Значит, война - Дмитрий Ромов

там будет концерт, вернее, интерактивное шоу, в котором вся школа принимает участие. Я очень хочу посмотреть, а потом поговорю с педагогическим коллективом.

— А тебе можно на такие расстояния ездить? — нахмурился я.

— Ой, да перестань. Тут ехать-то пару часов всего. В общем, нужна машина будет.

— После концерта они пьяные все будут.

— Сергей!

— А второй вопрос? — спросил я.

Она вздохнула.

— Что такое?

— Серёжа, пообещай, что не будешь ругаться и выслушаешь…

— Что за вопрос, Алёна? Говори. Я заранее обещать ничего не буду.

— Ну, Серёжа…

— Говори.

— У меня в кабинете сидит Ангелина Нащокина. Она очень просит, чтобы ты её принял.

— У тебя в кабинете Ангелина? А почему она сама не позвонила?

— Она говорит, что звонила, но ты не стал разговаривать. Серёжа, пожалуйста, поговори с ней. Она сама не своя.

— Врёт, что я не стал с ней говорить.

— Ну, может, она просто боится, что ты не станешь. Тебе что, трудно?

— Нет, пусть идёт.

— Ну, вот. Молодец. Не строжься, ладно?

— Посмотрим, — пообещал я.

Альфа, переваливаясь с ноги на ногу вышла из кабинета и буквально через пару минут в дверь заглянула Ангелина.

— Привет, — почти прошептала она кротким голосом.

Я вышел из-за стола и подошёл к ней. Встал напротив и внимательно посмотрел на неё. Она выглядела смущённой, неуверенной и уставшей.

— Привет, — ответил я. — Проходи. Садись в кресло. Что будешь? Хочешь чего-нибудь?

Она покачала головой. Но я выглянул в приёмную и попросил кофе и бутерброды.

Мы уселись в кресла друг напротив друга.

— Как живёшь, Анжелик? — спросил я. — Рассказывай, что на сердце.

Она покачала головой.

— Сначала всё было спокойно, как обычно, — сказала она, чуть помолчав, — а сейчас начинается какая-то дичь…

— Что за дичь?

Вошла Вера с подносом и поставила его на столик между креслами.

— Угощайся. И я с тобой тоже перекушу.

— Я есть не буду, только кофе выпью.

— Да ешь, не стесняйся. Ты когда прилетела?

— Сегодня, — вздохнула она и, чуть поколебавшись, взяла бутерброд.

Она откусила большой кусок и тщательно начала жевать. Заглянул Степушин.

— Сергей Владимирович, извините, давайте на полчасика наше совещание перенесём.

— Хорошо, — холодно ответил он и вышел.

— Что за дичь? — повторил я вопрос.

— Во-первых, у отца начались проблемы. Комиссия по этике. Подняли декларацию, ещё каки-то глупости. Начали трясти предприятие, над которым он как бы шефствует…

— Шефствует, — хмыкнул я.

— Ну-у… да…

— А что ещё?

— Вокруг него вообще полный мрак. Всех партнёров в тиски зажали. Он говорит, что скоро ему конец.

— Я к этому никакого отношения не имею, — покачал я головой. — И оказать какую-то протекцию не имею возможности. Правда, Ангелина.

— Да я понимаю, я и не прошу ничего.

— Что ещё происходит.

— Имущество дедовское… Дом… Тот, в котором мы с тобой…

Она вздохнула.

— Из дома вывезли всю обстановку, абсолютно всё, представляешь?

— Кто? — нахмурился я.

— Я не знаю, — покачала она головой. — Даже не представляю.

— Это можно выяснить…

— Да я не хочу, Серёж. Мне это вообще пофиг.

— А что не пофиг?

— Проблема в том, что дед несколько предприятий переписал на меня. Я не знаю, почему, я раньше в подробности не вдавалась. Он говорил, и я подписывала бумажки. Он же мне плохого не сделает, правда?

— Да, — ответил я, хотя был в этом уверен не на сто процентов.

— Ну, и… В общем, в последние несколько дней пошли звонки от разных неизвестных мне людей. Или от малоизвестных…

— Чего хотят?

— Объясняют, что мне будет очень трудно и опасно управлять этими активами.

— Опасно?

Она кивнула и снова откусила от бутерброда.

— Хотят выкупить?

— Кто-то предлагает выкупить за копейки, кто-то готов принять безвозмездно. Мне кажется, за мной следить начали… Я не хотела тебя втягивать, но просто мне страшно стало. От отца помощи ждать бесполезно… Я понимаю, ты меня не уважаешь, но всё-таки… были же у нас и хорошие моменты, правда?

— И чего ты от меня хочешь? — спросил я, откладывая свой сэндвич на тарелку.

— Что я могу хотеть… — вздохнула она. — Посоветуй, что делать…

Я задумался.

— Ты знаешь названия предприятий, о которых идёт речь? — спросил я.

— Парочку знаю… Но их, наверное, довольно много…

Я достал телефон.

— Анжелик, слушай, — нахмурился я. — Я к тебе хорошо отношусь. Нормально. У меня нет никакого неуважения или ещё чего-то. Я тебе говорил, мне кажется, что ты можешь на меня рассчитывать и что я тебе помогу. Поэтому зря ты мне не позвонила. Могла и без Альфы ко мне обратиться.

— Правда? — с надеждой спросила она.

— Да, правда.

Я набрал номер Чердынцева.

— Александр Николаевич, привет. Вы сильно заняты сейчас?

— Нет, — ответил он. — Не сильно.

— А можете зайти, пожалуйста?

— Да, один момент.

Он вошёл в кабинет.

— Добрый день.

Я поднялся и пожал ему руку.

— У меня просьба. Можете помочь найти предприятия, в которых Ангелина имеет долю? Это предприятия из портфолио Лещикова.

— Можем, — подтвердил он. — Какое-то время займёт, но можем, да.

— Хорошо. Сделайте, пожалуйста.

— Лады.

— Это не всё ещё. Свяжитесь, пожалуйста, с Джейн. Она от предыдущего своего клиента освободилась, насколько я понимаю?

— Ну, да… — пожал плечами Чердынцев. — Скорее всего.

— Я хочу отправить в Дубай Ангелину. Где её разместить я подумаю, но я бы хотел, чтобы Джейн взяла её под своё крылышко.

— Всё так серьёзно? — спросил он.

— Нет, конечно, — ответил я, чтобы не волновать Ангелину. — Просто на всякий случай.

— Я понял. Хорошо, сейчас позвоню.

— Завтра. Завтра мы её отправим из Новосибирска. Нужно, чтобы Джейн встретила, ну и всё такое.

— Хорошо. Попробую с ней связаться.

— Спасибо.

Он вышел.

— Я тебе дам сегодня охрану, чтобы ты могла в своей квартире спокойно пожить до завтра, — сказал я Ангелине. — А завтра отправим тебя в Дубай. Тебе же там нравилось. Но только есть условие. Твою защиту будет обеспечивать высококлассный специалист, и тебе