"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин

Он ушел, оставив ее наедине с невеселыми думами. Кто ж знал, что эти треклятые мотыльки так для него важны.

Криста не плакала и не заламывала руки. Вместо этого сосредоточилась на поисках решения. Мотыльков необходимо вернуть. Но как? Ночью она выгнала их метлой из окна, и они разлетелись кто куда.

Она вышла во двор, изучила окрестности. Ей повезло: мотыльки задержались в пределах общины. Она нашла их в галерее в углу под потолком. Слишком высоко, не достать. Не зная, что делать, застыла с запрокинутой головой, гипнотизируя мотыльков взглядом. Воздействовать магией на них побоялась. Еще не рассчитает силы и уничтожит. Как перед Сетом будет оправдываться? Она не удивится, если у него каждый мотылек на счету.

Такой Блэйн ее и застал, случайно наткнувшись в коридоре. Это была их первая встреча после неудачного свидания, и Криста смутилась, не зная, как себя вести. Парень ее выручил — заговорил как ни в чем не бывало.

— Ты что здесь делаешь? — спросил он.

— Ловлю мотыльков.

Лицо Блэйна вытянулось. Кажется, он всерьез испугался за ее психическое здоровье. Пришлось объяснять.

— Главное я понять не могу, чего он взъелся, — закончила Криста рассказ. — Это же обыкновенные ночные бабочки.

Блэйн присмотрелся к мотылькам на потолке:

— Совсем необыкновенные. Сетгору их привезли с островов. Говорят, у них особый дар — они охраняют сон от кошмаров.

Криста прикусила внутреннюю сторону щеки. То, что у Сета проблемы со сном она выяснила давно. Он спал мало и беспокойно. Но ей никто не сказал, что эти Веловы мотыльки охраняют его сон!

— Как их поймать? — без надежды спросила она.

— На огонь. Дождемся ночи, зажжем лампу, и мотыльки сами к нам слетятся.

— Ты чудо! — Криста обняла Блэйна и расцеловала в щеки. — И как я раньше этого не замечала?

— Я все жду, когда ты заметишь, что я еще и парень, которому ты очень нравишься, — проворчал он, довольный похвалой.

Они договорились встретиться в полночь у лестницы в башню. Оба пришли вовремя, поднялись наверх, и Криста открыла дверь прикосновением ладони.

— Ого, — присвистнул Блэйн, — тебе выдали пропуск в пещеру к чудовищу.

— Никакое он не чудовище, скажешь тоже, — отмахнулась она.

— Когда он начинал тебя учить, ты думала иначе.

— Глупой была, столько всего не понимала. Сет, конечно, отличается от других магов, но плохим наставником его точно не назовешь. Он многому он меня научил всего за пять месяцев.

— Почему мне кажется, что одной магией он не ограничился?

— О чем ты? — она подозрительно на него покосилась.

Блэйн отвернулся, давая понять, что отвечать не намерен. Мол, и так все ясно, чего тут обсуждать. Кристе не понравились его намеки, но других помощников не было, и она проглотила обиду.

Они зажгли лампу, добавив огню при помощи магии яркости и притягательности. Распахнув окно, сели ждать возвращения мотыльков. Пока Криста смотрела на улицу, скрестив пальцы на удачу, Блэйн изучал обстановку. Прежде он не бывал в башне, и ему все было интересно.

— Только никому не рассказывай, что я тебя впустила. Сет не обрадуется.

— Ну да, — хмыкнул парень, — это же ваше гнездышко.

В этот раз Криста не выдержала:

— Если ты хочешь в чем-то меня обвинить, говори прямо. Если нет, то прекрати грязные намеки.

— Какие уж тут намеки, — сощурился Блэйн. — Вся община судачит о твоих ночевках в башне у наставника Сетгора.

— Сплетники, — Криста в сердцах выругалась. — Маги, а хуже деревенских баб.

— Хочешь сказать это неправда?

— Отчего же, — она вздернула подбородок. — Сегодня утром я проснулась в этой постели. А что я делала в ней ночью ни тебя, ни других не касается.

Блэйн скрипнул зубами от злости, но допрос не продолжил. То ли боялся услышать правду, то ли не хотел обидеть Кристу еще сильнее. Но ей уже было не до парня. К окну приближалась черная, живая туча. Она клубилась, ежесекундно меняя очертания. Криста едва успела присесть, как мотыльки ворвались в комнату. Дождавшись, пока они влетят, она захлопнула окно.

— Дело сделано, — улыбнулась Криста. — Сет будет доволен.

— Уверена? — произнес Блэйн. — Что-то не припомню, чтобы он хоть раз был чем-то доволен.

Испытывая небывалое облегчение из-за возвращения мотыльков, она проигнорировала выпад. Все-таки она обязана Блэйну удачным исходом дела. Если подумать, он вовсе не злой. В нем просто говорит ревность, и Криста могла это понять. Она чувствовала то же самое, когда застала Милдрит у Сета в покоях. До сих пор кровь вскипала, стоило вспомнить.

— Идем, — она взяла парня под руку, — провожу тебя.

Блэйн вздохнул, но больше в разговоре Сета не упоминал. Вместо этого они обсудили дела Нел, которые внезапно пошли в гору. Те самые старейшины, едва не запечатавшие ее дар, теперь пылинки с девушки сдували, называя магическим открытием столетия. Криста надеялась, благодаря Нел других магов-интуитов перестанут бояться, и у них появится шанс на будущее в стенах общины.

Около двери в комнату Кристы они попрощались. Блэйн долго смотрел на нее, прежде чем уйти, и глаза у него были такие больные, что у нее сжалось сердце. Права была Нел, когда просила держаться от парня подальше. Теперь уж поздно следовать мудрому совету. Не будь Сета, Криста ответила бы Блэйну взаимностью. А так в мире стало на два разбитых сердца больше: Блэйна и ее собственное.

Дождавшись, пока парень скроется за поворотом, она отправилась назад в башню. Эту ночь Криста решила провести там, чтобы утром, когда наставник вернется, вымолить у него прощение за мотыльков. Если он захочет, она даже землю по полу снова разбросает. Лишь бы он перестал на нее сердиться.

Спать ей предстояло в одиночестве, и Криста разделась, оставшись в нижней сорочке. Расстелила постель и забралась под одеяло. Кровать у Сета широкая, удобная. Так сладко Криста спала разве что дома, где в ее единоличном распоряжении также было двуспальное ложе.

Проснулась перед рассветом от скрипа половиц. Уловив запах морского бриза, совсем не испугалась. Подумаешь, наставник вернулся раньше. Немного тревожило, что она осталась в башне без разрешения. Он мог и выгнать в коридор в одной сорочке. Но мужчина застыл в ногах кровати. В этот раз преждевременная побудка ей не грозила.

Криста не двигалась, изображая спящую. Только сейчас она сообразила, как выглядит: во сне перевернулась на живот, подмяв под себя одеяло, сорочка задралась, едва прикрывая пятую точку, голые ноги выставлены на обозрение. Любуйся — не хочу.

Наставник не двигался. Любопытство подталкивало взглянуть на него хоть одним глазком, но