Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

Выйдя из особняка, мы направились к ближайшему кабаку. День клонился к закату, и улица постепенно наполнялась местными жителями, спешащими домой после трудового дня. Некоторые, как и мы, направлялись к кабакам, предвкушая вечерние посиделки за кружкой эля.

Внутри кабака было шумно и довольно весело, Местный народ, полностью игнорируя чужаков, соизволял отдыхать. За длинными деревянными столами сидели компании мужчин, громко разговаривали и смеялись. За стойкой хлопотал толстый трактирщик, разливая напитки и отпуская шутки посетителям. А юркие и проворные девицы, быстро разносили заказы по столам. При этом, в ком бы состояние не были посетители, никто не позволял себе ничего лишнего. Да и двое вышибал на входе, ревностно следили за порядком в зале кабака

Мы устроились за свободным столиком в углу. Руди заказал два больших кружки эля, и вскоре перед нами стояли запотевшие кружки с янтарным напитком. Сделав глоток, я почувствовал, как приятное тепло разливается по телу.

– За мир и дружбу! – провозгласил Руди, поднимая кружку.

– За мир и дружбу! – ответил я, чокнувшись с ним.

Вечер обещал быть интересным.

И "интерес" не заставил себя ждать: над нашим столом нависли два местных амбала, источая угрозу и требуя освободить "их место, которое всегда тут стояло".

Я картинно заглянул под стол и спросил Руди:

– У тебя там, часом, таблички "Частная собственность" не наблюдается?

Руди фыркнул, последовал моему примеру, и покачал головой:

– Неа…

– И у меня пусто, – констатировал я, переведя взгляд на "хозяев". – Так что, прошу на выход… в ускоренном темпе.

Руди снова фыркнул и с иронией заметил:

– Да ты прямо дипломат, гроза мирового масштаба!

– Чё вякнул?! – взревел один из несостоявшихся владельцев. – Это ты меня сейчас… послал?

– Это мы ВАС сейчас послали, – "любезно" поправил его Руди.

– Ну все, вам крышка! – меня бесцеремонно выдернули из-за стола, поставив на ноги. Одновременно то же самое проделали и с Руди. Не сговариваясь, мы обрушили на "захватчиков" всю мощь пустых глиняных кружек, превратив их в россыпь крупных осколков, задевших зевак за соседними столами, до этого с интересом наблюдавших за развитием событий.

– Ну вот, – вздохнул я, глядя на оседающего на пол оппонента, явно не оценившего широту моей души. – И как с такими прикажешь вести переговоры? – спросил я у Руди.

– Весьма занимательный вопрос, достойный отдельной дискуссии, – усмехнулся старший сын герцога Адамадова. – Только боюсь, сейчас бить будут нас. – и кивнул на хмурых крепышей, поднимающихся из-за столов.

И тут раздался оглушительный вопль:

– Наших бьют! – и со своих мест повскакивали парни из "мифриловой гвардии". Их было немного, всего-то человек десять, но от их единодушия, я не смог сдержать ухмылки:

– Ну, это мы еще посмотрим, кто кого сейчас будет бить! – и снова первым влепил ногой ближайшему ко мне "защитнику", что надвигался с угрожающим видом.

– Ну, пошла потеха! – провозгласил Руди, впечатывая кулак в физиономию очередного "мстителя за справедливость".

Миг – и кабак превратился в подобие арены, в бурлящий котел страстей. Чья-то шальная оплеуха скользнула по моей челюсти, а в ответ мой кулак отправил очередного аборигена в горизонтальное положение. Уклоняясь от летящего снаряда – глиняной кружки, этого оружия пролетариата, я с каким-то отстраненным интересом наблюдал за разгорающимся хаосом. Хозяин заведения, казалось, взирал на кутерьму с философским равнодушием, а его юркие официантки, словно испуганные мышки, попрятались в подсобке, откуда с любопытством выглядывали, наблюдая за этим диким мужским танцем.

Стоит отметить негласный кодекс чести – никто не хватался за оружие. Хотя, помимо местных мужиков, здесь присутствовали и егеря, которые, конечно же, приняли сторону своих и с видимым удовольствием принялись раздавать тумаки нашим с Руди парням, явно уступавшим в численности. Но тут, словно гром среди ясного неба, распахнулась входная дверь, сбив с ног одного из вышибал. В кабак ворвалось наше подкрепление, возглавляемое Роном. Второй амбал тотчас же получил от моего друга сокрушительный удар, отлетев к стене, чтобы составить компанию своему поверженному товарищу.

С появлением Рона и подтянувшихся ребят ситуация мгновенно изменилась. Теперь уже местные егеря вкушали плоды наших кулаков, познавая горький вкус поражения.

Старая добрая драка, стенка на стенку, извечная забава крепких мужиков – без агрессии и подлости, когда упавших на пол не добивали и когда можно было не опасаться быть покалеченным или убитым.

Волна ярости схлынула, оставив после себя лишь усталость и довольное возбуждение. Оглядевшись, я увидел повсюду разбросанные столы, осколки посуды и поваленных на пол дерущихся. "Мифриловая гвардия" заметно поредела, но все еще бодро отмахивалась от наседающих противников. Рон, словно берсерк, крушил все вокруг, а Руди успевал не только драться, но и отпускать колкие комментарии.

Убедившись, что перевес явно на нашей стороне, я решил, что пора заканчивать этот балаган. Пробравшись сквозь дерущуюся толпу, я взобрался на ближайший уцелевший стол и что есть мочи заорал:

– Хватит! Финиш! Всем спасибо, все свободны!

Мой вопль, усиленный звоном разбивающейся посуды, все же возымел действие. Драка начала стихать, и через несколько минут в кабаке воцарилась относительная тишина. Все тяжело дышали, осматривая друг друга и оценивая нанесенный ущерб. Хозяин заведения, до этого безучастно наблюдавший за побоищем, вдруг ожил и с с интересом оглядел разгром.

– Ну и кто будет платить за сломанную мебель?! – рассудительно и с ленцой осведомился он.

– Не волнуйся, старина, все оплатим, – успокоил его Руди, доставая из кармана кошель. – Только сначала принеси нам еще эля, чтобы запить нашу победу!

И кабак снова наполнился смехом и разговорами, словно ничего и не произошло. Вечер продолжался.

В дверь кабака робко просунулась девичья головка.

– Что, уже всё? – с притворным разочарованием протянула Ника. – И подраться толком не успели!

– А ну, кыш отсюда, пигалица! – грянули мы с Роном в унисон, словно сговорившись.

– Тебе здесь вообще не место, – отрезал старший брат, и слова его потонули в одобрительном гуле местных мужиков.

Позвольте объяснить. Как я уже упоминал, в деревне здесь, два кабака. Этот, в котором мы сейчас, – сугубо мужской, куда женщинам, кроме разносчиц, вход заказан. А другой… так и просится на язык – «женский». Но на самом деле он семейный, туда ходят с детьми. И драки там под строжайшим запретом. Заправляет