороны. Ты ненормален, совершенно ненормален и этим больше других достоин этой мантии, - пояснил старик, ведя меня за собой, я же молчал, мне нечего было сказать. - Просто взгляни на то, как ты используешь ту же драконью маску, любой другой маг даже не подумал бы надевать её на себя, скорее бы запер её в каком-то сейфе, как великую драгоценность, или сделал бы из неё предмет своего хвастовства в коллекции магических безделушек на многие десятилетия. Ты же просто надел её, как ещё один инструмент, просто вещь, которую можно использовать, никакого трепета перед старинным и могущественным артефактом. А ведь ты рискуешь просто однажды умереть от шальной стрелы на дороге, и эта маска может уйти в чужие руки, возможно даже не мага, возможно она даже затеряется в веках после этого. Ни один другой обычный маг даже не помыслил сделать что-то столь кощунственное.

-Вещи созданы, чтобы их использовать: мечи - убивать, доспехи - носить, свитки заклинаний - высвобождать заклинания. Маска - артефакт, что умножит силы любого мага. Почему бы мне не использовать её?

-Ха-ха, вот об этом я и говорю, ты даже не можешь понять инаковости своего мышления. Это не плохо, Деус, это не хорошо, это просто по-другому. Знаешь, на моей памяти только личности, что думали отлично от других, добивались великих дел, иногда прекрасных, иногда ужасных, но всегда великих. И разве ты не доказательство моих слов, трижды мастер магии в менее чем тридцать лет. Невероятное достижение, которое, скажу тебе по секрету, до дрожи напугало многих в Коллегии. Про тебя там ходит много слухов.

-Даже так... что же, мне наплевать на это, моя цель магия, и это не изменится ещё многие годы, - слова Толфдира были интересны, но не более.

-Скажи мне, Деус, как ты сумел стать мастером Колдовства, Восстановления и Разрушения, моя интуиция говорит мне, что в этом есть свой секрет? Нет-нет, я не хочу тебя обидеть, говоря, что ты принципиально не мог этого сделать, как минимум в становления тебе мастером школы Колдовства я всецело верю, ты всегда был в ней невероятно, ненормально хорош. Но Разрушение и Восстановление, особенно последнее не были у тебя на столь невероятно высоком уровне, как на практике, так и в теории. И если о том, каким образом ты прошёл экзамен Фаральды я могу себе представить, то вот Авгур всегда был невероятно разборчив в том, кому стоит передать даже крупицу своих знаний. Есть же какой-то секрет, который объяснил бы это?

-Есть, - вздохнул я, не желая кривить душой и оспаривать слова, Толфдир был стар и проницателен. Секрет был, маленький трюк. Очень маленький трюк. - Я навещал Септимия Сегония.

-Хмм, этого сбредившего старика? Не смотри на меня таким взглядом, я могу его называть так, ведь я, как и он, такой же старик, правда при своём уме... всё ещё. Итак, как он связан с тобой?

-Со мной он не связан, - покачал я головой, - он связан с Хермеусом Морой.

После пары секунд молчания, Толфдир ответил

-Вот как... что же, этого следовало ожидать от Септимия. Он жив?

-Да, он ещё жив, сумасшедший, но живой.

-Итак, ты и Мора?

-Мы заключили договор... хмм, лучше будет сказать обмен. Я отдал ему копию всего, что знал, а он дал мне зайти в свою библиотеку и прочитать Огма Инфиниум, - в разуме вспыхнуло воспоминание о зелёной бездне полной глаз и щупалец, огромный бескрайний мир полный уходящих в небо столбов книг. И о том, как время теряло смысл, как строчки мистического языка буквально впитываются в кожу пальцев, как разум, словно пустыня, наполняется водой новых знаний. Пока ты читаешь её, ничто не имеет смысла, а время искажается, годы чтения равны удару сердца, а может это были столетия или тысячелетия? Невозможно определить, хрупкий разум смертного не в силах это вынести. Я почти потерял себя в этой книге. Она оставила на мне свой след, мне хотелось вновь открыть её, вновь начать читать её. Это страшное чувство, оно хуже голода, хуже жажды, его нельзя удовлетворить, даже терпеть. - Опасная книга.

-Многие сошли с ума из-за неё.

-Буду верить в то, что я один из немногих, - кривы улыбнулся я, подозревая, что это далеко не так. - В будущем я войду в Апокриф, - это не были пустые слова, я просто знал, что моя история с Морой не закончена, я лишь открыл пролог этой истории, как бы иронично это не звучало.

-Знаешь, архимаг, ещё в нашу первую встречу предположил, что ты сам начнешь искать Херму Мору, когда Коллегия и мы, учителя, не сможем больше удовлетворять горящую в твоих глазах жажду магии. Спасибо, что удовлетворил любопытство этого старика, - Толфдир не осуждал, не судил, лишь понимающе посмотрев на меня, продолжил путь вглубь города древних нордов.

Больше мы не разговаривали, нам было о чём молчать оставшийся путь в час ходьбы. Толфдир вёл меня новым путём, совсем не тем, которым мы когда-то пробивались к Оку. В этот раз меня провели по множеству коридоров, где сохранились красивые и интересные фрески, на которых рассказывалось о истории этого города, его героях и печальном конце в итоге, было познавательно. Мне бы хотелось поучаствовать в исследовании Саартала полноценно, а не так, как это сделал я, совершив быстрый марш-бросок к глубинам и на этом всё.

Наконец мы достигли знакомых мне врат, за которыми когда-то я вступил в ожесточенный бой, который теперь с высоты пройденного за последние месяцы смотрится не таким уж сложным, он всё ещё может занимать позицию в пятерке лидеров, но явно терялся на фоне битвы у крепости Феллглоу, Моркея, или даже побоища у Вайтрана. Хах, многое произошло со мной с того часа, как я был тут и должен признать в этом помещении многое изменилось, как минимум раньше здесь не было множества гексаграмм на полу, питаемых камнями душ, на которые явно ушла часть средств из бюджета Коллегии.

-Спасибо, что проводил, - тихо поблагодарил Толфдира, выходя из-за его спины поближе к Оку.

-К вашим услугам, архимаг, - почтительно улыбнулся маг. - Я займусь эвакуацией.

-Да, будь добр, я начну только спустя двадцать четыре