Фантастика 2025-156 - Оксана Олеговна Заугольная

class="p1">Князь подошёл к странному механизму вплотную, поднырнул под кривые доски, стащил рукавицы, поплевал на ладони и налёг на один из рычагов. Со скрипом и скрежетом вся эта конструкция принялась поворачиваться, зеркала задвигались, перестраиваясь.

Интересно, у них механизм кузнец ковал, что ли? Ну так это… надо было добавить примечание про «доработать напильником».

Откровенно говоря, в мире, где каждый четвёртый, по статистике, какой-никакой, а маг, про технический прогресс особо не думали. Магия дешевле, проще и безопаснее. Если сравнить, что доступнее — маг-металлист или токарно-винторезный станок, то даже простому человеку понятно, что маг вот он, рядом. А станок ещё разработать и построить нужно.

В некоторые области маги не лезли — в приготовление пище или то же ткачество, к примеру, или иное «женское» рукоделие. Хотя некоторые швеи с бытовым даром могли и вышивку магией сделать, и одежду подогнать под фигуру, но такие в крупных городах работали, никак не в нашем захолустье. У нас все шили вручную. А на Севере уже и заводы имелись.

— А зачем эту махину поворачивать? — тоскливо спросила я.

— Как зачем? Настройки разные. Смотрит направо — это к Большеграду, смотрит налево — в Белокаменск.

— А прямо?

— А прямо пока линия не построена.

— Линия? — удивленно хлопнула глазами я.

— Линия. Зеркальной связи. Ты же не думаешь, что отсюда свет вот так запросто до Белокаменска дойдет?

Я постыдно промолчала, потому что нет, не думала, конечно, но я вообще об этом зеркалографе не думала. У меня других забот хватало.

— Зачем он вообще нужен, этот зеркалограф? — хмуро спросила я, предчувствуя, как что такое количества металла я буду обрабатывать год, не меньше. А ведь это только в Буйске. Подобных хреновин, стало быть, еще две штуки имеются, а будет гораздо больше, как мне кажется.

— Как зачем? Новости передавать.

— Так “книги-близнецы” же есть.

— Ты хоть представляешь, сколько такие “близнецы” стоят? — ласково спросил Озеров.

Я мотнула головой.

— Дохрена, — рявкнул разозленный моей тупостью князь. — Если я все свое имение продам с Буйском впридачу, то может, и куплю парочку. А простому человеку это и вовсе недоступно.

— Но в банке же есть, я видела.

— Банк чей?

— Чей?

— Го-су-дар-ствен-ный. Из казны, стало быть, выделили. Будь уверена, у Государя и не такие штуки имеются. К тому же технологию производства “близнецов” ты ни в одной книге не найдешь, она строго секретная.

— Ясно. А как люди справляются? Почтой?

— Кто почтой, а кто по старинке воронов посылает. Но гарантировать, что птица в нужное место письмо доставит, не сдохнет по дороге или не потеряет послание, даже природник не может. А тут — почти мгновенная почта. Со скоростью света, если хочешь. Я у государя был, получил добро на экспериментальные образцы. Правда, денег государь не дал… Ну да ладно. Через пару лет зеркалограф Озерова на всех приграничных заставах будет.

— Ну здорово, — вяло кивнула я. — И все мне придется регулировать?

— Нет, маги потом найдутся, те самые, государевы. Как только я докажу всем, что эта штука не просто работает, а приносит пользу. Как справляются в Большеграде и Белокаменске мне, в общем-то, плевать. Ты мне здесь сделай, чтобы как по маслу. Чтобы даже девушка повернуть могла.

— Сложно очень. Я ведь ювелир.

— Ну да. Тут и нужна ювелирная точность, — князь пер к своей цели как носорог, который плохо видит, но при его весе это не его проблема. — Вот и займись. Ты молода, полна сил… Не торопись, делай аккуратно, а я уж в долгу не останусь. А чтоб тебе сподручнее работать было, я тебе выезд из моего удела закрою.

— Навсегда? — мрачно уточнила я, ожидавшая чего-то подобного.

Аглая тихо ахнула.

— Нет, что ты. До тех пор, пока ты мне нужна будешь.

— Вы такой коварный, — вздохнула я. — Все ясно.

— Надеюсь, ты мне тут со злости ничего не разломаешь?

— Нет, я склонностью к самоубийству никогда не отличалась. Но работу мою извольте оплатить золотом. И договор составим честь по чести.

Князь Озеров, может, и передовой изобретатель, и достаточно разумный человек, но я для него — что блоха. Всего лишь сирота, которую и защитить некому. Так что в моих интересах с ним не спорить, во всяком случае, до тех пор, пока не придумаю, как я могу ему противостоять.

Глава 25. Старое и новое

Домик мой по-прежнему выглядел уныло. Облупившаяся краска, потрескавшаяся штукатурка, крыша… такая себе крыша. Вроде не сильно текла, когда мы уезжали, и на том спасибо. Окна нужно раскрывать, менять разбитые стекла. Дверь бы подновить, разбухла и покосилась со временем.

Дом не изменился, изменилась я. Теперь я хотела большего. Даже наша квартирка в Устинске была более благоустроена.

— Мда, — сказала Аглая, пробираясь по сугробам к заваленному входу. — Тебе не кажется, что это все очень печально? Но с прошлого года оставались дрова в кухне. И у нас есть немного денег. Купим краски, досок, стекла…

Мне было приятно, что она говорит “у нас”, хотя мы обе знали, что я банкрот. Деньги были у нее. Причем на свадебное платье, а не на ремонт дома, в котором она точно не собиралась жить. Но я надеялась, что мы справимся. Должны справиться.

Аглая вынесла две лопаты, одну вручила мне:

— Ну что стоишь как неродная, давай хоть двор почистим.

Я хотела спать, есть, непотребно ругаться и даже немножечко плакать, ощущая себя той самой старухой, которая слишком много хотела от жизни. И осталась с тем же самым разбитым корытом в итоге. Но Аглая была права: поплакать я еще успею. А сейчас нужно убрать снег. Заодно и косточки разомну после утомительной поездки. Ничего не поделаешь, жизнь есть жизнь.

Зато потом мы разожгли огонь, постелили на кухне и заснули, совершенно позабыв про голод. Буквально вырубились.

А наутро в дверь к нам заколотили.

— Кто это такой внимательный? — поднялась я, с досадой отмечая, что отвыкла спать в платье. И волосы растрепались. И