Фантастика 2025-168 - Сергей Леонидович Орлов

Он сделал шаг к столу, не садясь, и посмотрел на меня спокойно.

— Но сейчас другое время, Павел Филиппович. И сейчас всё иначе. Дубинин не тот, кто закроет глаза. Он вцепится в вас как голодный пес. При первом подозрении, даже не факте — подозрении, — он поднимет весь третий отдел.

Морозов чуть наклонился вперёд.

— Я слышал, что вы с ним не особенно ладите. А значит, ваше разоблачение — это вопрос времени, а не вины. Стоит вам оступиться — и он воспользуется шансом. Это может стать для него ступенью к повышению.

— Допустим, — произнёс я спокойно, удерживая взгляд на нём. — У вас есть предложение?

— Иначе бы я не пришёл, — ответил Морозов тем же ровным тоном.

В его голосе не было ни напряжения, ни упрёка. Он просто констатировал факт, будто речь шла о расписании поездов.

— Но предупреждаю сразу: легко не будет. Это не тот случай, где можно остаться в стороне и только наблюдать. Вы должны будете участвовать. И не формально, а по-настоящему.

Я кивнул. Медленно. Потом чуть наклонился вперёд и, сузив глаза, произнёс сдержанно, почти шепотом, но с холодной уверенностью:

— Если это поможет Маргарите не умереть, но исчезнуть навсегда и без следа, то я сделаю всё, что смогу. Всё, на что хватит моих сил.

Глава 17

Добро пожаловать в…

Некоторое время, в кабинете царила тишина, нарушаемая только тиканьем висевших на стене часов. Морозов стоял спиной ко мне и задумчиво смотрел в окно, как будто что-то искал в дымке над крышами. Свет проходил мимо него не касаясь. Словно лучи боялись задеть его фигуру. Он выглядел не как человек, а как тень — серая, отстраненная, тихая. И пожалуй, слишком спокойная. Словно решение было принято уже давно, а меня всего лишь поставили перед фактом. Я заговорил первым.

— Итак, что за способ избавиться от Маргариты?

Голос прозвучал глухо, будто треснувший колокол в пустой часовне. Морозов не обернулся сразу. Только повёл плечом:

— Нам нужно будет отправить ее в другой мир.

Я нахмурился:

— А конкретнее?

Александр наконец обернулся и посмотрел на меня:

— Вам нужно будет заманить ее в портал, Павел Филиппович. Это несложно. А в другом мире в нее зальют зелье, чтобы она забыла прошлую жизнь и начала все с чистого листа.

Он вынул из кармана флакон с яркой жидкостью. Шагнул к столу и положил его передо мной. Я долго смотрел на стекло с жидкостью, словно ждал, что она зашипит или лопнет. Флакон лежал на краю письменного стола, как капкан. И почему-то именно в этот момент в памяти всплыло: так выглядела бутылочка духов моей матери. Узкая, изогнутая, с такой же резьбой на стекле.:

— Второй шанс? За все, что она сотворила, у неё будет второй шанс? — зло усмехнулся я. — Единственный мир, в который я бы с радостью ее проводил — это тот серый мир с залом ожидания. И поездами.

Морозов нахмурился:

— Других способов, скорее всего, нет, Павел Филиппович.

Я пожал плечами:

— Как по мне, их великое множество. Несчастный случай, пуля, суицид…

Александр усмехнулся:

— У нее есть ребенок, Павел Филиппович. Проклятое дитя. Такие рождаются крайне сильными сущностями.

— Проклятье оставит в мире только одного, — упрямо заявил я, и Морозов кивнул:

— Все верно. Но никто не обещает, что это будете вы. Я сталкивался с такими… детьми. Чаще всего они уникумы. С темной силой. Это очень лакомый кусок как для местных божеств, так и для существ вроде Рипера. А они куда сильнее, чем местные хранители.

Я на секунду замер, вспомнив, как спокойно бывший глава «Сынов» приручил дух-аватар божества, извлеченного из Щукина.

— Таких как Рипер великое множество, мастер Чехов, — продолжил Морозов. — И они очень любят вмешиваться в дела смертных. Преследуя только им понятную выгоду. И на этого ребенка наверняка уже есть планы у многих. Потому что такие дети творят историю целых миров, Павел Филиппович. И не всегда эта история ведет мир к добру. Так что возможно, эта ситуация возникла неспроста.

Я поднялся с кресла, медленно прошёлся по комнате. Отчего-то мне вспомнился момент, где мама очень просила не убивать Маргариту, пока я был без сознания. И сегодняшний сон, когда у мамы вдруг появились змеиные глаза Мары. Может быть, Александр прав? И в этот момент, солнечный луч скользнул по полу, задев пыльные книги.

— Отец в курсе? — уточнил я после паузы.

— Этот план прорабатывался сообща с Филиппом Петровичем, и Софьей Яковлевной. Все считают, что это лучшее решение.

Он немного помолчал, затем добавил:

— Хотя, признаться, это решение далось очень нелегко для вашего отца. Для него вся эта история стала ударом.

Я только кивнул. Взглянул в окно. За стеклом колыхались розы. Несколько лепестков неспешно опадали, будто устали держаться.

— Когда нужно будет спровадить Маргариту?

— Сегодня, — коротко ответил Морозов. — Пока всё готово. Пока она ещё верит вашему отцу. Пока она не сорвалась и не натворила глупостей.

— Но нам не удастся вытащить ее из монастыря, — начал было я.

Александр покачал головой:

— Она уже не в монастыре, Павел Филиппович, — ответил он. — Филипп Петрович придумал легенду, будто до конца практики вы отбываете в Сербское княжество. И будете заканчивать практику там. И на сегодня назначен прощальный семейный обед.

Я кивнул, словно вынося приговор:

— Ловко. Ну раз все уже продумано, давайте доделаем это.

Морозов выдохнул, как мне показалось с облегчением, и направился к выходу. Я задержался в кабинете, затем взял со стола флакон с зельем и последовал за ним.

Арина Родионовна еще не прибыла, и в приемной было пусто. Даже призраки удалились куда-то по своим делам. Людмила Федоровна так и не вышла из своей комнаты. Мы пересекли холл и вышли из дома.

Машина Морозова уже стояла у крыльца. Мы спустились по ступеням, я занял место на переднем сиденье. Александр же сел за руль и завел двигатель. Авто выехало со двора.

— Куда едем? — уточнил я. — К бабушке?

Александр покачал головой:

— Маргарита знает, что там много призраков. И она сама предложила встретиться в особняке Филиппа Петровича. Мы были готовы к такому повороту.

Я усмехнулся, понимая всю иронию ситуации. Морозов повернулся ко